Ухватившись за вьющиеся прутья, я выдергивала их из своего тела и с криком бросала в лифтовую шахту. Мои собственные гранаты.
Я представила, как проклёвываются молодые побеги, как они разрастаются, питаясь не от земли, но от моей силы.
Я полностью отдалась этому ощущению и блаженно улыбнулась, когда почувствовала свои лозы, пронизывающие рёбра, протыкающие черепа. Вскрывающие Бэгменов изнутри.
Да, это невероятно.
Плющ жадно проникал под слизистую кожу, и твари с воплями убирали руки от Джека.
— Всё, Эви. Я свободен.
На моих глазах, обвивая всё вокруг зеленью, стебли роз и плюща поползли вверх по стенам лифтовой шахты. Лозы сплелись надо мной в прочную сеть, защищая от падающих обломков.
Отступив край пола, Арик упал, и через несколько футов смог ухватиться за один из прочных стеблей. Наматывая на него трос, он начал подтягивать к себе Джека.
Затем Смерть и Джек начали подниматься.
Как только они вдвоем оказались наверху, Арик спросил:
— Тебя не укусили, смертный?
Подвернув края пропитанных слизью джинсов, Джек осмотрел свои ноги. Ни крови. Ни повреждений на коже.
— Non. Но еще немного и...
Мы спасли его вовремя.
По моему велению сеть упала, поймав в ловушку толпящихся внизу Бэгменов. Они дёргались, барахтались под ней... а ведьма во мне негодовала. Битва с внешними противниками отражала мою внутреннюю борьбу.
Когда воздух наполнился ароматом роз, я впилась взглядом в Смерть. За него одного можно было получить целых пять знаков. И на нём не было шлема.
— Сдерживайся, Императрица, — он напряжённо нахмурился, — помни, я не стану с тобой сражаться.
Я повернулась к Джеку за помощью. Но, встретившись с ним взглядом, поняла, что он не был моим якорем.
Он был напоминанием... о том, что я хотела сохранить человечность.
Но разве Арик и сам не был напоминанием? О клятве никогда больше не причинить ему вред?
Глубоко вдохнув, я попыталась усмирить ведьму. Сердцебиение успокоилось, когти втянулись, глифы погасли.
Я использовала свои силы как никогда раньше. Пять знаков были почти у меня в руках. Но я укротила свою ведьму!
Мои лозы подхватили устрашающий черный шлем Смерти и понесли вверх. Я взяла его, и протянула Арику.
— Что скажешь? — спросила я, пытаясь отдышаться. — Я достаточно дала ей волю?
Он покачал головой.
— Да ладно тебе! Куда уж больше?
Лёгкий кивок.
— Это лишь малая часть, Императрица.
— Серьёзно? — пыл сражения погас так же быстро, как и вспыхнул, меня охватило головокружение. — Да мои глифы могли осветить небольшой городок. Со всеми этими лозами, я была страшнее любой Шкатулки Ужасов.
Прозвище, которое дала мне Селена.
— Согласен. И тем не менее это лишь малая часть.
Джек хлопнул себя по лицу.
— Где ты этому научилась, peekôn? Бэгмены подумали, что попали под солнечные лучи. Сколько же лоз ты можешь вырастить одновременно?
Хотя бы он был впечатлён.
— Не знаю. Это мой новый набор хитрых приёмов.
— Мне постоянно казалось, что ты вот-вот бросишь мою кайджанскую задницу. Но ты этого не сделал.
— Думаю, твоё время ещё не пришло, — Арик надел шлем.
— И всё-таки моё время не пришло благодаря тебе.
Смущенный признательностью Джека, Арик опустился на колени рядом со мной:
— У тебя рана на голове.
Волна адреналина уступила место мучительной боли во всём теле и приступу тошноты.
Арик откинул в сторону мои волосы.
— Не просто рана. У тебя проломлен череп. И насквозь проколот бок.
— Я исцелюсь.
Джек косо на меня взглянул.
Я покосилась на него в ответ.
— О чём ты думал? Совсем не обязательно было идти на Бэгменов почти без оружия... — моё волнение перешло в гнев, — точно так же, как и прошлой ночью! Ты же пообещал мне этого не делать.
Джек был застигнут врасплох.
— Возможно, вы обсудите это в другой раз, — сказал Арик, — я слышу какое-то движение на лестнице.
Мы посмотрели на светящийся зеленый указатель ВЫХОД над открытой дверью.
— У меня нет боеприпасов, — Джек протёр рукавом вспотевший лоб, — опять Бэгмены?
— Я бы не надеялся на такое везение.
Из-за двери загудел хор голосов:
— Мы будем любить тебя очень сильно.
Глава 38
В помещение одновременно ввалилось так много воплощений, что эта картина не укладывалась в моем затуманенном сознании.
Абсолютно одинаковые. Как те бумажные фигурки, растянутые в ряд, только с клинками в руках.
Обнажив собственные мечи, Смерть бросился в бой. Джек за неимением ничего другого вооружился огнетушителем.
После попытки подняться на ноги меня вырвало в лужу собственной крови.
— Не подходи, Императрица, — крикнул Арик, размахивая оружием.
— Мы сами разберёмся! — Джек огрел Винсента по голове.
Опираясь о стену, я неуверенно встала на ноги. Мне бы лишь немного окрепнуть, чтобы призвать на помощь всю ту лавину зелени из шахты лифта.
Кто-то ладонью зажал мне рот.
Показалось, земля уходит из-под ног... нет, мы действительно двигались. Фрагмент стены начал вращаться и нас уволокло в потайное помещение...
— Если хочешь увидеть Селену живой, — прошептал мужской голос, — будь послушной девочкой.
Винсент. Я почувствовала, что этот настоящий.
Никогда ему не увидеть меня послушной девочкой.
Как только он обхватил меня за шею, я выпустила ядовитые шипы. Половина символа скоро станет моей!
— Узнаешь? — он поднёс к моему лицу датчик давления. — Теперь ошейничек носит Селена.
Но… но знак Любовников…
Нет, нет, Селена мой друг. Она же убрала стрелу Лучницы, предназначенную для меня.
Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Винсент мог провести меня к ней... и Вайолет в Обитель. Я подняла руки в знак капитуляции.
— Я крайне удивлён, Императрица. Ты на самом деле беспокоишься о другой карте, — он втащил меня в тесную лифтовую кабину, ненамного просторнее кухонного подъёмника, — а мы с Ви ещё сомневались, усмирит ли эта угроза твою кровожадность.
Начался подъём — трудно сказать, сколько этажей мы проехали. Он вытолкнул меня в очередное техническое помещение с оранжевыми надписями на стенах.
УДАР ПОРАЖЕНИЕ ПАДЕНИЕ БЕЗУМИЕ
Над ним появилось изображение карты, перевёрнутое, но абсолютно чёткое. Наконец, я столкнулась с одним из исходных близнецов.
Настоящий Винсент разительно отличался от своих рослых безупречно сложенных воплощений. Худой, но обрюзгший. С желтушной лоснящейся кожей. Волосы растрёпаны, майка и джинсы забрызганы кровью. Руки покрыты рубцами и свежими порезами из-за постоянных кровопусканий.
