ближе всего, поджимали ноги, когда головы покатились к ним.
– Тишина!
Я думала, голос следопыта звучит опасно, но он не шел ни в какое сравнение с голосом поднявшегося Калдамира.
– Никакого суда над принцем не будет. Он сделал то, что должен был, чтобы обеспечить свободу, свободу всего Аварата.
Калдамир посмотрел на меня, грудь его вздымалась.
– Как и все мы.
Весь двор безмолвно наблюдал, затаив дыхание. Лица побледнели. Руки вцепились в ножи. Бокалы вина стояли нетронутыми.
Калдамир кивнул одному из охранников, стоявшему в конце зала, и в комнату неожиданно вошла шеренга стражников, выстраиваясь по внешнему углу комнаты. Принц горных фейри продолжал смотреть вперед, но его рука опустилась на мое плечо.
– В Аварате наступает новая эра, – продолжал он, подняв взгляд и снова обращаясь к своему двору. – Высшие дворы покинули нас. Мы не можем больше жить так, словно связаны их правилами. У нас нет присяжных. Нет судьи. Нет палача. У нас есть только мы.
Послеполуденное солнце позади нас освещало его золотисто-оранжевым сиянием.
Скоро взойдет новая луна, но, возможно, недостаточно быстро. Момент, которого я так боялась, настал.
– Мы и так слишком долго наблюдали за тем, как наш мир катится в пропасть. Делфина, последняя из звездных фейри, сегодня умрет ради нас всех. Ради волшебства. Ради Аварата.
Несмотря на пыл Калдамира, его речи не были встречены единодушным восторгом.
Как только его слова стихли, весь зал пришел в неистовство. Переворачивались столы. Выскальзывали из ножен мечи. Появились луки, которые до этого были спрятаны под одеждой.
Охрана плотной стеной встала между столом для почетных гостей и остальным залом, но это не помешало стреле просвистеть в опасной близости от моей головы. Похоже, у меня было больше союзников, чем я думала, но это не имело значения. Эти союзники все равно желали моей смерти, только если она не была во имя спасения их старого короля.
– Я чувствовал, что так и случится, – сказал Калдамир, поворачиваясь к Таллуле. – Приведи Армина. Я надеялся, что сегодня дело до этого не дойдет, но у меня нет другого выбора. Мы больше не можем ждать, и я хочу, чтобы все принцы Аварата были вместе.
И только тогда он замер и посмотрел на меня.
– Я тебе не друг, Делфина.
С этими последними словами растаяла любая надежда на то, что решимость Калдамира может ослабнуть. Он рывком поднял меня, со всех сторон окруженную влетевшими стражниками, на ноги и потащил к задней двери.
– Я твой враг. Думаю, настало время нам обоим об этом вспомнить.
Глава тридцать вторая
В этом и была проблема Калдамира.
Он думал, я забыла.
Он возглавлял список фейри, которых приходилось всем сердцем ненавидеть. Никакие королевские регалии или точеный подбородок не стерли бы из моей памяти тот факт, что именно Калдамир был тем, кто пришел и забрал меня из моего мира. Он был одним из тех, кто, доверившись предчувствию, хотел посмотреть, как я, человек, стану умирать в Аварате.
Он был тем фейри, кто, несмотря на опасения своих собственных придворных, советников и друзей, настоял на том, чтобы этот дешевый спектакль закончился моей смертью. Пусть они называют это жертвой сколько их душе угодно, но истина обращалась единственным фактом.
Убийством.
И вот, грядущая смерть нависла над нами густым облаком ожидания.
Я не обращала внимания на извилистые тропинки, круто спускавшиеся все глубже и глубже в дворцовый лабиринт Калдамира. Мои быстрые взгляды то и дело успевали выхватывать фрагменты видневшегося в окнах окрашенного неба.
Было уже близко.
Так близко.
Мне нужно было протянуть еще совсем чуть-чуть.
Совсем скоро мы спустились так глубоко под гору, что температура начала резко падать. Холод проник под мое платье губящей дрожью, и каждый отчаянный выдох вырывался изо рта облачком пара.
Остановились мы только у массивной каменной двери. Перед ней стояли стражники, которые расступились, увидев Калдамира.
Армин тоже ждал нас.
Я увидела принца песков впервые с момента, как очнулась после той ночи, которую мы провели в пещере, – и почти пожалела об этом.
Так же как и Никс, он изменился за последние дни. Он был мрачен: им овладел страх, который совершенно не красил его лица. Впившийся сотней незримых игл, он не позволял ему встретиться со мной взглядом, не давал его губам разомкнуться, чтобы принц произнес хотя бы одно слово в мою защиту.
Он просто отошел в сторону вместе со стражником, а затем присоединился к остальным предателям.
Никс. Тетис. Армин. Калдамир.
Вот кем являлись принцы. Не имело ни малейшего значения, ради чего они привели меня сюда. Этот факт не снимал с них вины за то, что они собирались сделать, – совершенно не важно, какие мысли посещали их напряженные умы.
Калдамир надавил руками на дверь. Массивные каменные блоки продвинулись вперед от его легкого прикосновения, а позади нас в туннелях эхом раздавались крики голосов и лязг мечей, с каждой секундой приближаясь к нам.
Он провел меня вместе с Никсом, Тетисом и Армином внутрь. Половина стражников вошла за нами, остальные же остались охранять дверь снаружи. Таллула возглавляла вошедших. Они полукругом расположились у дверей, подняв руки, чтобы зажечь масло в нишах, осветив затем самые темные уголки помещения.
Языки пламени пробежали по стенам, спустившись оранжевыми червячками в вырезанные в земле желобки в направлении вдоль выступов, чтоб секундой позже вспыхнул свет. Я ожидала увидеть тюрьму, но вместо этого мы оказались в гробнице. Ко всему прочему, слишком огромной.
Не только печально известный король фейри был заточен под горой, но и весь его двор. Стеклянные гробы, своей протяженностью заполнявшие зал гробницы до той области, куда еле доставал свет от огня, выстроенными рядами располагались по всему пространству комнаты, похожей своей древностью на многовековой склеп.
Тетис выдохнул первым:
– Я и забыл, сколько в Аварате было фейри до войны.
Рядом с ним мрачно кивнул Армин.
Никс же просто уставился в один из стеклянных гробов, стоявших ближе всего к нему. Его лицо побледнело, и он поспешил присоединиться к остальным принцам.
Чем ближе мы подступали к высокому помосту, тем быстрее колотилось мое сердце.
Ну вот же, пришли.
Там, на верху лестницы, стоял единственный гроб, сделанный не из стекла. Он был большим, даже величественным, в два раза больше остальных, и его каменные плиты были украшены причудливыми узорами.
При виде него я уперлась пятками в землю, но это не особо замедлило Калдамира. Он продолжал тянуть меня вверх по помосту, шаг
