Это ее обугленный труп. Если хочешь убедиться можем слетать.
— Э, нет. Спасибо, мне и отсюда видно, — перспектива носиться над пропастью меня не прельщала. Ноги подкашивались уже от того, что нам придется лететь обратно, к Нэле и Магрэлу. — Ты ранен? Опасно?
— Пустяки, — заверил Даал.
Пустяки пустяками не выглядели. Глубокая рана на груди еще кровоточила, но уже не так сильно. Добраться бы до какой-нибудь цивилизации, там и Магрэла подлатать позарез нужно.
— А где мы вообще находимся? — созрел у меня вопрос.
— Не знаю, — пожал плечами Даал. — Но я не смогу вернуть нас в знакомые миры в ближайшее время. Вся надежда на дроу. Поэтому полетели откачивать Магрэла.
Я кивнула, думая только о том, как бы не грохнуться в обморок на спине дракона. Сил не было. Вот реально совсем. А страх, как известно, их требует. Пришлось медитировать по дороге назад и наслаждаться порывами ветра, бьющими в морду.
Мы вернулись. Нэла только улыбнулась при виде нас, видно у нее тоже не осталось ни сил, ни эмоций. Магрэл лежал, положив голову ей на колени, и уже пришел в себя. Я выдохнула, до меня дошло, что мы победили. Выкрутились и все остались в живых. Ушастые фасеточные так и валялись, здорово я их припечатала, не факт, что вообще очухаются.
Магрэл пытался вызволить нас из чужого мира, но портал срывался, на него надобно много сил. Несмотря на усталость, мы единогласно решили, что нужно выбираться из пещер. Никому из нас не хотелось провести здесь еще одну ночь. Я перевязала рану Даала, и мы тронулись в путь. Медленно, как группка инвалидов. На драконе не полетели, боялись, что Магрэл не сможет удержаться. Про себя я промолчала, но у меня руки тряслись, как у запойной алкоголички, так сильно потрепал меня решающий поединок. Через полчаса унылой ходьбы Даал снова предложил:
— Может все-таки с ветерком, а?
Утомленные ходьбой еще больше, чем страхом разбиться, мы согласились. И слегка потрепанный дракон превратился в пассажирский автобус.
Глава 38
Только через час мы выбрались из громадной сети пещер и сразу же приземлились, несколько пришибленные открывшимся зрелищем. Перед нами, насколько хватало глаз, расстелилась пустыня. Блеклые краски тусклого песка, уныло гонимого слабым ветерком — это еще полбеды. Кровь стыла в жилах от множества гигантских скелетов. Кладбище драконов раскинулось до самого горизонта. Побелевшие от времени кости пронзали пространство унылым напоминанием вершившихся в прошлом трагедий.
Даал замер на краю каменистой насыпи у входа в пещеры. Мы резвенько, насколько могли, поспрыгивали с него. Дракон превратился в человека и уставился вдаль, не в силах ступить на песок, усыпанный смертью его сородичей. Мы тактично ждали позади.
Наконец, саттор медленно вышел в пустыню и сделал несколько шагов. Я пошла за ним. Хотелось взять его за руку и крепко сжать. Наверное, я бы так и поступила, но меня отвлек глухой стук. Мы с Даалом обернулись — Магрэл упал на землю. Сначала я подумала, что дроу потерял сознание, и удивилась: почему Нэла не бросилась к нему? Подруга, ухмыляясь, смотрела на нас. На ее ладони искрились остатки какого-то заклинания.
Из пещер повалили ушастые прихвостни Нэриэль. Час от часу не легче. Неужели хотят отомстить за дохлую хозяйку? Зубастики на лапках окружили нас. У одного из них я увидела посох мертвой ведьмы. Нэла протянула к нему руку и отрывисто выкрикнула:
— Сюда давай!
Тряся ушами, пучеглазик вручил Нэле посох. Признаюсь честно, я приоткрыла рот от удивления. Что за хрень творится? Впрочем, невинное слово хрень вряд ли отображает сложившуюся ситуацию. Тут другое слово подходит, но не будем о нем, подержим в уме…
— Вы такие идиоты, сил нет, — ухмыльнулась во все тридцать два Нэла, постукивая посохом по камню. Она так и стояла под сводобами пещеры, Магрэл лежал у ее ног. — Думали, справились с ведьмой? Думали, вам все удалось? Кретины самовлюбленные. Я сегодня вырву сердце дракона, и тогда посмотрим, кто будет смеяться последним.
Я перевела взгляд на Даала с выражением «Ну, что за?». Он раздраженно дернул плечом. Правильно, откуда ему знать. На душе стало так муторно, что захотелось исчезнуть. Неужели Нэла предала нас? Нэриэль ведь ее мать…
Даал хотел сойти с места, но не смог. Я почувствовала, как окаменели ноги, туловище, а потом руки и голова. Мы застыли, будто две статуи друг напротив друга. Какая красочная и разнообразная у меня жизнь, аж зло берет, теперь вот изваянием побываю.
Нэла подошла к нам и двинулась по кругу.
— Что, голубочки, не пошевелиться? Правильно, вы сегодня достаточно напорхались, пора и честь знать.
Я хотела спросить: «Нэла, что происходит? Что творится-то?», но не могла. Все стремительно летело в трубу, и катастрофа черной тучей замаячила на небосводе наших жизней. Во мне даже поэтические нотки с перепугу пробились.
— Хочешь знать, что происходит? — усмехнулась Нэла, будто прочитав мои мысли. Встала между нами и погладила меня по щеке. — Я столько лет мечтала стать драконом… Неужели вы думали я не предусмотрела все? Я знала, что дракон выпотрошит своего истока, и разыграла эту эпичную битву, чтобы вы потратили все запасы силы. Теперь вы сухие, без шанса на спасение. Повелись, как дети. Мне даже немного жаль вас убивать, такая умилительная наивность.
— Видишь, на что я способна? — Нэла обернулась к Даалу и повела рукой вокруг. — Это кладбище из убитых мною драконов. Конечно, не всех я уничтожила здесь, приходилось переносить останки, чтобы создать мощнейшее место силы. Я усилю эффект, когда здесь погибнет еще и исток. Где-то тут, если хорошо поискать, найдутся и твои мамочка с папочкой. Я бы позволила тебе поцеловать их кости, но… Не позволю.
Глаза Даала пылали желтым огнем, а зрачки стали драконьими. Но что он мог поделать? Ничего, мы, как две застывшие в янтаре мошки, могли только наблюдать за течением жизни вокруг.
Я отчаянно пыталась понять, где мы просчитались, и как эта тварь Нэриэль оказалась внутри Нэлы. Почему, почему она не сдохла, как все нормальные люди, обгоревшие и упавшие со скалы?
— Кстати, спасибо тебе за новое тело? — ухмыльнулась Нэриэль, продолжая издеваться над Даалом. — Пока ты сидел в моих ловушках, я провернула воистину сложную магию. Убив меня, ты своими руками вселил меня в тело этой девчонки, своей сестры. Кровь и смерть могущественные штуки, особенно если замешать их
