покинул арену, проталкиваясь сквозь нищих и немного богаче одетых людей. Незнакомец хлопнул меня по спине, поздравляя с победой. Я любил это, любил выигрывать. Деньги в моём кошельке стоили этого рискованного предприятия. Я, как и обещал, выкуплю обратно некоторые вещи, проданные из моей квартиры. Я знал, что это сделает Аннис счастливее.
Удача осталась на моей стороне, и я одержал победу. Меня приметили небольшие игорные дома. Однажды я даже получил приглашение, но меня до сих пор допускали на кочующие игры. Люди запоминали меня, и я тоже начал видеть постоянно одни и те же лица людей в голубых одеждах. Аннис пока ещё не видела ни одной из моих игр.
Настоящие свечи, источающие аромат лаванды для Аннис, горели в старой банке, наполняя комнату приятным светом. Я принёс их из магазина, который продавал только свечи для лучшей части города. Магазин, продающий лишь один тип вещей, был вне понимания для нашего бедного квартала. Свечи были немыслимой расточительностью.
Потрёпанный, но пока ещё не дырявый ковёр, украшенный красными, чёрными и белыми узорами, покрывал изрядно поломанный пол. Он, как и свечи, тоже создавал свой уют. Человек, продавший мне ковёр, уверял меня, что он прослужит мне до конца моей жизни, добавив при этом, что эта вещь принадлежала недавно умершей старушке. - Даже после вашей смерти вас могут в него завернуть, - сказал он, передавая мне дешёвый ковёр, стоявшей рядом с ним. Его заведение стояло рядом со свечным магазином на дальней стороне города, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы донести его до дома, но я делал это ради Аннис.
На ковре стоял стол и два обшитых тканью деревянных стула, новее, чем ковёр и в хорошем состоянии. Стулья были куплены из одного казино и по цене вышли меньше, чем один хороший обед. Распорядитель казино дал указание своим людям отвести их на рынок. Одно слово от меня, и они стали моими. Меня уважали. Распорядитель хотел, чтобы я остался с хорошим мнением о его казино. Но моё хорошее мнение о нём сложилось лишь из четырёх выигрышных ночей подряд. Я взял то, чего был достоин.
Призрак моего богомола сейчас смирно стоял на отшлифованной крышке стола, гладкой, как стекло. Он отошёл от моей руки, ловко увернувшись. Иногда я представлял себе лицо Думосса на поединке его богомола против моего. Мои остальные питомцы также выступали на аренах, где победа приносила большие деньги. Они лучше питались, и дух у них был сильнее. Это как схватка настоящего игрока против менее опытного соперника. Голод для хозяина означал поражение для его питомца.
Концентрация на богомоле, пока я занимаюсь другими делами, сделала мой контроль сильнее и ещё более опасным. Это было то, чего я так долго добивался: я сделал из богомола непреодолимую угрозу для моих соперников. Все его движения были спокойными и уверенными.
Замок тихо повернулся, и дверь открылась прежде, чем я это заметил. Петли и замок были достаточно хорошо смазаны. Аннис переступила через порог, держа в руках корзины. У неё было много денег, но не больше, чем у меня. Её волосы сияли, ухоженные купленной мною щёткой. У нас было мыло и одно полотенце, считавшиеся предметами роскоши. Выражение её лица было строгим. Несмотря на нашу возросшую удачу, ей до сих пор не нравились прикасания после работы.
Аннис посмотрела на стол, глубоко вдохнув. - Что это за запах?
Ответ был для меня истинным наслаждением. - Свечи с ароматом лаванды.
Она открыла рот и резко закрыла его. Из всех женщин в казино, она единственная не крала у Думосса. Может быть, это было одной из причин, почему он оказывал ей своё внимание и заботу. Она могла украсть много таких свечей. Но они были особенными, купленными из-за моей любви к ней.
Элегантно размахнув руками, я поднял салфетку, накрывавшую тарелку. Под ней была восхитительная еда: рыба в нежном сиропе, булочка из тёплого хлеба и фрукты, такие свежие, что она могла почувствовать их запах через всю комнату. Аромат, очевидно, достиг её, и она снова глубоко вдохнула, спокойно прикрыв свои глаза. Я достал бутылку вина. Она была красива и ошеломлена.
Но тут что-то ещё притаилось за её улыбкой. У неё есть свой сюрприз, который она припрятала на десерт. Я ощутил силу, льющуюся из Потока. Я чувствовал её прежде от Мастера Думосса и его кулона. Мои зубы сжимались от напряжения всё сильнее и сильнее. Она принялась искать что-то в её корзине, избегая моего взгляда. Она поняла, что я почувствовал присутствие кулона в этой комнате.
Что делать? Что сказать? Что всё это значит? Она согласилась? Это наш последний ужин вместе? И это после того, как я за неё боролся?
Я решил, что нужно успокоиться и вернуть контроль, ставший намного лучше от тренировок и успеха, который он приносил. Я ощущал присутствие кулона, как если бы видел его своими глазами. Если я надену его, то сила моих питомцев многократно возрастёт.
Аннис остановила свой нервозный поиск и прикоснулась рукой к своей шее, где к воротнику были пришиты золотые кружева - повышение на службе у Думосса. - Он дал это мне сегодня.
- Я почувствовал его.
Она отвернулась, до сих пор нервничая. Она волнуется, потому что я узнал о её предательстве? А, может быть, это не было предательством, и она боялась, что я буду оскорблён тем фактом, что она приняла подарок от другого мужчины? В одном я был уверен: Думосс утомлял её. Она устала от его попыток. Я видел её тогда в казино. Я знаю, как она флиртовала с ним. Я видел Думосса, обнимающего её. Чтобы спастись от собственной слабости, ей нужны были моя сила и мой успех. Пока я побеждаю, она будет моей. Мои питомцы перестали беспокойно носиться по своим клеткам.
- А ты ощущаешь его силу?
Аннис убрала прядь волос с её лица и кивнула. - Немного. Моя магия слаба. Но он притягивает…
- Замечательно. - В моём тоне слышались нотки счастья. Мы оба, как всегда и хотели, жили в богатстве.
Аннис посмотрела на меня из-под тени, скрывающую её глаза, и увидела мою открытую, подлинную улыбку. Она снова кивнула. - Он притягивает удачу. То, что я когда-то говорила, случится. У меня будет больше магии и, тем самым, будет больше удачи.
Я засмеялся. Я не говорил ей, что в магии нужно упражняться, использовать её, прежде чем добиться успеха. О магии она знала лишь
