И вот сейчас этот самый Графин выходил из казино с лицом явно неудачливого игрока. Похоже, на ниве азартных игр ему в этот раз не повезло, и неудачник двигался по улице неверной походкой подвыпившего человека, на ходу решавшего дилемму: то ли зайти в какое питейное заведение и «добавить», то ли отправиться домой и «на боковую».
— То, что надо, — решил про себя Роба, — этот тип наверняка не откажется от предложения подзаработать непыльной работенкой.
И Роба, продолжая оставаться в режиме невидимости, отправился вслед за ним. Если Графин по пути «добавит», то разговаривать с ним на эту тему будет бесполезно. По прежним встречам Роба отмечал, что алкоголь добавляет Графину лишь многословности, хвастовства и бестолковости.
Будущий партнер миновал, однако, пивной бар и поплелся к входу в метро. Роба мгновенно материализовался и сел ему на хвост. Так и есть — выйдя через две остановки, Графин поглядел зачем-то на небо долгим пристальным взором, а затем направился прямиком к своему дому.
— Здорово, Графин! — Роба догнал его у самого подъезда, дверь которого закрывалась на кодовый замок.
— Здорово, парень! — тот смерил его удивленным взглядом, — только, что-то я не припомню тебя среди своих корешей.
— Да, ладно тебе… Забурел, что ли, — укорил его Роба, — есть серьезный разговор.
— Ну, говори свой разговор.
— Наше общение будет длинным, может, давай не на улице, а зайдем к тебе домой?
— Я, кого попало, на свою хату не вожу, — маленькие глазки Графина забегали, изучая робино лицо.
— Тогда давай найдем какое-нибудь укромное местечко, — предложил Роба.
— Да, чё ты хочешь-то пацан, — забеспокоился Графин, — об чём базар повести собираешься?
— Есть возможность зашибить хорошие бабки, — Роба нарочито старался говорить жаргонным языком, чтобы казаться взрослее.
— Да-а-а? — недоверчиво протянул Графин, — а я-то тут, какими колесами буксанул?
— Я все расскажу подробно. Только надо где-то пристроиться.
— Ну, пошли вон в скверик, побазарим, коли, не шутишь.
— Садись, — Графин ткнул пальцем в первую попавшуюся скамейку, — говори, чем замутить хочешь?
Роба сел на предложенное место и обстоятельно поведал своему собеседнику не слишком хитроумный план обыгрывания казино. Главная идея состояла в том, что Графин будет ставить фишки на цвета, в предложенной Робой последовательности, несколько раз подряд, все удваивая и удваивая сумму, а затем получает выигрыш и делится с ним.
— Выигрыш делим ровно пополам, — уточнил Роба.
— Это невозможно! — заупрямился Графин, — несколько раз подряд угадать нельзя.
— Можно. У меня способности есть такие — предугадывать. Правда, не намного ходов вперед. Но нам хватит. Давай попробуем, а если не получится — я возмещаю все убытки и моральный ущерб в виде ста баксов. Могу хоть сейчас расписку дать.
Таких денег у Робы, конечно, не было, но здесь он ничем не рисковал — гарантия удачи была, что называется, стопроцентной, ибо все делалось его собственными руками. Он достаточно потренировался на нескольких рулетках, и всюду имел полный успех в манипулировании фортуной. Ни окружающие игроки, ни персонал игровых заведений не заметили никаких накладок.
— А я тебе зачем? — с подозрением спросил Графин, — сам чего не хочешь обделывать эти делишки?
— Несовершеннолетним вход в казино воспрещен, — коротко пояснил Роба.
— А, да! Точняк, — согласился собеседник, — я как-то об этом не скумекал… Но, если я все буду делать, тогда мне семьдесят процентов, а тебе тридцатник.
— Нет. Только пятьдесят на пятьдесят.
— Тебе то за что?
— Как, за что? И идея моя, и говорить, на что ставить, буду я.
— Эко дело! Тридцатника тебе вполне хватит.
— Слушай! — обозлился Роба, — не хочешь на моих условиях, оставайся оффтоп — другого партнера себе найду. Желающих — только кликни…
— Что еще за офтоп такой? — обиделся хозяин, ты за базаром-то секи… Враз по ушам можешь получить…
— Вне темы. От английского словосочетания off topic. Итак, по полтиннику на брата. По рукам?
— Я же рискую, — горячился Графин, — а ты в сторонке. Если болт обломится — кому ответ держать?
— Какой еще болт? — удивился Роба.
— Ну, незадача, какая приключится… Застукают меня, например, обслуга засечет мое постоянное везение. Ты ж предлагаешь каждый день так крысятничать.
— Не застукают и не засекут. Все учтено могучим ураганом. Мы каждый день будем менять казино. Всего их в городе восемь, так что меньше одного раза в неделю получится. Никто и внимания не обратит. К тому же выигрыши будут небольшими.
— Небольшими? — разочарованно протянул Графин, — тогда стоит ли эту бодягу затевать.
— Зато стабильными и гарантированными, — утешил его Роба, — а, главное, совершенно безопасными.
— Ладно, по рукам, — вздохнул Графин.
Первая попытка прошла без сучка — без задоринки, хотя Графин сильно волновался, потел и мельтешил без надобности руками.
— Ровно в двадцать один ноль-ноль, — инструктировал его Роба, — подойдешь к столу и поставишь фишку за десять долларов в такой последовательности: красное-красное-черное-красное. Запомнил?
— Чё тут запоминать, — расхохотался Графин, — к-к-ч-к — проще пареной репы.
— Хорошо. Теперь, давай сверим часы.
В результате, всего за несколько минут десять долларов превратились в сто шестьдесят. Как и договаривались, Графин на этом прекратил игру и пошел в кассу обменивать выигранные фишки на валюту. Однако, после этого, он неожиданно отправился в бар. Роба вышел на улицу, чтобы случайно не наткнуться на суетившихся в казино посетителей и, выйдя из режима невидимости, стал дожидаться его там. Он предполагал, что его не очень надежный партнер, когда-нибудь, да выкинет фортель, но не ожидал, что это случится так скоро.
Графин отсутствовал почти час и вышел из казино изрядно навеселе. Неровной походкой он побрел по направлению к входу в метро. Роба догнал его и преградил дорогу. И без того, маленькие глазки Графина, под воздействием алкоголя, превратившиеся в узкие щелки, недоуменно уставились на неожиданное препятствие.
— Моя доля, — робина рука протянулась к груди партнера.
— Какая еще доля? — глазки приоткрылись пошире, и зрачки в них начали привычные хаотичные движения, — а-а-а, да, конечно, счас отстегну.
Графин сунул руку в карман джинсов, достал оттуда смятую десятидолларовую купюру, распрямил ее перед лицом Робы и, опять смяв, сунул в боковой карманчик робиной рубашки.
— На мороженое…, заплетающимся языком пробормотал он, — а хошь и пивка глотни.
