итог Расмуссен. — Маневренный модуль с рельсотроном и ракетами. Прокачанные азиатские мясники. Полчища мути. Царь Левиафанов с неизвестным потенциалом. Операция приобретает самоубийственный оттенок, вам не кажется, функционер?
Двойка смерил помощника капитана насмешливым взглядом.
— Не кажется. И вот почему. Мы тоже расшифровали блупы, полученные правительством Шанхая. И кое-что теперь знаем о будущей встрече. Тварь будет подниматься очень медленно. Неделями или месяцами. У Царя Левиафанов собственные меры длины. Если перевести их единицы в наши, получится около двадцати-тридцати километров. Эксперты еще не пришли к единому мнению.
Тридцать километров глубины.
Сложно представить себе такое.
— Это означает, — продолжил Двойка, — что мы прибудем на место позже «Чжэн Хэ», но раньше мути. И сможем атаковать, не дожидаясь укрепления противника.
— Уже неплохо, — похвалил Бармаглот.
— А как быть с ракетной установкой? — не унимался Расмуссен. — У китайцев огневое преимущество.
— Какое счастье, — Двойка скрестил руки на груди, — что я не поленился оснастить стратолет «томагавками» последнего поколения. Мы поднимемся в воздух и запустим ракеты. А вы, капитан Фишер, активируете рельсотрон.
Глава 40
На протяжении последующей недели древо навыков продолжало разрастаться. Устанавливались сложнейшие моды, радикально перестраивалась структура оболочки. Слепок личности Дениса обучался безостановочно. Фишер постоянно проводил учения, оттачивая взаимодействие звеньев. В симуляторах был сделан упор на поединки машин с машинами. Звенья сражались против других звеньев. Торпедирование, атаки с воздуха, безынерционные бои. И всё это — на сумасшедших скоростях.
Сухопутные локации были исключены из тренировочной программы, зато добавились палубы. Инсценировались схватки на открытых площадках и внутри тесных корабельных помещений. Выяснилось, что на продвинутых уровнях Денис может морфировать в нечто наподобие летающего кальмара с сегментированными щупальцами и выдвижными турелями в области головогруди. Всё это здорово напоминало подготовку к штурму «Навуходоносора». Агент Смит пришел бы в неописуемый восторг.
Денис стремительно эволюционировал.
С каждым открывшимся навыком оператор становился сильнее. Он уже вышел на вторую позицию в рейтинге «Барракуд», вплотную приблизившись к Вилкасу. Но еще не все ветви развернулись до конца — на внедрение финальных модов уйдет еще недели полторы-две. Во всяком случае, так утверждают столбики загрузки.
Другие операторы начали коситься на выскочку с откровенной неприязнью. Слух о том, что Денис находится под покровительством Комитета, магическим образом просочился в коллектив. Звено Вилкаса демонстративно не здоровалось с новичком. Что ж, чего-то подобного следовало ожидать. В будущем Денис не собирался иметь с этими людьми ничего общего, поэтому спокойно ждал столкновения с «Чжэн Хэ». Его волновали не столько настроения экипажа модуля, сколько грядущее выживание.
А часы неумолимо тикали.
Авианосец двигался на пределе своих возможностей, сокращая дистанцию. При этом начали происходить довольно странные вещи. Корабельные радары позволяли засекать объекты на расстоянии в пятьсот километров, так что за азиатским модулем слежка велась круглосуточно. Противник, безусловно, знал о преследователях. Корабли отстояли друг от друга на полторы сотни километров, что позволяло нанести удар из рельсовой пушки на поражение. И все об этом знали, но удар не наносился. Двойка не отдавал соответствующий приказ, а Фишер не мог действовать самостоятельно. Вскоре на мостике заволновались — азиатский корабль сменил курс. Траектория движения «Чжэн Хэ» сместилась западнее координат, заложенных в навигационный компьютер. Расстояние между судами стало увеличиваться.
