Ваш хомяк съел эту бумагу, и яд подействовал на него почти мгновенно. На вашем месте я бы тоже пошёл проверился.
Мужчина задумался.
— Понятно… — прохрипел он. — Я отойду на секунду, а вы тут работайте.
Он выскочил за дверь. Через мгновение я услышал, как он кому-то звонит. Разговор был очень эмоциональным.
— … да я их, сука, в порошок сотру!.. Задержать немедленно! Всех, кто имел доступ к моему кабинету за последние сутки! Покушение на должностное лицо! Да, я сказал, НА ДОЛЖНОСТНОЕ ЛИЦО! И обыскать все кабинеты! Ищите всё, что связано с алхимией! Всё!
Я же принялся за работу. Вылечить хомяка оказалось непросто. Пришлось буквально пересобирать его внутренности, удаляя поражённые ткани и запуская ускоренную регенерацию. Но я справился.
Через час я вынес мужчине абсолютно здорового и даже слегка помолодевшего зверька.
«Кто-то захотел этого мужика завалить, — думал я, провожая его взглядом. — Зная, что он будет работать с отравленными бумагами. Яд медленно, но верно воздействовал бы на него… А ведь он даже не понял бы почему умирает. Думал бы, что это какая-то редкая болезнь. А маленький хомяк, по сути, спас ему жизнь. Принял удар на себя. Забавная ирония…»
Я вернулся в кабинет и сел в кресло, собираясь наконец-то отдохнуть. Но не тут-то было.
— Вик, — в дверях появилась Валерия, — к тебе там… снова
Я вышел в приёмную.
И увидел Агнессу Новикову. Она стояла посреди холла, скрестив руки на груди, и сверлила меня взглядом.
— Виктор, скажи честно, что ты предложил Светловым?
Я вкратце, без лишних подробностей, обрисовал ей суть своего изобретения.
— В смысле, а почему ты подумал, что мне это не надо?
— Ну, твой род не воюет с Горбуновыми, — пожал я плечами.
— А тебя не смущает, что мой род занимается химерной алхимией? Что у нас в двадцати городах свои лавки, которые продают зелья? И теперь я своими руками просто передала выгодный товар другим. Замечательно!
Я подошёл к ней сзади и легонько погладил её по спине.
— Не переживай. Со временем наберёшься опыта.
— Ты издеваешься?
— Да нет, — я улыбнулся. — Просто говорю, что любой опыт — это опыт. Даже отрицательный. По крайней мере, теперь ты знаешь, что иногда нужно задавать больше вопросов. Да и вообще, какая тебе разница? Ну, отдам я одну мазь. У тебя же, по всей видимости, целая империя. Или ты хочешь сказать, что у вас не хватает ассортимента из своих разработок?
— Всё у нас в порядке! — бросила она, отвернувшись.
Понятно.
— Хорошо, — наконец сказала она, снова поворачиваясь ко мне. — Ты сможешь дать мне свой рецепт?
— Про рецепт я уже говорил. Давай ещё и тебе расскажу…
Я снова поведал свою версию с «уникальной энергией» и почему не получится просто скопировать ингредиенты.
— Ну, приехали… — расстроилась Агнесса. — То есть ты не сможешь делать ещё и на нас?
— Скорее всего, нет. Максимум в неделю две-три баночки я смогу тебе выделить для личных нужд. Но тебе же надо больше?
— Хорошо, пусть будет три баночки! — оживилась она.
— Ну, это же вообще ничего! У тебя, говоришь, двадцать лавок. Это что, по одной пипетке на каждую? И зачем тебе такой поставщик…
— Всё равно! Давай! Я найду, как их использовать! Может, мы сможем воссоздать твою технологию…
Она закусила губу, явно что-то прикидывая в уме.
Я же молча наблюдал за ней.
«Ну, когда уже… Давай, давай! Когда уже… Ну, ну, ну…» — мысленно подбадривал я её.
Мой внутренний химеролог-психолог ликовал.
«Как тяжело работать с женщинами в этом плане. Она сейчас явно сидит и пилит себя, зачем она вообще связалась со мной, почему сразу всё не узнала. Ну, ничего».
И тут в приёмную вошла Валерия. В руках она держала несколько аккуратно распечатанных и скреплённых листов.
— Виктор, я здесь собрала остальные образцы, как ты просил, которые могут подойти для Светловых. Куда положить буклет?
Я медленно повернул голову к ней.
— Никуда. Ты уволена.
Валерия замерла, её лицо вытянулось. Она посмотрела на меня, потом на Агнессу, и в её глазах блеснули слёзы.
— Но… Вик… я же… я не хотела! Я просто…
— Просто что? Просто решила слить информацию о моих разработках первому встречному аристократу? Я тебе доверился!
Я провёл рукой по волосам, изображая крайнюю степень разочарования.
— Всё, разговор окончен. Можешь забрать свои вещи.
И тут вмешалась Агнесса.
— Никого не надо увольнять!
Она решительно подошла к Валерии.
— Отставить! — резко сказала она, а затем повернулась ко мне. — И Светловым не надо ничего передавать. Я готова рассмотреть эти варианты и предложить лучшие условия, чем они.
— Лучше, чем Светловы? Ты уверена?
— Я Светловых знаю не первый год. И они не самые щедрые люди, не переживай, — она протянула руку. — Валерия, милочка, давай сюда всё, что есть.
Валерия растерянно переводила взгляд с меня на Агнессу.
— Что делать?
Я тяжело вздохнул, изображая вселенскую скорбь.
— Ну что, раз спалила уже всю контору, показывай всё, что у нас есть. Давай, пусть смотрит.
Валерия протянула Агнессе те самые листы.
«Ветеринарная клиника „Добрый Доктор“. Специальные предложения для оптовых клиентов».
Это был аккуратно свёрстанный, почти профессиональный рекламный буклет с описанием всех моих разработок. Заживляющая мазь, костный порошок, «сыворотка храбрости» и прочие товары, которые мы собирались производить. С ценами, описанием и возможными побочными эффектами.
— Ладно, я, пожалуй, пойду.
Я тихонько ударил кулаком в стену, якобы от горечи и досады, что мои великие секреты так легко стали достоянием общественности.
— Никакой тайны в этом мире сохранить нельзя, — буркнул я и, не оборачиваясь, вышел из приёмной.
Оказавшись в коридоре, я прислонился к стене. Дверь тут же приоткрылась, и в щель просунулась голова Валерии. Она показала мне большой палец.
Я довольно кивнул в ответ.
Мы не договаривались. Она сама поняла мой план и идеально подыграла, сымпровизировав на ходу.
Ну, как минимум, теперь мне есть с кем обсуждать свои дела. Кеша, конечно, классный парень. Но это Кеша, извините. Расскажешь ему что-то по секрету — и завтра каждый голубь в городе будет в курсе всех подробностей. А Валерия умеет держать язык за зубами, играя на моей стороне.
Я понял — всё идёт по плану.
Вот так вот, легко и просто, химерологической продукцией моей
