и попытался вырвать руки из камня. Он пытался это делать до тех пор, пока колени не затрещали, а руки не свело. Он не мог даже пошевелить пальцами рук. Двигались только пальцы ног, да и то лишь потому, что он был в ботинках, но его ноги застряли едва ли не крепче, чем руки.
Он был бессилен что-либо предпринять. Абсолютно. А Лея угодила в лапы этого великана. Да кто он вообще такой? В голову не закралось ни единой мысли, ни единой зацепки.
И возможно, он погибнет, так и не догадавшись. Она сказала: «Доверься Силе». Что же, если Сила собиралась время от времени протягивать ему руку помощи, то нужный момент уже как раз наступил.
– Эй, там? – вопросил он вслух. – Ты здесь? Можешь уделить немного внимания лучшему другу твоего последнего джедая?
Из кармана жилетки донесся шум помех, и из комлинка послышалось:
– Хан! Хан, как слышно? Хан, прием! Это Люк!
Сила, вне всяких сомнений, была к нему благосклонна. Практически случилось чудо, и это могло бы навсегда обратить его в истинно верующего… если бы в этот момент его руки не были закованы в камень, и он имел бы хоть какую-то возможность достать комлинк из кармана и ответить.
Соло решил, что Сила, если она существует и действует именно так, как говорили о ней Люк и Лея, обладает отвратительным чувством юмора.
* * *
«Сокол» проносился через лабиринт пещер на немыслимой скорости – скорости, которая казалась Нику еще выше, чем была на самом деле, поскольку вокруг него чуть не смыкались скалы, грозя отхватить ему голову, а то и раздавить всю турель целиком, а впереди возникали каменные выступы, от встречи с которыми корабль должен был постоянно уклоняться. А когда корпус все же цеплялся за скалы, металл обшивки звенел, стонал и издавал несусветный скрежет. И это еще не стоило забывать о маленьких и проворных СИД-истребителях, которые гнались за ними по пятам: только изгибы и повороты пещеры укрывали «Сокол» от огня их пушек, а на редких прямых участках, где СИДы все же имели возможность прицелиться, Ник отстреливался из верхней турели. На близком расстоянии и без пространства для маневра истребители даже не могли изменить угол захода и один за другим нарывались на выстрелы в лоб и вспыхивали.
Слова Ника о крылышках пертриллианской ночной осы, разумеется, были хвастовством – но отнюдь не пустым.
Он просто продолжал стрелять, стараясь не думать о неясных очертаниях скал, проносившихся так близко, что, будь у него возможность открыть форточку, он смог бы их потрогать – с риском потерять конечность.
– Я надеюсь, ты видишь, куда летишь!
– Просто чувствую путь. – Голос Скайуокера был почти весел. – А как поживает наша погоня?
Ник осклабился, глядя на повороты, изгибы и боковые ответвления, так стремительно исчезавшие в абсолютной тьме позади.
– Все просто чудесно, пока имперцы не изобрели способ стрелять, огибая углы!
В тот же миг из темноты синхронно вынырнула пара сияющих голубовато-белых энергетических шаров и понеслась прямо на него.
– Ну и кто меня тянул за язык?.. – Стрелок взялся за ручку управления и попытался навести орудия на эти грохочущие шары, которые в погоне за ними прытко выписывали очень крутые дуги. – Идут торпеды. Похоже, за нами увязались бомбардировщики.
– Целься в торпеды.
– Уже, – процедил он сквозь зубы, прошивая очередью лазерных зарядов траекторию ближайшей торпеды. Однако вторая осталась невредима и, прорвавшись сквозь облако взрыва, продолжила лететь. Ник, проклиная неповоротливый механизм горизонтальной наводки, все же сумел повернуть дула орудий и перехватил торпеду всего лишь в двадцати метрах от досветовых двигателей «Сокола». – Камни и те бросать было бы сподручнее! В нас чуть не попали… Ты сможешь настроить на меня управление второй турелью?
– Она сейчас занята, – последовал ответ, и тут же застрочило орудие на брюхе корабля: пушечные заряды пронзили темноту, пробив впереди узкий проход.
Грузовик влетел в недостаточно широкое отверстие со скоростью арбалетного выстрела в упор. Раздался невыносимый скрежет, и от удара стрелок чуть не пробил головой транспаристальной купол турели, но корабль прорвался напролом.
– Узковато было… У нас все на месте?
– Похоже, антенна – того, – заключил Ник, провожая взглядом оторванное устройство, уносящееся в темноту позади.
– Чудесно. Хан до сих пор припоминает Лэндо, как тот потерял прежнюю тарелку в чреве второй «Звезды Смерти». Теперь и меня ожидает та же участь.
– Ожидает, если мы вообще выберемся отсюда! – Вдалеке возникли еще четыре голубых шара, которые стремительно приближались, за несколько секунд увеличившись в размерах от булавочной головки до борголбольного мяча. Ник успел лишь выдохнуть:
– Четыре? Как же мне поразить четыре?
Он навел счетверенные орудия на потолок пещеры прямо над «Соколом» и нажал на гашетку, заполнив туннель позади корабля клубами дыма и пыли. Разумеется, дым и пыль никак не препятствовали продвижению торпед, как, впрочем, и падению множественных камней с потолка. А вот камни могли помешать торпедам.
Первая из них воткнулась в падающую глыбу и повернулась головкой вверх; ее взрыв вызвал обвал, в который попали одна за другой оставшиеся три торпеды. Все это произошло в достаточной близости от грузовика, чтобы его внешние прожекторы отчетливо осветили баррикаду из громыхающих камней, запечатавшую туннель снизу доверху.
– Ну, бомбардировщики, удачи вам пойти в обход, – прошептал стрелок, чувствуя глубокое удовлетворение от проделанной работы. Но потом вдруг осознал, что баррикада по-прежнему на виду, и он ни на метр от нее не удаляется. – Эй, почему стоим?
– Посмотри вперед.
Ник повернул турель.
– Ох, – только и вымолвил он.
Они достигли конца туннеля. Впереди была просто скала. А позади он только что перегородил единственный выход, запечатав его покруче, чем хранилище хртингийских огнекристаллов.
– М-да… – протянул он. – Не сдавай назад.
Люк в рубке мрачно рассматривал вставшую перед ним каменную стену. Он был уверен, что летит в правильном направлении. Уверен до такой степени, словно Сила сама недвусмысленно ему прошептала: «Будь уверен».
– Не понимаю. – Он встряхнул головой и повернулся к Эоне, пристегнутой к креслу второго пилота. – Это неправильно. Так не должно было случиться.
– Не трать время на мысли о том, чего быть не должно. Лучше подумай о том, что есть.
Люк решил не говорить ей, что это очень похоже на одно из изречений Йоды.
Ее лицо осунулось, и голос прозвучал затравленно:
– Подумай, как нам выбраться отсюда.
Юноша спросил сочувственно:
– Боишься замкнутого пространства?
– Немножко, – нерешительно кивнула она. – Но этого достаточно.
– Согласен. Но не тревожься. Если ты потерялся, первое, что нужно сделать, – это где-нибудь остановиться и узнать дорогу. – Он включил связь и ввел
