Прогремела на весь мир Система, но я уже, по обыкновению, отмахнулся. Моё сознание зацепилось за колоссальный энергопоток, возникший после разрушения печати, и уносилось ввысь. Пришла пора получить ответы на все мои вопросы.
Эпилог
Странное ощущение. Вроде бы я есть, но не чувствую тела. Но как я тогда мыслю? Загадка. Вокруг пустота, но какая-то необычная. Наполненная красками. Абсурд. Как пустота может быть красочной? Не знаю, но это так. Внезапно я осознал, что красочные мазки — это эмоции бесчисленного количества разумных, что стекаются в эту складку реальности отовсюду и питают своей энергией дитя предтеч.
Приглядевшись, я увидел бесчисленные крохотные искорки, что разлетаются от него во все стороны. Это очищенный энио, осознал я. Дитя возвращает его обратно и тем самым как бы вдыхает жизнь в новые миры. Поразительно. Так вот как всё работает. Вначале предтечи распространяют свой энио и создают условия для зарождения жизни, а частички их энио становятся зачатками душ, которые формируются в уникальных условиях живых планет, а потом эти души питают зародыш предтеч, и уже он поддерживает жизнь, а когда созреет и покинет свою колыбель, начнёт своё развитие новое дитя предтеч. Если он умрёт, то начнётся загибаться и конкретная галактика.
Осознание всего этого сложного процесса пришло неожиданно. Я вообще заметил, что стоит о чём-то подумать, как тут же приходит правильный ответ. Эта складка реальности находится на пересечении множества информационных нитей, и именно поэтому предтечи и создали колыбель именно здесь.
Так, а что там по поводу предтеч и Великой системы? В голову лавинообразно начала поступать информация, а я впитывал её словно губка. Хм, и всё же Систему создали предтечи. Она являлась ранней версией сайбер-пространства, можно сказать бета-тестом, но, в отличие от событий, описанных в фильме «Терминатор», не взбунтовалась против своих создателей. Её целенаправленно взломали, а потом извратили изначальные цели.
Кто? Отступники. Это наиболее подходящий термин. Некая группировка предтеч, которая откололась от основной цивилизации ещё во времена её становления. Отступники не желали отринуть насилие и считали, что рано или поздно в многомерной Вселенной они столкнутся с цивилизацией, не уступающей им по могуществу, и тогда выживет тот, кто умеет держать в руках оружие.
Насколько мне удалось понять, в основном это были военные, другого подходящего термина в человеческом языке просто не существует. Они захватили часть оборудования и затерялись в других измерениях. Среди них было очень мало действительно знающих индивидов, поэтому развитие этой ветви практически остановилось, тогда как основная цивилизация предтеч, отринув насилие, стала созидать и развиваться. Шло время, предтечи совершенствовали технологии и разрабатывали концепцию формирования условий для зарождения жизни. Сотворить материю для них не так уж и сложно, а вот сделать так, чтобы на планетах начала появляться жизнь, гораздо сложнее.
Но оставался вопрос контроля. Предтечи посчитали, что должен появиться беспристрастный судья, который будет следить за порядком и сохранять баланс. Так появилась Великая Система. Но её защита не была совершенной. Отступникам удалось захватить контроль над её ядром и исказить многие алгоритмы. Они осознали тупиковость своего пути развития, но не пожелали от него отказываться. Именно отступники и стали первыми богами и правителями искажённой Великой Системы.
С тех пор они создают новых богов, ну или божков, ведь ни один смертный, получивший силу, не сможет сравниться по могуществу с отступниками. Руками этих божков отступники и ведут войну с предтечами, которые учли свои ошибки и создали сайбер-пространство.
Система старается заразить как можно больше миров предтеч при помощи своих марионеток, жаждущих силы и власти. Одними из таких марионеток являются дарканцы. Технология заражения давно отлажена. В чистую галактику проникает эмиссар Системы и заражает одну из наиболее перспективных рас, а потом постепенно подстёгивает развитие и в нужный момент делится информацией, как обойти правила предтеч, чтобы жить вечно. Дарканцы никогда бы не смогли взломать оборудование предтеч без сторонней помощи, уровни развития технологий несопоставимы, но если знать, как надо действовать, то можно воспользоваться уязвимостью. Как правильно говорила Тень, в любой сложной системе есть лазейки.
Далее всё просто. Оборвав связь центрального мозга с сегментарными искинами, отслеживающими обстановку через сеть, раса-марионетка ослабляет защиту галактики, и эмиссар Системы подключает к сайбер-сети предтеч свой запечатанный мир-приманку, в нашем конкретном случае это Э́стери, и делает его более привлекательным, чем другие. С этого момента все, кто хоть раз подключился к нему, становятся слугами Системы.
Я ужаснулся, когда узнал, что на самом деле Э́стери существует уже тысячи лет и вся его история вовсе не легенда, а чистая правда. Каждый моб или нпс в Э́стери — это душа, что была рождена в галактике Млечный путь. Но самое ужасное, что после разрушения печати, а пробить дорогу в Сердце Мира мог только урождённый нашей галактики, заражённые Системой души после смерти уже не будут привязаны к Э́стери. Они будут воплощаться в других мирах предтеч и прокладывать туда путь Системе.
Но в этот раз нам повезло. По невероятному стечению обстоятельств печать разрушил не один из богов Системы, что будет чётко следовать её правилам, а некогда рядовой искин-помощник, созданный предтечами. Уверен, Тень найдёт лазейки и сможет многое изменить. Вместо того чтобы стать помощниками Системы, души из Эс́тери, немного изменённые Тенью, станут её разрушать. И предсказать, что из этого получится в итоге, невозможно. Удачи тебе, подруга, надеюсь, мы когда-нибудь ещё встретимся.
Всё это, несомненно, очень интересно, но в данный момент меня больше интересует судьба Земли и находящихся там защитников.
— Привет, — обратился я к зародышу. — Просыпайся, нам надо поговорить, — как можно более мягко обратился я к ребёнку, а, по меркам предтеч, он ещё совсем маленький.
— Я хочу ещё поспать, — появился в голове капризный детский голосок.
— А можешь позвать своих родителей, мне надо с ними поговорить, — попросил я.
— Они далеко, это сложно, — ещё сильнее закапризничал ребёнок.
— Это очень важно, от этого зависит твоя жизнь, уверен, они о тебе беспокоятся и должны знать об опасности, — настоял на своём я.
— Ладно, — шмыгнув носом, ответил голосок.
Какое-то время ничего не происходило, а потом я почувствовал
