положение. Фактически правительство Пакистана признало, что по крайней мере с мая 1948 года (а на самом деле с самого начала вторжения) обманывало мировое сообщество в лице Совета Безопасности ООН, к которому оно обратилось в поисках «справедливости»! Впрочем, комиссия готова была простить эту небольшую «ложь во спасение». Как ни странно, это признание не вызвало осуждения со стороны членов комиссии – наоборот, все они, включая и представителя Чехословакии д-ра Корбела, охотно поверили версии генерала Грэйси об угрозе безопасности Пакистана со стороны Индии.
10 июля из Карачи Комиссия отправилась в Индию. Индийскому представителю Баджпаи, приглашенному на ее заседание, пришлось оправдываться и доказывать Комиссии, что Индия не ставит целью «развал Пакистана», что присоединение Кашмира вполне законно, и что в настоящий момент «идет необъявленная война между Индией и Пакистаном», где именно последний выступает в роли агрессора.
Эти доводы членов комиссии не убедили, хотя им и пришлось срочно пересмотреть свои прежние рекомендации в связи с признанием Зафруллы-хана. В результате Комиссия приняла официальное обращение к правительствам Индии и Пакистана, в котором призвала их «воздержаться от наступательных действий, пока будут проходить переговоры»107. Индийское командование немедленно откликнулось на призыв и прекратило преследование боевиков. Расчет был таков: после прекращения военных действий, индийскому правительству не останется ничего другого, кроме как обратиться к Комиссии, чтобы добиться вывода боевиков и пакистанских войск из княжества. Тогда Комиссия сможет диктовать Индии свои условия, навязав установление «нейтральной администрации» и иностранное военное присутствие в Кашмире, а в случае невыполнения данных инструкций, объявить ее агрессором.
Пакистанское контрнаступление в районе Титхвала
А тем временем, чтобы остановить продвижение индийской армии, командование Пакистанской армии перебросило в Кашмир еще несколько батальонов регулярных войск. Вместе с ними в район боевых действий были переправлены 4,2-дюймовые минометы и орудия среднего калибра. Правительство так формулировало задачу пакистанских войск: «Не допустить, чтобы Индия добилась решения вопроса силой оружия»108. Правда, в ней содержалось и другое требование – чтобы пакистанские войска в Кашмире воздерживались от непосредственного вмешательства в боевые действия и ограничиваться обороной границ Пакистана.
Эта последняя рекомендация выглядела по меньшей мере странно, поскольку пакистанская 7-я (Равалпиндская) пехотная дивизия давно уже стояла в Кашмире, а отдельные ее части уже активно участвовали в боях. Так, например, командование 161-й индийской бригады еще с марта 1948 года в течение двух последующих месяцев докладывало, что на участке шоссе Домел – Сринагар, контролируемом боевиками, в районе крупных сел Чинари и Чакотхи действует пакистанская пехотная бригада. Разведка докладывала, что в состав бригады входят 1-й батальон 13-го Пограничного стрелкового полка, 4-й батальон 16-го Пенджабского полка и 3-й или 4-й батальон Белуджского полка. (В действительности, первый и третий из названных батальонов принадлежали к 101-й пакистанской пехотной бригаде 9-й Пешаварской дивизии, и лишь второй – к 10-й бригаде 7-й Равалпиндской дивизии).
Очевидно, правительство Пакистана считало, что граница Пакистана проходит как минимум где-то в районе между Ури и Музаффарабадом! Таким образом, инструкция имела не столько практическое, сколько пропагандистское значение, а именно – представить Индию агрессором и оправдать присутствие пакистанских войск в Кашмире не только «помощью единоверцам», но и интересами безопасности Пакистана. Мало того, инструкция правительства Пакистана противоречила истинному положению дел, так как одновременно с ней, в мае 1948 года командование Пакистанской армии издало секретный приказ, предусматривавший ввод пакистанских войск в Кашмир для активного участия в боевых действиях. (Официально этот факт был признан правительством лишь в июле 1948 года).
Пауза в боевых действиях спасла положение пакистанских войск и сил «Азад Кашмир». Воспользовавшись передышкой, командование Пакистанской армии перебросило в район Музаффарабада дополнительные силы – 10-ю пехотную бригаду (из состава 7-й Равалпиндской дивизии) и 101-ю пехотную бригаду (из состава 9-й Пешаварской пограничной дивизии). Подоспевшие пакистанские войска были немедленно введены в бой на двух особо опасных участках – в районе высоты Уруса, недалеко от шоссе Ури – Домел (против индийской 161-й бригады) и в районе перевала Титхвал (против 163-й бригады). В результате этого вмешательства, продвижение индийских войск с 20 по 27 мая несколько замедлилось.
10-я пакистанская пехотная бригада под командованием бригадного генерала Хаджи Ифтикара Ахмеда была срочно переброшена от Музаффарабада к Тихвалу, хотя и была утомлена боями на другом участке фронта (по данным индийской разведки, по крайней мере один из ее батальонов давно уже действовал в районе Чинари – Чакотхи – Ури). Приказ был настолько неожиданным, что один из батальонов бригады – 3-й батальон 12-го Пограничного полка под командованием подполковника Азизуддина – даже был вынужден прервать футбольный матч, чтобы тотчас же отправиться к месту боевых действий. Одновременно приказ о выступлении получили некоторые иррегулярные части пограничных скаутов и милиции, которые должны были присоединиться к 10-й бригаде.
Наступление пакистанской 10-й пехотной бригады на восток от Музаффарабада (как предполагалось первым планом) столкнулось с рядом трудностей, как административного порядка, так и природными. Командир бригады, блестящий кавалерийский офицер Хаджи Ифтикар Ахмед, которого солдаты прозвали между собой просто «Бригадир Хаджи», практически не имел опыта руководства пехотным соединением и имел довольно смутное представление о пехотной тактике. К тому же ему сразу пришлось вести боевые действия в гористой местности, что само по себе непросто даже для пехотного офицера. Но несмотря на первоначальные трудности, он успешно справился со своей боевой задачей. Его бригаде удалось не только сдержать наступление индийских войск, но и контратаковать их, отбив назад некоторые важные высоты. Это вмешательство пакистанских войск, по словам лорда Бирдвуда, «стало поворотным пунктом в крайне неудачной до сих пор кампании».
Командир 4-го батальона 16-го Пенджабского полка Наушерван Хан за сутки проделал со своим батальоном около 30 миль и первым оказал сопротивление индийским войскам. Оказавшись в авангарде всего с одной ротой, он разделил свои силы на несколько групп, придал каждой из них по одному пулеметчику и разместил их по обе стороны от горной тропы. Наступление 163-й индийской бригады застопорилось, так как командир подумал, что столкнулся с большими силами врага. Это позволило подтянуть к району боя остальные части пакистанской бригады.
Однако Титхвал им отстоять не удалось. 23 мая части 163-й бригады Харбакша Сингха захватили перевал Титхвал и одноименный город, расположенный в непосредственной близости от Музаффарабада. Передовая колонна бригады тем временем продолжала движение, и к концу дня ей удалось очистить от врага район севернее Кишенганги. Обходной маневр 163-й бригады в направлении Титхвала и дальше сделал положение пакистанских войск и сил «Азад Кашмир» критическим.
Их положение спасли решительные действия
