class="p1">— Да погодь ты, Егорка, с “Горько”! Не мешай людям! — брякнула возмущенно Марина Степановна.
— В таком случае прошу скрепить подписями ваше желание стать законными супругами, — продолжила вести церемонию невозмутимая с виду регистратор.
Я первой поставила подпись, а затем передала Демьяну ручку, но тот не сразу подошел к стойке, чем заставил наших гостей изрядно понервничать.
— Подождите, я, вообще-то еще не всё сказал, — нарушая последовательность процессии, он приблизился ко мне, крепко сжал мою руку и приложил ее к своей груди, за которой бешено клокотало сердце. — Нин, ты как никто другой знаешь, через что нам пришлось пройти, чтобы в итоге оказаться здесь, в стенах этого ЗАГСа, в окружении наших близких и родных. Но ничего бы этого не было, если бы не ты и твоя непоколебимая вера… Если бы нам не удалось вынести все испытания, которые обрушились на нас... И ведь такое не каждый способен вынести, а у нас получилось. Получилось… благодаря тебе. Только потому что ты оставалась со мной, ты верила в меня, не оглядываясь в прошлое, несмотря ни на что. Ты помогала мне строить будущее и быть лучшей версией себя, и за это я бесконечно люблю тебя. И сейчас перед десятками свидетелей я клянусь преданно любить тебя, с той же непоколебимостью и уверенностью, что и ты меня. Всю свою жизнь. Я обещаю быть верным, любящим мужем и заботливым отцом нашим детям. Я клянусь, что посвящу всего себя нашей семье….
С затаенным сердцем я вслушивалась в слова незапланированной клятвы. Как заколдованная. Словно в первый раз. И мурашки атаковали всё мое тело. Что тогда, что сейчас.
Хоть голос Демьяна и дрожал, но в его словах было столько искренности и трепетной нежности, что я едва сдерживала себя, чтобы не расплакаться и не испортить свой макияж, но глаза всё равно заполнились слезами счастья.
По залу то и дело проносились всхлипы родных и близких друзей. Марина Степановна с Танюшкой и Машей утирали слезы бумажными салфетками, Егор со своими сокомандниками свистели во время обмена кольцами.
— Властью, данной мне вами и всеми присутствующими здесь, объявляю вас мужем и женой! Теперь жених может поцеловать невесту, — торжественно произнесла женщина и под бурные овации мы с Демьяном потянулись друг к другу, чтобы скрепить свой союз чувственным поцелуем.
— Ну вот, малышня, так ваша мама вышла замуж за вашего папу, — с этими словами Демьян подхватил пульт с дивана и, нажав на кнопку, остановил видеозапись, которая воспроизводилась на нашем телевизоре далеко не в первый раз, но детки сегодня увидели ее впервые.
По гостиной тут же прокатился восторженный гул Алекса и Сашульки, сидевших между нами на диване.
— А когда это было? — спросил Алекс, наш младшенький, которому совсем недавно исполнилось пять лет.
— Три года назад, — быстро ответил Демьян.
Он забросил руку на спинку дивана, пальцами коснулся моего плеча, огладил его, и меня вновь мысленно перебросило в тот прекрасный день, который навсегда сохранится в моей памяти.
Пока Алекс считал на пальчиках, Сашулька уже посчитала в уме и насупила брови.
— А почему я этого не помню? — поинтересовалась она, поглядывая то на меня, то на своего папу.
— И я тоже не помню, но я же был там, — возмутился сынок, переглянувшись со своей старшей сестренкой, а потом указал пальцем на застывший стоп-кадр, где они на пару с Сашулькой выбражали перед гостями в первых рядах, в то время как их папа с мамой проживали одни из самых волнительных минут в своей жизни.
Мы с Демьяном усмехнулись и обняли их со всех сторон.
— Вы не помните, потому что оба были еще совсем маленькими, — пояснили мы в один голос, и это вышло чисто случайно.
Впрочем, такое в нашей семье не редкость. Мы частенько заканчиваем друг за другом фразы, говорим в унисон. Мы с Демьяном научились чувствовать друг друга на интуитивном уровне, угадывать мысли друг друга. А такая сильная связь дорогого стоит.
— А бабушка тогда почему не помнит некоторых моментов, она же не была маленькой, — поинтересовался Алекс, отчего я подавилась смешком, тем самым предоставляя отвечать на этот вопрос главе нашего семейства.
— Ваша бабушка в самый разгар нашей свадьбы так отплясывала, что память отшибло, — Демьян нашел вполне приличное объяснение забывчивости Марины Степановны.
Ну не говорить же детям, что их бабушка столько вина выпила за наше семейное счастье и благополучие, сколько за всю свою жизнь не выпивала. Просто вторая часть нашей свадьбы протекала в ресторане и была весьма шумной и веселой. Вино и шампанское лилось рекой, а тосты следовали один за другим, без продыху. Марина Степановна с другими гостями только успевали обновлять бокалы.
В общем, погуляли мы на славу. Благо видео записывали. Хоть есть возможность освежить всё в памяти.
— Мама, у тебя такое красивое платье было на свадьбе, — сказала Сашулька, прижимая свою головушку к моему плечу. — А где оно сейчас?
— В гардеробной, в чехле хранится, — ответила я, и тут же пожалела об этом.
Мне же сейчас придется доставать его, а мы и так уже порядочно засиделись.
И я как в воду глядела.
Сашулька вскочила на ноги и стала хлопать в ладоши, прыгая на диване, как на батуте.
— А покажи! Покажи! Я хочу на него посмотреть!
Алекс взял пример со своей сестренки, и тоже начал скакать, словно заведенный.
— Покажи нам, мам! — упрашивал он, лишь бы оттянуть время до сна.
Алекс в самую первую нашу встречу назвал меня мамой. И если тогда мне казалось это чем-то неправильным, то со временем я разглядела в этом подарок судьбы.
Я стала для Алекса мамой, а он стал для меня тем, кого я всегда себе желала — сыном, которого я люблю всем своим сердцем, и кого готова защищать любой ценой. Равно, как и Сашульку.
Я никогда не разделяла наших детей на своих и чужих. Несмотря ни на что. Даже мысли такой не возникало. Для меня они оба родные и самые любимые.
Долгое время мы с Демьяном думали, стоит ли рассказывать Алексу о существовании биологической матери, и пришли к выводу, что будет лучше, если между нами не останется никаких тайн.
Примерно месяц назад, под наблюдением детского психолога, мы рассказали Алексу о Наде. Правда, без жутких подробностей. О том, что его биологическая мать
