Новый Орлеан. Если Честер так силен, как утверждал Рутерфорд, то оно обязательно найдет его. Мунго не думал, что это будет иметь большое значение, но он хотел, чтобы Честер знал, что он не забыл его, пока он был далеко в своем долгом путешествии.
Конечно, "Ворон" не был совершенен. Это был новый корабль, не проверенный и не поврежденный; нужно было исправить тысячу деталей. Снасти ослабли, и их пришлось туго натянуть; швы раскрылись, и их нужно было законопатить. Дюйм за дюймом они подтягивали его; они шлифовали, соединяли, красили и полировали, пока он не полетел сквозь воду при малейшем дуновении ветра.
То же самое касалось и мужчин. В Балтиморе Мунго набрал совершенно новую команду. Он не мог судить об их компетентности как моряков, пока они не вышли в море, поэтому вместо этого он взял самых закаленных, покрытых боевыми шрамами людей, которых они смогли найти. Через всю Атлантику он гнал их изо всех сил, проклиная и уговаривая стать хорошо дисциплинированным подразделением, которое бросалось выполнять его приказы.
Они зашли на Остров Принца, но Мунго не сошел на берег.
‘В прошлый раз, когда я был здесь, я убил сына губернатора, - напомнил он Типпу. - Это не та вещь, которую власти склонны забывать.’
Вместо этого он послал Типпу разузнать, что можно.
‘Там новый губернатор, - доложил великан. - Да Круз умер от лихорадки.’
‘А его дочь Изабель? Она на острове?’
Мунго постарался скрыть интерес в голосе, но Типпу ему не удалось одурачить. Помощник капитана оскалил зубы в усмешке.
- Я думаю, ты хочешь это знать. - Я спрашивал, но ее здесь нет. Говорят, она переезжает в Новый Орлеан.’
Воспоминания Мунго о Новом Орлеане были немногим больше, чем таверны и бордели, и креольские женщины, одетые в буйство цветов.
- Я уверен, что она будет там процветать.’
Он злился на себя за то, что так разочарован отъездом Изабеллы.
"Ты не какой-нибудь влюбленный подросток, мечтающий о том, чтобы впервые увидеть девичьи сиськи", - сказал он себе.
‘Это еще не все, - продолжал Типпу. - Английский офицер, с которым мы дрались? Человек, которого ты сбросил с корабля?’
Мунго тут же оторвался от воспоминаний об Изабель. - Фэрчайлд?’
- Он жив. Я думаю, ты сделаешь из него героя. Теперь у него есть свой корабль, "Меандр". Он находится в этих водах. Он заходил на остров Принца две недели назад.’
Мунго выругался. - Фэйрчайлд имеет право подняться на борт любого корабля, который встретится ему на пути. Если он найдет нас, то не будет иметь никакого значения, что мы сейчас занимаемся законной торговлей. Он не успокоится, пока не закует нас обоих в кандалы.’
- Тогда лучше держаться от него подальше.’
- Его корабль будет патрулировать побережье. Мы проложим курс значительно западнее этого места. - Мунго на мгновение задумался, его желтые глаза смотрели куда-то вдаль. - И посмотри, сможешь ли ты купить оружие до того, как мы уплывем.’
Как только они покинули Остров Принца, Мунго удвоил дозорных на мачте. Они видели десятки кораблей в водах к югу от Зеленого Мыса, но большинство из них находились в милях от них, и лишь немногие подходили достаточно близко, чтобы окликнуть их. Они специально следили за красными, белыми и синими знаменами Королевского флота. Однажды они заметили двухмачтовый корабль, лежащий над горизонтом на востоке, с чем-то вроде красного военно-морского флага на корме. Но он исчез в тумане, и они больше его не видели.
Они пришли в Кейптаун за припасами. В таверне на набережной Мунго нашел обветренного голландца, охотника. Была заключена сделка - чрезмерное количество джина в обмен на все, что этот человек знал о слонах.
- Их можно убить пулей?- Поинтересовался Мунго.
Старый охотник наклонился вперед, невнятно выговаривая слова из-за алкоголя.
‘Конечно, - сказал он, - но это нелегко. На шее есть пятно, впадина за ухом примерно на две трети вниз. Вот куда нужно стремиться.’
К тому времени, как они закончили, Мунго получил первоклассное образование в области охоты на слонов - а охотник храпел лицом вниз в луже джина на столе.
Выйдя из Кейптауна , "Ворон" обогнул оконечность Африки и повернул на северо-восток. Мунго слышал много рассказов об ужасных штормах, которые часто встречались морякам вокруг мыса, но погода оставалась ясной и доброй, как будто сама судьба улыбалась его предприятию. Они прошли без труда. Там, наконец, он мог немного расслабиться. Корабль Фэйрчайлда входил в состав Западной превентивной эскадры – он не заходил в Индийский океан.
Они шли вдоль берега, держась на почтительном расстоянии. На сотни миль берег вздымался крутыми отвесными утесами, словно черные зубы, готовые вцепиться в любое судно, которое подойдет слишком близко. Они не видели места, где можно было бы причалить, и Мунго не осмеливался подойти слишком близко, опасаясь бурных течений и непредсказуемых ветров, которые кружились вокруг них.
Дальше скалы спускались к низкому берегу с мангровыми болотами и золотыми пляжами. Но даже они были не такими безмятежными, какими казались. Иногда Мунго видел выбеленные ребра разбитых кораблей, торчащие из песка, - свидетельство опасности, которая все еще таилась под синими волнами.
Они прошли мимо поселений в Дурбане и заливе Делагоа и вошли в Мозамбикский пролив. И все же они не могли найти места для высадки. Мунго хотел избежать постоянных портов, где торговля слоновой костью контролировалась посредниками и цены были бы завышены; он искал место, где они могли бы высадиться незамеченными. Но чем дальше на север они продвигались, тем ближе подходили к более населенным частям побережья Суахили.
- Это недалеко от твоей части света, не так ли?- Сказал Мунго Типпу.
Несмотря на все, что они делали вместе, несмотря на то, что они спасали друг другу жизни, он все еще почти ничего не знал о жизни помощника до "Черного Ястреба". Типпу никогда не упоминал об этом, и Мунго знал, что лучше не спрашивать. И все же здесь, в Индийском океане, он вспомнил слова Стерлинга - "Я выиграл его в карты на Занзибаре".
Мунго указал на карту, разложенную у нактоуза, где был обозначен остров Занзибар.
‘Это твой дом?’
На самом деле он не ожидал, что Типпу ответит. Но, возможно, пребывание в этих
