отличие было в том, что с Лисбет при подходящих обстоятельствах я бы занялся сексом, в то время как ничто на свете не смогло бы убедить меня заняться сексом с Джиной.
Мы с Пией мыли друг друга и развлекались тем, что терли друг о друга наши мокрые тела, но я не пытался довести ее до оргазма. Во время нашего марафонского занятия любовью она уже не раз кончала и я подумал, что она может быть немного чувствительной. Оказалось, что я был прав, когда в субботу вечером, после целого дня прогулок по Хельсингборгу, она предпочла не заниматься любовью, а просто обниматься, а потом и спать в обнимку.
В воскресенье утром Лисбет отвезла нас на вокзал и Пия обняла меня, когда по ее лицу потекли слезы. Я нежно поцеловал ее и мы попрощались. Мы оба знали, что следующая наша встреча будет последней. Я сел в поезд и выбрал место, где я мог высунуть голову из окна, чтобы помахать рукой и посмотреть на Пию, пока поезд не обогнул поворот, где я всегда терял ее из виду.
На обратном пути я писал письма, закрывая большинство из них запиской о том, что они не должны писать мне в Швецию после 25 июня, потому что есть вероятность, что письмо не дойдет до моего отъезда домой. Я ответил еще на одно письмо от Тины Хофф, юной девушки из Алингсоса. Я обнаружил признаки влюбленности в некоторых вещах, которые она написала, поэтому я был осторожен в том, как я ей отвечал. У меня возникла мысль, что она станет напоминать о себе довольно часто после моего возвращения в Штаты.
Май 1980, Ховос/Гётеборг, Швеция
Я сошел с поезда из Хельсингборга и пошел пешком к трамваям, сев на один из них, идущий в Вястра Фрёлунда, а не в Линнеплатсен. От трамвайной остановки я подошел к дому Катт и позвонил в звонок. Ее мама поприветствовала меня и впустила. Я прошел в комнату Катт и увидел, что она сидит на кровати, обнимая своего кота.
«Привет, Катт!»
«Привет, Стив!»
«Что ты будешь делать со своим котиком, когда уедешь в США?»
«Он будет жить у сестры моей мамы. Я буду скучать по нему, но мне слишком тяжело везти его в США. Надеюсь, там я смогу найти другого котенка!».
Я перешел на английский и хмыкнул: «Не каждый день я захожу в комнату девушки, а она играет со своей киской на кровати!».
А потом мне пришлось объяснять. Шутки были не такими смешными, когда нужно было объяснить человеку, почему это смешно! Я понял, что никогда не говорил с Катт по-английски и понятия не имел, насколько хорош ее английский. Я решил пока вести разговор на английском и выяснить это.
«Катт, знаешь, я никогда не спрашивал, но насколько хорош твой английский?».
«Довольно хорошо. Не так хорошо, как твой шведский, но я могу общаться достаточно хорошо».
«В США тебе не понадобится много времени, чтобы привыкнуть к нему и понимать глупые шутки!»
«Наверное, ты прав, но поскольку мои родители, ты, Микаэль и Йоханна, все говорят по-шведски, у меня не будет такой возможности».
«Тебе нужно будет завести несколько американских друзей».
«Я знаю. Но ты здесь, чтобы поговорить со мной или выебать меня?» — хихикнула она.
В этот момент я перешел на шведский.
«Я здесь, чтобы заняться с тобой любовью, Катт. Это слово, хотя и правильное, многие люди считают очень грубым!».
«Отлично! Запри дверь и займись со мной любовью. Сейчас же!»
«Да, Катт!»
Я закрыл дверь и разделся. Катт встала и сделала то же самое. Я забрался в кровать и лег на спину.
«По-твоему?» — спросил я.
Она хихикнула: «Да!».
Она встала рядом с кроватью и надрачивала меня, пока я не стал твердым, затем забралась на меня, обхватила мой член и насадилась на него. Я был удивлен, насколько она была мокрой, но она, должно быть, предвкушала это весь день. Я сразу же почувствовал пульсацию ее мышц на моем члене и сильное удовольствие, которое это вызвало.
Я потянул ее вниз, чтобы сосать и лизать ее соски, пока она пыталась заставить меня кончить. Моя ночная сессия с Пией в пятницу облегчила мне сопротивление, но Катт была очень, очень хороша с этими мышцами! Надо будет спросить об этом у Мелани, я был уверен, что она знает.
«Восемь минут. Ты становишься лучше!»
«Я близко! То, что ты делаешь, удивительно!»
«Я выполняю много упражнений, помимо катания. Ты просто этого не видел, потому что я делаю это на катке днем перед катанием».
Я положил руки на ее упругую попку и крепко сжал.
«Да, я вижу пользу! Я уже говорил тебе, как мне нравится твоя попка?»
«Несколько раз. Если она тебе так нравится, можешь взять ее себе, если хочешь!» — ухмыльнулась она.
Эта мысль заставила меня завестись и я выпустил несколько сильных струй в Катт, пока она высасывала из моего члена сперму. Она начала сильно тереться об меня и испытала свой собственный оргазм, от которого у нее захватило дух. Я был потрясен тем, что сама мысль об анальном сексе заставила меня кончить! Это было что-то новое, потому что меня это всегда слегка отвращало. Я подумал, что, хотя она находится за 4000 миль от меня, Мелани, вероятно, сейчас смеется.
«Катт, если ты хочешь сделать это, мы можем. Это зависит от тебя. Не сегодня, я хочу, чтобы ты подумала об этом. Это довольно странно и некоторые люди считают это отвратительным».
«А ты думаешь, что это мерзко?»
«Нет, я думаю, что это странно, но я сделаю это с тобой, если ты хочешь».
Она крепко поцеловала меня и растянулась на мне, пока я все еще был в ней. Она снова начала работать мускулами, и через несколько минут я понял, что не ослабеваю. Катт могла держать меня в напряжении, делая это! Она села и я обхватил обе ее груди, пощипывая за соски, пока она вжималась в меня. Через несколько минут она испытала еще один оргазм, а затем снова расслабилась, растянувшись на мне, когда я, наконец, начал затихать.
Катт встала и посмотрела на меня.
«Ну, нам нужно привести тебя в порядок и отправляться домой!»
Она наклонилась и быстро облизала и обсосала меня дочиста. Когда она закончила, я притянул ее к себе и поцеловал по-французски.
«Это было непристойно!» — сказал я.
«Тебе понравилось?»
«Конечно. Все, что хочешь, ОК?»
Она улыбнулась и
