не так напряжённо, да и смотрела на меня теперь больше с интересом, чем со страхом.
— Мне надо убрать метку со смертной. Как минимум — спрятать её от Небесных.
— Ты знаешь, кто такие Миу? — вдруг спросила кошка.
— Нет. Я мало знаю об Аде.
— Миу — одни из десяти первых инвариантов. В Мифах Генезис отдал десять пальцев, чтобы создать помощников для своих детей. И Миу появились из левого мизинца.
— Откуда такая точность? — я приподнял брови. И не уточнил, что Генезис создавал слуг для своих детей, а не помощников.
— Первый Миу был подарен Равновесию, — кошка проигнорировала мой вопрос. — У нашей расы и по сей день много семейств, проживающих в смертном мире.
— То есть… Вы способны помочь мне напрямую из смертного мира? — удивился я.
— Да. Лучше нас, Миу, никто не работает с душами смертных. И если метку поставил кто-то выше Фараона, то только кто-то из нас сможет её снять.
Несколько минут я размышлял над словами Миу. Однако пришёл к выводу, что не могу довериться этой странной расе инвариантов. Слишком важны для меня Черновы, чтобы подпускать к ним кого-то из Ада.
— Я хочу сам проверить смертного. И если не получится удалить метку — хотя бы спрятать её.
— С тебя тысяча кубиков за информацию, — скучающим голосом ответила Миу, прикрыв глаза. — И готовься потратить как минимум десятки тысяч кубиков, если хочешь получить результат.
— Вы покупаете рецепты Духов? — со вздохом спросил я.
— Нет. Мы ничего не покупаем.
— Тогда я зайду к вам позже, — я уже развернулся к выходу, как вдруг решился спросить: — А Кинокефалы тоже одни из первых десяти инвариантов, как Миу?
— Не сравнивай эти пёсоголовых с нами! — возмутилась Миу. — Уходи отсюда! Меня никогда столько раз за день не оскорбляли!
Я покинул шатёр. Надо расспросить наставника об инвариантах и их особенностях. Я знаю о некоторых, которые живут в Раю. Несколько раз даже видел, как по небу пролетали Малахимы — очень похожие на людей инварианты. Только у них крылья растут на спине, и они все мозговитые сильно.
Правда, в Раю инварианты всегда находились на вторых ролях. В Аду они чувствуют себя гораздо комфортнее.
Когда я вышел из шатра, то увидел спокойно ждущую меня Карри и раздражённого Акэнатена.
Внутренний порыв заставил меня оглянуться на шатёр. Чёрные пятна на золотом фоне образовывали рисунок кошачьей головы. Каждый глаз кошки ярко-сиял золотом. Вдруг выражение кошачьей морды неуловимо изменилось — казалось, что рисунок улыбается.
В голове раздался нежный тихий голос:
— Мы подождём, Эскобар, десятое дитя Бессмертного Отца. Прими решение и приди к нам. Миу помогут ребёнку благодетеля.
Я моргнул, и наваждение исчезло — пятна на шатре больше не складывались в рисунок.
— Миу… — пробормотал я, отворачиваясь от шатра. С каждым днём в Аду становится всё интереснее и интереснее.
Глава 21. Фантом
— Почему мы должны тебя ждать?! — возмутился Акэнатен.
Я резко посмотрел на него. От этого Демона исходила жажда убийства. И он даже не скрывал желание меня прикончить.
— Что это за клоун? — я хмуро уставился на Карри. — Почему он за нами увязался?
Пальцы Акэнатена сжались на берцовой кости так сильно, что побелели, но я не позволил ему и слова вставить, продолжил:
— Ты хочешь напасть? — вперился в него взглядом. Улыбнулся. — Попробуй. Не каждому дано почувствовать на себе гнев великого Шахматиста.
Акэнатен невольно отступил. Теперь он смотрел на меня гораздо серьёзнее. Разумеется, я не собираюсь с ним драться. Сейчас для меня справиться с Муми — из разряда почти невозможного, не говоря уже о Фараоне.
— Не сердись, — Карри осторожно дотронулась до моего рукава. — Он же не знает, кто ты такой. Знал бы — ни за что не проявил бы такое неуважение.
Карри бросила строгий взгляд на Акэнатена.
— Ты связан с… ним?
— Шахматист, брат мой, заменил мне отца. Он с самого детства воспитывал меня.
Я продолжил привычно врать. Надеюсь, что Третий Принц будет и дальше терпеть, как я нагло использую его имя в своих целях. Ведь кто я без покровительства Шахматиста? Обычный желтоглазый Демон, которых тысячи. Даже Акэнатен, смахивающий на бомжа из Древней Эпохи, сверкает жёлтыми глазами. Хотя я могу всем подряд вешать лапшу на уши о том, какой у меня хороший папочка и как он меня любит. Только что-то мне подсказывает — Бессмертный не станет терпеть подобное, как Третий Принц.
— Брат… — пробормотал Акэнатен. — Я прошу прощения.
Демон слегка склонил голову.
— Карри, расскажи о Миу. Что ты о них знаешь?
Мы неспешно последовали за Акэнатеном.
— Миу — инварианты. Загадочные, очень свободолюбивые и независимые.
Карри пристроилась рядом со мной и то и дело кидала на меня раздражающе радостные взгляды.
— Миу живут только в Аде-Эгиптос, в других областях Ада их нет. Ходят легенды, что у Бессмертного есть напарник Миу. И они очень близки. Но это только слухи.
— Миу крайне полезны для Аде-Эгиптос, — подал голос Акэнатен. — На самом деле они, как Исполины для Аде-Майя, почти незаменимы. Но многие этого не понимают, потому что Миу действуют из тени. Если у тебя появится шанс наладить с ним контакт — не упускай эту возможность.
Акэнатен говорил вежливо, его раздражения и пренебрежения как не бывало. Вот что значит — покровительство Шахматиста.
— Приму к сведению, — важно кивнул я.
Мы наконец дошли до нужного шатра. Небольшой, незаметный. Внутри нас встретил старый лохматый Демон, одетый в бесцветный балахон. Я не сразу заметил, что у него нет ног, — он сидел за небольшим столиком, а его культи прикрывал старый плед. Впрочем, внутри шатра, кроме стола, ничего и не было.
— Дядя Контар, — Карри вежливо поклонилась.
Акэнатен подошёл к старику, кинул берцовую кость на его стол и начал доставать из кармана мешочки.
— Дядя Контар — Фараон, — тихо сказала мне Карри. — Ты не смотри, что
