одной системе, каждый из которых обладает собственной планетной системой, и в каждой из этих систем есть планеты, пригодные для кислородной жизни! Такое чувство, что их специально собирали и расставляли!
Рядом (по космическим меркам рядом — расстояние уже превысило три тысячи километров и они продолжали расходиться) летели братья. К каждой из четырёх звёзд были направлены по четыре «Ока» — итого авиакрыло из шестнадцати машин. Добровольцев нашлось намного больше, хотя Серан настаивала, чтобы они сидели в своих гнёздах, пока не обзаведутся квантовыми коммуникаторами. Обратное управление (мозг в «Оке», биометаллическое тело на дистанционном контроле) их производственная линия уже освоила, а вот прямое всё ещё находилось на стадии опытных работ — конструкция истребителей не была рассчитана на полный внешний контроль.
В принципе, сейчас все четверо могли бы поставить системы на автопилот и переключиться на освоение новых гуманоидных тел. Проворонить что-то важное они не рисковали — в случае чего компьютер мигом вернёт их восприятие «на место». Но тем не менее, ни одному из бывших протеан такое и в голову не пришло. И не потому, что голов у них не было. Просто не затем они летели в такую даль на допотопной ракете, чтобы теперь упустить хоть секунду захватывающего приключения. Астроном, планетолог, биолог и контактолог. И хотя двум последним вряд ли найдётся работа, всё равно для них это было разновидностью психотерапии. Изучая мир, они вспоминали, кем были раньше, даже эффективнее, чем заново обучаясь ходить и брать предметы руками.
«Эй, — просигналил Око-1343801, планетолог, имени которого до Жатвы Гентин узнать не успел, — ребята, вы видите то же, что и я?»
Восприятие у «Очей» было невероятно острым — по сути, они были в первую очередь летающими телескопами, и только потом — истребителями. До двойной планеты ещё оставалось больше астрономической единицы, но все четверо уже прекрасно видели, что эти миры не необитаемы.
Или во всяком случае, кому-то не безразличны.
Возле обеих планет висели крупные металлические объекты. Около тридцати, чуть больше километра в длину каждый. Довольно экзотической формы, похожие на вытянутые шестиконечные звёзды. Но не нужен был многовековой опыт, чтобы совершенно однозначно понять — перед ними не астероиды и не обломки, это космические корабли, созданные разумными существами. И похоже — боевые космические корабли.
«Фиксирую интенсивный радиообмен, — сообщил Гентин. — Кодировка неизвестна, ни одна из известных цивилизаций нашего цикла таких языков не использовала. Ребята, похоже мы сорвали главный приз — нашли высокоразвитую космическую ксеноцивилизацию! Линяем!»
«Мордин утверждает, что цивилизации Цитадели тоже ничего подобного не строили, и код ему не знаком», — подключилась Серан.
Он оглянулся по сторонам. Братья уже отключили двигатели, охладили обшивку и шли строго по инерции. Этот была даже не продуманная осторожность при встрече с неизвестным видом, а нечто вроде рефлекса, который присутствовал у всех «Очей». Не дай себя заметить цивилизациям цикла, прежде чем наступит время для атаки. Псевдоскорость составляла около пятидесяти мегаметров в секунду, и теперь они должны были достичь двойной планеты примерно за час. Было время подумать — попробовать проскочить через ряды неизвестных, понадеявшись на радиопоглощающую обшивку, или отключить поля эффекта массы, замедлиться до обычной гиперболической скорости и потихоньку уйти в сторону?
«Я вызову внимание на себя, — предложил контактолог. — В конце концов, это моя работа — устанавливать связь. Если чужаки неагрессивны, соберу все почести. Если агрессивны… что ж, пусть думают, что я здесь один…»
«Ребята, не хочу вас отвлекать от героического самопожертвования, — включилась в общий чат Око-200118, астрофизик и лидер группы, которая ушла к оранжевой звезде, самой тёмной из четырёх. — Но тут у нас у всех одно и то же на сенсорах. У КАЖДОЙ звезды есть планеты в зоне обитаемости. И ВСЕ окружены этими звездообразными металлическими штуками. Так что решение о контакте принимаем все вместе — а лучше не принимаем вообще. Если кто-то выдаст себя, он подвергнет опасности всех».
При планировании операции они допускали некоторую вероятность встретить в космосе разум — но не настолько же развитый в первой же системе! Сотня кораблей размером с дредноут — даже протеане времён расцвета Империи не смогли бы собрать такой флот сразу. Либо у этих ребят офигенные производственные мощности, либо они большие перестраховщики, либо… первая же рутинная астрографическая экспедиция, затеянная, чтобы не скучать, умудрилась миновать все их колонии, если таковые вообще были, и с ходу вломиться в метрополию!
«Это ещё не самые плохие новости, ребята, — добавила Око-200118. — Все четыре зонда, которые нас сюда доставили, уже прощупаны узконаправленным радарным лучом. То есть — их засекли. Волир передаст команду на самоликвидацию».
«Нам рекомендовано сделать то же самое?» — ехидно поинтересовался планетолог.
Конечно, умом они понимали, что аватара Милосердия их в беде не бросит — тем более, испугавшись неизвестно кого. Самоуничтожение зондов-носителей — обычная мера предосторожности, возвращаться всё равно собирались не на них. Но века существования в качестве дешёвых исполнительных механизмов даром не проходят. Особенно после недавней потери пары миллионов братьев.
«Даже не шутите так, — отрезала Серан. — Мы уже заканчиваем просчёт вашей ситуации. Пока что самым эффективным получается — вырулить на местные четыре звезды, затормозить в коронах, выполнить обратное ускорение и уйти на сверхсвете. Излучение звёзд замаскирует работу ваших двигателей».
«Без дополнительных бустеров⁈ — ужаснулся кто-то из другой команды. — Да ещё при такой короткой разгонной трассе⁈ У нас же характеристическая в лучшем случае двадцать световых будет! Три года домой тащиться⁈ Вас там Жнецы три раза сожрать успеют!»
«Никто не говорит о полном обратном полёте. Вам нужно всего лишь отойти от системы на половину светового года. А там вас подберёт эвакуационный транспорт. Дорогие мои, я всё понимаю. И то, что это скучно, и то, что вы летели не для того, и что скорее всего это окажется обыкновенной трусостью, ненужной перестраховкой. Но мы просто не можем потерять никого из вас. Не после того, через что мы прошли».
Снова включив тягу — на самую минимальную мощность — все четыре эскадрильи начали плавно корректировать курс, чтобы пройти рядом с местными звёздами.
Несмотря на это, планеты всё равно приближались с каждой минутой. Когда расстояние сократилось до четверти астрономической единицы, Гентин не выдержал и снизил коэффициент поля массы — слишком хотелось рассмотреть их получше. Теперь он делал всего пару тысяч километров в секунду. В чат посыпалась заковыристая ругань товарищей, которых унесло вперёд. Но астроном относился к этому по-коллекционерски флегматично.