Фишер созвал офицерский состав на экстренное совещание. Двойка тоже присутствовал. Обсуждали дальнейшую стратегию. Расмуссен предложил атаковать на дальней дистанции, что казалось логичным. По словам первого помощника, через полтора часа будет поздно — азиаты выйдут из зоны поражения. Двойка заметил, что его ракеты накроют противника даже при отрыве в пятьсот километров. Тогда почему не ударить сейчас, задал резонный вопрос Фишер. Кроме того, удар могут нанести и сами переговорщики — сразу после того, как выйдут за отметку в двести километров. Это предел для рейлганов, и удар возмездия не настигнет цель. Двойка заявил, что у него есть противоракеты и опасаться нечего. Ожидание, по словам функционера, объясняется тем, что ему неясны намерения капитана «Чжэн Хэ». Идет расшифровка блупов. Надо понять, что происходит. Руководству «Барракуд» этот сценарий не понравился, но приходилось подчиняться.
Ночью Денис проснулся, разбуженный стуком в дверь.
Снежана.
— Приводи себя в порядок, — жестко сказала девушка, когда секция закрылась за ее спиной. — У нас незапланированный вылет.
Взгляд Дениса замутился — он проверял лог заданий.
— Бесполезно, — хмыкнула звеньевая. — Там ничего нет.
— Ты серьезно? — Денис еще не до конца отошел от набора сконструированных сновидений. — Задание без задания?
— Сядь, — Снежана указала глазами на койку. — Времени мало. Если хочешь умыться, придется быстро дорубить смысл того, что я скажу.
Оператор подчинился.
Девушка заняла свое излюбленное место во вращающемся кресле.
— Двойка темнит, — тихо произнесла звеньевая без лишних предисловий. — Китайцы ушли с радаров, а мы их не атаковали. При этом авианосец не сворачивает и не продолжает преследование. Капитану это не по вкусу, мне тоже.
— И что он предлагает? — устало буркнул Денис.
Такой поворот событий не вписывался в его схему.
— Разведку, — сухо произнесла девушка. — На борту есть только одна машина с максимальным радиусом действия радара и сонара. Это твой мясник, Ден. Так что наше звено попало под раздачу.
— Фишер что-то подозревает?
Снежана пожала плечами.
— Для начала он хочет выяснить, куда направляется «Чжэн Хэ». Кроме нас это сделать некому. Я понимаю, что Комитет наобещал тебе с три короба, но, видишь ли, ты связан контрактом с «Барракудами». И должен подчиняться капитану Фишеру. Это я напоминаю на всякий пожарный. Вдруг ты забыл.
— Что за намеки. Я лечу.
— Вот и ладушки. Умывайся, чисти зубки и — в подключку.
Денис вздохнул и побрел в санузел. Тронув отпирающий сенсор, он неожиданно повернулся к Снежане.
— А почему лог не обновился?
— Сам догадайся, — в голосе куратора прозвучал сарказм. — Фишер не хочет, чтобы функционер Комитета просматривал наши интерфейсы. Эта подзадача — мимо кассы.
Денис кивнул и пошел умываться.
Всё это дурно пахло.
На часах — два часа. Глубокая ночь в этой части света. Денис подрубился к оболочке и отстранил от управления свое альтер эго. Сейчас он сам руководил всеми системами.
Четыре шара неспешно отделились от борта авианосца, морфировали в вытянутые авиационные структуры и сорвались на запад. Мир был черным и мрачным. Небо — бескрайние звездные россыпи. И луна, продолжающая расти.
Переключиться на внутренний канал связи.
Снежана раздавала инструкции.
Никаких связей с диспетчерами. Разрешение на вылет нами официально не получено, а справиться надо за несколько часов.
Все были угрюмыми и сонными.
Озвучивай план.
Это Бармаглот.
Летим на запад. Именно туда направляются шанхайские умники. Скорость — максимально возможная. Сейчас самый
