лицо за подбородок, уверенно заглянул в глаза. — Что за сомнения? Ты же этого хочешь.
— Мы после поговорим, — обнажать свои страхи и мысли перед столькими людьми — до сих пор сложно. И незачем. Потому оба мужчины не пытаются вывести меня на откровенный разговор. Боюсь, что пока.
Но им двоим я готова сказать, что мой самый главный страх в том, как эти наши отношения отражатся на детях. Я никогда не стану диктовать сыновьям — с кем спать или с кем встречаться, но нужно будет ему уже совсем скоро объяснять не только то, что я люблю Матвея и Диму в равной степени. А и то, что он в праве выбрать свой путь самостоятельно и решить как жить. Потому, что это его жизнь и судьба.
А потом всё то же самое нужно будет повторить с Лёшей.
Мы возвращаемся к приготовлению к празднику. Папа с дедом забрали всех мужчин заниматься уличными гирляндами, втихушку пить коньяк и знакомиться ближе. Мы тоже открыли вина, разложили одну закусочку и, под негромкую музыку и вкусное красное полусладкое уверенно подготавливали салатики, закуски. Мы с Ирой и Леной ещё и начали готовить фрукты к коктейлям, чтобы было много выбора — что выпить.
После, уже ближе к вечеру пришли и друзья бабули и дедули. Наряженные и милые женщины и держащие уверенно осанки мужчины сразу влились в нашу атмосферу, они тоже принесли какие-то вкусняшки, и отправили нас наряжаться.
— Платье простенькое, — придирчиво осматривает меня Дина и хмурится. — А ещё ты похудела. Нервничаешь?
— Да, — я прикусила губу, — постоянно нервничаю. У Лёшки зубы режутся частенько, я схожу с ума, — вздыхаю.
— У нас есть план, — подходит Лена, обнимая меня за плечи и кивая Ире. — Мы смотрим и укладываем ваших зайчиков, а вы должны скрыться в дальней комнатке, — девушка хитренько усмехаясь. Ира подходит ко мне с небольшой коробкой. Я открываю её и дёргаюсь.
— Девки, вы с ума сошли? — внутри чёрный красивый и очень откровенный комплект белья. Тонкое красивое кружево на ощупь мягкое, словно из шёлка. Поднимаю взгляд на Иру.
— Что не так, родная? — подруга улыбнулась. — Думаю, что вам не о чём говорить. Что все твои страхи — надуманы. Просто подумай, сколько ты хотела этого. Потому что мне кажется, что ты можешь и отказаться от их предложения, — Ира погладила пальцами по обручальному кольцу.
— Я никогда от них не откажусь. Но это… Не слишком? — я кивнула на коробку.
— Нет, родная, — усмехнулась Дина. — Не всё ж тебе нам помогать. Если бы не ты, я бы ещё долго любила Мишу в тайне. Так что… Это бельё не для того, чтобы вы в очередной раз случайно потрахались и разошлись. Мы все хотим, чтобы вы насладились теми чувствами, которые испытываете друг к другу. А вы реально сходите с ума, — улыбнулась брюнетка. — Иди надевай. А платье это пусть будет такое простенькое.
— Спасибо, — я прижимаю коробочку с бельём к груди и смотрю на подруг.
Поправляю платье на бёдрах. Я совсем не чувствую всего этого кружева, и мне безумно комфортно в этом белье. Это редко бывает с кружевом. Всё же это больше для красоты и особенных случаев…
Смотрю на себя в зеркало. На мне действительно обычное коктейльное платье в обтяжку, простое, чёрное. Без декольте, с тонкой горловиной. Я ведь думала, что это будет такой же Новый год, как и многие до него… И выряжаться не планировала. А это платье единственное, которое легло в чемодан. У меня ещё пару часов назад не было настроения праздновать.
А сейчас… Я чувствую дрожь. Нетерпеливо подкрашиваю губы и иду вниз. Девушки ещё готовятся, но я уже спускаюсь, ведь мне срочно нужно вновь их увидеть. Хотя бы.
В огромной гостиной во всю уже смеются бабуля и её подруги, параллельно присматривая за внуками, мужчины что-то обсуждают в своём кругу.
А едва меня замечают, от компании отделились мои любимые. Они оба подходят ко мне, но пока даже не прижимают, словно и сами не понимают, как им быть в присутствии стольких людей. Дима быстро подал мне бокал шампанского, а Матвей первый поцеловал мою ладонь. Погладил пальчики, провёл носом по коже. Вроде бы ничего такого, а сердце пропустило пару ударов. И едва мужчина ловит мой взгляд, я тут же понимаю, что все мои страхи и мысли действительно ничто.
Потому, что в наших отношениях уверены они оба. Потому, что я смотрю в глаза Димы и вижу в них бесконечное тепло и любовь.
— Это самое целомудренное платье, которое я на тебе видел, — комментирует Матвей. — Но мне безумно нравится.
— Что вы все прицепились к платью? — я усмехнулась. — Мне его снять? — тряхнув головой, я смотрю уверенно на Матвея.
— О, я успел забыть, какая ты… — рыжий мужчина жадно глотнул. — Сладкая.
— Есть шанс вспомнить, — тихо произнёс Дима. — А платье хорошее. Настя ведь мама двоих детей, Арк.
— Знаю, — рыжий прижимает меня к себе и проводит носом по моему виску. Стеснение снова немного отступает. Но не до конца. — Один из них — мой. Такой же рыжий будет.
— Такой же, — кивнула я. — Они оба очень похожи на вас. Словно я просто постояла рядом.
— Кир похож на нас обоих, — Дима улыбнулся. — Так что не преувеличивай.
— Я в нём все одиннадцать лет вижу того самого безбашенного парня, который легко воспринял то, что второй рыжий парень тоже предпочёл меня моей сестре, — улыбнулась.
Спускаются красивые девушки. Начинается довольно-таки веселое и приятное, теплое и семейное застолье. А ещё больше всего приятно то, что мы сидим с мужчинами и нашими детьми вместе, кушаем, общаемся, смеёмся… Тосты практически только обо мне, а после каждого заливисто смеется Лёшка, сидя на руках у Матвея. Он словно интуитивно чувствовал, что нужно его сыну и потому у него получилось и скормить ему полностью смесь, а после Леша ещё и выпил компота бабули и даже воды. Хотя во жидкость сын пьёт очень неохотно.
Дима же часто отвлекался на Кира. Помогал ему кушать, подавал всё, что он просил.
А меня только шампанским поили. И я подозреваю, что специально.
— Я хочу выпить за Анатолия Игоревича, — Дима неожиданно встаёт и улыбается. — Судя по всему, что я знаю, у вас в семье были недопонимания. Мне жаль, что столько лет вы, даже разведясь, жили так, как жили. Но я так же хочу сказать «спасибо». Когда Настя осталась одна сейчас, вы поверили Дамиру и помогли. И по сей день помогаете. Я рад, что вы
