class="p1">Первым делом он увидел, что огромные корабли в форме звезды были только верхушкой айсберга. Их тут носилось гораздо больше, самых разных. Тысячи крошечных истребителей, средних размеров грузовики, станции, спутники… словом, обычный рабочий день обычной космической цивилизации.
Э нет. Необычный.
На околопланетной орбите он не увидел ни одного стационарного сооружения. Только корабли, которые явно прибыли сюда совсем недавно — многие из них до сих пор продолжали маневрировать, выискивая место поудобнее.
Зато — множество бесформенных кусков металла, яростно излучающих в инфракрасном спектре. Которые, судя по размерам, вполне могли быть теми самыми недостающими орбитальными станциями. Причём совсем недавно.
А ещё — многочисленные тепловые пятна на поверхности обеих планет-близнецов. Совсем непохожие на равномерное свечение городов.
Конечно, это могли быть вулканы. Ну подумаешь — решили обе планеты разом повыбрасывать в атмосферу пару кубических километров лавы и пепла. С кем не бывает. Правда, планетолог из его группы и геолог из другой подтвердили, что места для вулканов неподходящие. И что такие же горячие пятна наблюдаются и на обитаемых планетах других звёзд системы.
— Это не вулканы, ребята, — озвучил кто-то коллективные мысли в общем чате, от потрясения переключившись на голосовой канал. — Это — массовые пожары и кратеры. Кратеры от оружия в мегатонны тротилового эквивалента. Это орбитальная бомбардировка, вот что это такое. Совсем свежая бомбардировка, закончилась, когда мы уже готовились отделяться от зондов. А эти, на орбитах… это не защитники системы. Это — флот вторжения.
Шестнадцатая нить памяти
— Ситуация следующая, — доложил Скруд. — По результатам наблюдения мы обозначили две цивилизации в этой системе, как «железные звёзды» и «стальные коробки» — по форме их кораблей. Похоже, что Звёзды прибыли в систему совсем недавно. И их цель состоит в полном ксеноциде аборигенов, то есть Коробок. Для этого используется примитивное ядерное оружие — но этого оружия у них МНОГО. Как на базовых кораблях, так и на истребителях. И пускают его Звёзды в ход, совершенно не задумываясь. У нас на глазах они разнесли ещё два корабля Коробок, которые ничем не могли им угрожать.
— Это не повод вмешиваться, — резко сказал Явик. — Это не наша война, и мы не знаем, что там происходит. Вполне возможно, Коробки заслужили Экстерминатус. Судя по интонации, вы предлагаете ввязаться в войну с неизвестным, многочисленным, и вероятно сильным противником ради неизвестно чего. Когда мы со своим ещё отнюдь не разобрались.
— Мы уже ввязались, — уточнила Серан. — Пока мы будем выяснять, что там происходит, одной из сторон вполне может физически не остаться. Поэтому «Очи» отказались от маскировки и сейчас на максимальном ускорении идут к уцелевшим кораблям Коробок. Я считала это слишком рискованным, но они меня не послушались. И я их понимаю.
Явик замер.
— Так… Я правильно понял? Нет, то что ваши истребители нарушили прямой приказ командования — это меня даже не удивляет, лояльности от слуг Жнецов я и не ожидал. Но они серьёзно собираются группами по четыре истребителя противостоять нескольким тысячам⁈ Что это за бессмысленный пафосный жест⁈
— Странный вопрос от аватары Мести. Явик, если бы тебе представилась возможность погибнуть, но перед этим нанести врагу значительный ущерб — разве ты бы отказался от такого шанса?
— Моему врагу? Конечно нет! Но Звёзды — не Жнецы, какое нам до них дело⁈
— Тебе — никакого. Тебя никто и не просит в этом участвовать. Да и «Вершина» не позволит, я в курсе ваших отношений. Это исключительно наше дело. Наши враги — те, кто уничтожают мирные корабли и бомбит беззащитные планеты. Независимо от видовой принадлежности. Лучше умереть живыми существами, способными к сопереживанию, чем жить бесчувственными роботами.
— Наше⁈ Ты хочешь сказать, что собираешься подставить не только те шестнадцать разведчиков, но и остальной флот⁈
— Не весь. Только мой авианосец. Я возьму на борт тех пробуждённых, кто разделяет мою идеологию, и иду к четверной системе. Высажу тех, кому ближе твои идеалы или идеалы Вирви. У тебя останутся ещё три авианосца и крейсер, не считая «Вершины» и «Мэлона». Не думаю, что отсутствие одного корабля сильно изменит баланс в противостоянии со Жнецами. А вот в ТОЙ войне он может изменить многое.
— Гентин, ты ещё можешь передумать. Никто не обязывает тебя рисковать жизнью.
— Вы помните моё имя до индоктринации, командир? Как мило. Но понимаете, вот этих ребят, которые сейчас сгорели под ядерной бомбардировкой — я думаю, их тоже никто не обязывал умирать в огне. Я-то хотя бы в виде копии на серверах у Жнецов останусь. А им даже и такого бессмертия не дано.
— Ну ты же знаешь, что индоктринированная копия личности — это не совсем ты…
— Конечно знаю. Я помню то время, все эти тысячелетия помню прекрасно, почти так же хорошо, как вы — с поправкой на объём памяти, конечно, ну да неважно. Но понимаете, командир… если я откажусь помочь тем, кому могу помочь, это тоже буду уже не совсем я. Я вырвался из-под индоктринации, чтобы пожить свободным — и я хочу остаться свободным. Если я позволю этим Звёздам себя запугать, я снова стану марионеткой. А я больше не хочу. Мы все — не хотим. Свобода выбора — это иногда и свобода умереть тоже.
На трёхмерном экране, который казался бы человеческому глазу бессмысленным мельтешением размытых пятен, было видно, как четвёрка «Очей» выходит наперерез самой большой группе «Коробок» — в ней насчитывалось около сорока кораблей. Расположилась она далековато — пять световых часов от звезды. Достичь её вовремя можно было только на сверхсвете.
— Гентин, будь осторожнее. Мы не знаем, чем эти корабли-беглецы вооружены, но я уверена, что настроение у них не лучшее. Их языка мы не знаем, а вид у вас, мягко говоря, недружелюбный. В вас могут начать стрелять ещё до того, как появятся Звёзды.
— Их можно понять. С их точки зрения мы появимся ниоткуда, абсолютно неожиданно… так что сходим со сверхсвета за две световых секунды, чтобы иметь возможность уклониться, если в нас начнут палить.
«Ты перестраховщик, Око-2589329, — фыркнул биолог в чате. — Мы без проблем увернёмся и за половину световой секунды».
«Если непрерывно маневрировать — да, — возразил контактолог. — Но корабли, которые начинают боевое маневрирование сразу после появления, выглядят слишком пугающе. 2589329 хочет, чтобы у нас была возможность уклониться ПОСЛЕ выстрела — а для этого
