в кабинет снаружи.
При осмотре нижней части одной из стен кабинета мы обнаружили отметки мелком. Эти отметки, сделанные, похоже, теми же мелками, что лежали на столе в кабинете, указывают, что убийство было совершено с помощью машины времени. И поскольку никто, кроме здесь собравшихся, о машине не знает, только один из вас может быть убийцей.
– Как это? Нет, погодите! – запротестовала Равит.
– Ты знал об этом? – прошипела Элиана Дорону, который потупился, поджав губы.
– Терпение! Не торопитесь! – призвала Авигаль. – Это еще не все. Налицо два обстоятельства. Первое: убийство совершено с помощью машины времени. И второе: использовать ее для перемещения в будущее нельзя, возможно только перемещение в прошлое. Следовательно, убийца Бренда использовал машину после четвертого сентября. Даже если мы выясним, кто убийца, и попытаемся его остановить, у нас ничего не получится, потому что попытка предотвратить его создаст парадокс. Невозможно предотвратить убийство, которое, по сути, уже произошло.
– Это нелогично, – возразила Нира.
– Верно, – согласилась Авигаль, – в этом есть что-то нелогичное. Можно предположить, что о машине времени знал еще кто-то. Но есть и другая странность. Мало того что Бренд убит – из ящика его секретера исчезли чертежи. Напрашивается вывод: убийца Бренда похитил их, чтобы создать собственную машину времени. Но если он уже располагает машиной, позволившей ему совершить убийство, зачем красть чертежи? Ему известно, что кража чертежей ничего не изменит: Бренд уже создал машину. И, кроме того, заполучить чертежи можно было и не убивая Бренда. Что мешало обладателю машины времени посетить кабинет Бренда в отсутствие хозяина, забрать чертежи, а потом – при необходимости – незаметно вернуть на место? И зачем вообще понадобились эти меловые отметки в кабинете? Разве недостаточно просто мельком глянуть назад, чтобы понять, откуда именно ты вышел? Зачем так точно отмечать границы портала?
Авигаль обвела взглядом присутствующих.
– Поэтому я считаю, что наша изначальная гипотеза была неверна. Убийца Бренда не использовал машину времени. Похитивший чертежи не ставил себе целью заполучить их. Меловые отметки – это подсказка. Как и украденные чертежи. Указание на то, что убийца не мог воспользоваться машиной времени.
– Убийца оставил нам подсказки? – оторопел Дорон. – Специально?
– Не убийца, – поправила Авигаль, – нет. Я. Когда Дорон попытался при помощи машины времени посмотреть, что произошло в кабинете немного раньше, чем раздался выстрел, портал не открылся. Мы думали – из-за того, что это создаст парадокс. Если бы портал, открывшись, показал нам, кто убийца, мы, возможно, захотели бы предотвратить преступление, чего допускать было никак нельзя. Но это только одно из возможных объяснений. Другое заключается в том, что открытие портала создаст иной парадокс: мы увидим сами себя.
Бренд был убит в запертой комнате, куда, казалось, никто не проникал извне, и поэтому, когда возникла версия, что убийство совершено с помощью машины времени, мы приняли ее. Но что, если это все же не соответствует истине? Что, если на самом деле Бренд был убит в собственном настоящем времени, а мы лишь выбрали самое простое объяснение?
Я не думаю, что убийца взял чертежи, чтобы создать машину времени. Нет никакой причины делать это. Я сама взяла их. Точнее, я собираюсь их взять. Я хочу намекнуть самой себе, что в нашей теории есть что-то нелогичное. Это не создаст парадокса, потому что кража чертежей относится к области уже известного. Но зато это подтвердит мою идею. Дорон? – Она повела рукой в направлении компьютера, и порядком озадаченный приятель Бренда встал и сел за клавиатуру.
– Мы собираемся открыть портал за несколько минут до убийства. Скажем, за пять минут до выстрела. И настроим портал так, чтобы он автоматически закрылся через пять минут, – это исключит пересечение между нашим визитом и убийством. Вы умеете задавать автоматическое закрытие портала, верно?
– Да, – ответил Дорон.
– Отлично.
Все взгляды устремились на нее. Авигаль это не смущало, она была уверена в своей правоте.
– Если портал откроется и мы увидим, что в кабинет действительно можно войти, это подтвердит мою новую версию. Я войду и заберу чертежи машины времени из ящика секретера. Таким образом, я оставлю подсказку, о существовании которой уже знаю. А затем… Равит, вы можете дать мне камеру, о которой я вас просила?
– Да. – Поднявшись, Равит протянула Авигаль маленький цилиндрик.
– Спасибо, – поблагодарила Авигаль и продемонстрировала ее всем. – Это самая маленькая камера из всех, что производит фирма Равит. Разрешение «четыре ка», память сто двадцать восемь гигабайт.
– Двести пятьдесят шесть, – поправила Равит тихо.
– Двести пятьдесят шесть гигабайт. Какова продолжительность автономной записи, без подключения к внешним устройствам?
– Она не предназначена для хранения данных, но может записывать до сорока минут, – ответила Равит.
– Этого более чем достаточно, – одобрила Авигаль. – Я собираюсь вернуться в момент времени, который на несколько минут предшествовал убийству, взять чертежи из ящика и установить камеру, чтобы заснять убийцу.
– А если сам факт записи вызовет парадокс? – усомнилась Элиана.
– Тогда портал не откроется, – ответила Авигаль.
– А что насчет полиции? – подключился Дорон. – Они найдут камеру, когда будут осматривать кабинет.
– Нет, не найдут, – покачала головой Авигаль. – Потому что мы собираемся открыть портал снова до прихода полиции, спустя десять минут после убийства, и я заберу камеру. Это не окажет влияния на происходившее с момента убийства и до настоящего времени, но, когда мы подключим камеру к компьютеру и посмотрим запись, станет очевидно, что именно произошло в кабинете Бренда между первым и вторым открытием портала. – Она сунула миниатюрную камеру в карман. – Все готовы?
Присутствующие кивнули.
– Тогда вперед! – скомандовала Авигаль Дорону. – Откройте нам портал.
Запуск в Израиль, 22:30:00, 4 сентября 2019 года
Когда кабинет Бренда появился в портале, Элиана не смогла сдержать печального вздоха.
Все присутствующие, кроме Равит, знали, как выглядел кабинет через час после того, как полицейские забрали оттуда все, что смогли. Сейчас они увидели комнату аккуратной и чистой за миг до катастрофы. Письменный стол завален книгами, бумагами, вскрытыми конвертами и ручками разных цветов. Сквозь распахнутые окна веял прохладный вечерний ветерок, слегка колыхавший края бумаг на столе.
– Бренда там нет, верно? – спросил Дорон.
– Нет, конечно, – ответила Авигаль. – Иначе портал не открылся бы.
– Я предлагаю установить камеру на одну из полок в дальнем углу, – указала Равит. – При съемке оттуда будет захвачена почти вся комната.
Авигаль вытащила мелок из коробки и глубоко вздохнула. Медленно шагнув вперед, она остановилась на пороге портала, нагнулась, протянула руку и нанесла мелком две маленькие отметки на стене, фиксируя границы. Затем выпрямилась, бросила мел Дорону, который поймал его на лету, и стерла с руки остатки меловой пыли, после чего
