с Джинжер, с которой было связано много незабываемых событий. Именно Джинжер привела Софию к шалашу из кустов шиповника, где она встретила своего Мистера «Х»…
«Кому достался мой рыжий дьяволенок?»– подумала София, чувствуя, что уже сползает с кресла от бессилия.
Она лениво добралась до постели и, не раздеваясь, с головой завернулась в одеяло. Сон мгновенно поразил ее сознание. Но во сне София не отдыхала. Ей снились алгоритмы, коды, шифры, нули и единицы и пальцы невольно искали клавиши клавиатуры; вперемешку возникали лица Ахматова и рыжей Фурье; Майк снова напоминал ей о встрече с оперативной группой; Стивенсон пытался научить ее новым тактическим уловкам; а потом она карабкалась на скалу невероятных размеров без страховки, с диким ужасом и с замиранием сердца, а сверху на нее смотрели до боли знакомые глаза, и губы шептали: «Иди ко мне!»
И вдруг она проснулась, смутно отдавая себе отчет в том, что это был сон. И тут же ее напугал звонок домофона. София выбралась из-под одеяла, поправила на себе одежду, мысленно возмущаясь, что та очень измята и непригодна для встречи незваных гостей. Пробегая мимо часов, она сердито заметила, что двенадцать – слишком ранний час, и она могла бы еще поспать.
– Кто там?– спросонья недовольно проговорила София в домофон.
– Добрый день, София! Уверен, что ты не ждала меня, но сегодня такой чудесный день, и у меня к тебе не менее приятное предложение,– невероятно дружелюбно проговорил мужской голос, который только звучал во сне.
София оторопела и сделала шаг в сторону зеркала. В этот момент она выглядела ужасно: взъерошенные волосы, заспанное лицо и пьяные глаза.
– Э-э…– вырвалось у нее в ответ,– конечно, я вас не ждала, Алекс… Совсем не ждала… А что вы хотите?
– Может, ты позволишь мне войти и все объяснить?– ответил Ахматов.
«Ну да, неудобно держать его там»,– подумала София и нажала на кнопку «пропуск». Затем она метнулась в ванную, сорвала с крючка махровый халат, закрутила банное полотенце вокруг головы и вернулась к входной двери.
Рассеянно поправляя на себе одежду, и, пальцами разглаживая кожу лица, чтобы удалить заспанное выражение, София прислушалась к шагам за дверью. «Что он здесь забыл?!– теперь уже стала рассуждать она.– Я ему ясно сказала, что не хочу встречаться с ним. Или я была неубедительна? Вот глупая: почему я опять волнуюсь, как школьница?»
В дверь раздался деликатный стук. Девушка глубоко вдохнула и так же выдохнула, помогая себе плавными движениями рук. Восстановив дыхание и настроившись на ровный тон, протянула руку к щеколде и повернула ее. Отперев дверь, отшагнула назад и уверенно вопросительно уставилась на мужчину.
Ахматов выглядел потрясающе. София смотрела на него и чувствовала стыд от слишком откровенного любования им, но не могла отвести глаз. Его удивительное лицо – идеально симметричное, одухотворенное и поразительно красивое всегда вызывало в ней трепет. Ясные глаза, крепкие скулы, волевой подбородок, гладко выбритая кожа без изъяна, чувственные губы – не большие, не маленькие, и ровные здоровые зубы, которые показались, когда он улыбнулся открытой, радостной улыбкой.
– Я тебя разбудил?– вскинул одну бровь Алекс и окинул девушку любующимся взглядом.
В розовом халате, с полотенцем на голове, без макияжа она выглядела еще обаятельнее – естественная, нежная и трогательная.
– Да,– призналась она и смущенно помяла губами: от его глаз ничего не утаишь.
– И даже в этом ты выглядишь очаровательно,– с неподдельным восхищением заметил Алекс и оперся плечом на дверной косяк.– Я могу войти?
София отреагировала на комплимент легким румянцем.
– Уж если все равно разбудили меня, то уделю вам несколько минут,– сразу ограничила Мэдисон и жестом пригласила войти.
Ахматов вошел и прикрыл за собой дверь, но проходить дальше холла не пытался, так как девушка смотрела на него настороженно.
– Мне нескольких минут хватит, но тебе понадобится чуть больше времени, чтобы собраться,– уверенно заявил он.
И София поразилась безаппеляционности его тона.
– Что это значит?– недоуменно спросила она и скрестила руки на груди.
– Мне предложили два билета на премьеру спектакля. Это маленький театр в центре Хьюстон-авеню. Мне кажется, это интересно. Пойдем вместе сегодня в три часа? А до спектакля мы могли бы где-нибудь пообедать?
«Спектакль?! Это что-то новенькое! И как мне себя вести? Опять начать все заново?!»– пронеслось в мыслях Софии.
– Вы просто неиссякаемый источник упорства!– безобидно подчеркнула она и не сдержала улыбки.
– Это упрек? Или комплимент?
– И то, и другое, если хотите…
Ахматов грустно вздохнул и опустил голову, чтобы руками взъерошить волосы на висках. Потом он с загадочной улыбкой обвел лицо девушки взглядом и сказал:
– Меня расстроил наш последний разговор. Чувствую какую-то недосказанность. Может, избавишь меня от дурацких догадок и сомнений?
Разговор выходил на откровения, но София чувствовала, что не может позволить себе затронуть эту тему, так как поток смятения тут же вынесет ее из почти укрепившегося состояния равновесия. Она опустила глаза, но решительно ответила:
– Боюсь быть не объективной, но мы с вами – люди разного уровня. Интересы, увлечения, привычки, воспитание, сложившееся мнение…
– Мнение? Ты судишь обо мне по чужому мнению, но только не по своему собственному? С воспитанием у нас обоих в порядке. А интересы и привычки имеют свойства меняться. Я не понимаю, что ты хочешь сказать?
– Вы и у меня создаете впечатление человека, как бы это мягче выразить… свободолюбивого…
– Только не убеждай меня в том, что я продолжаю подвиги донжуана и веду счет каждой женщине…– слегка оскорбился Алекс.
Софию взволновала такая искренняя реакция Ахматова. Она чувствовала, что он обижен и рассержен из-за ее отношения к нему, но имеет завидное самообладание, чтобы не выразить это ни словом, ни жестом.
– Прошу прощения за прямоту,– проговорила она, не зная, куда спрятаться от его пронзительного взгляда.
– Мне нравится твоя прямолинейность,– мягко признался Алекс,– но в рассмотрении меня ты опираешься на недостоверные источники.
София еще больше ощутила свою вину и непроизвольно замедлила дыхание от огорчения. Ахматов сделал шаг навстречу, склонился и заглянул ей в глаза, которые она не осмеливалась поднять.
– Так ты пойдешь со мной на «Мигелию»?
– Куда?!– внезапно оживилась София и вскинула голову ему навстречу.
Ахматов вынул из кармана пиджака яркий билет-программку и протянул девушке.
– «Мигелия де Сантос», премьера пьесы.
– С удовольствием!– воскликнула София, не осмыслив, хочет ли она этого в действительности, и что ее будет ждать потом.
– Прекрасно!– воодушевился Ахматов, несколько удивленный ее непредсказуемостью.– Сколько тебе нужно времени, чтобы собраться?
– Полчаса будет достаточно…
– Тогда я жду тебя в машине?
София кивнула, благодарно
