гостей туда, где до этого был замечен мужчина, более его не обнаруживаю.
– …Да, преступник будет наказан согласно закону. За измену и попытку свергнуть официального правителя, полагаю, что светит ему смертная казнь или пожизненная ссылка на соляные копи…
– Да-да, тоже был рад с вами поболтать. О, нет, больше никаких сюрпризов, можете смело возвращаться домой!
Физиономия Ричарда не может быть фальшивее. Когда какой-то пожилой аристократ хлопает его на прощание по плечу и, опираясь на трость, уходит прочь, принц устало вздыхает и встречается со мной взглядом.
Вздергиваю бровь, и Ричард позволяет себе маленькую, но искреннюю улыбку в мой адрес.
– Где Джонатан? – спрашиваю, как только приближается его высочество.
– Вот так сразу, с места в карьер? Может, лучше поинтересуетесь у меня, как я? Не ранен ли? Спросите о моих чувствах и переживаниях? – язвит мужчина в ответ.
– Хорошо. Как вы себя чувствовали, проведя весь вечер подле моей сестры? Что почувствовали, когда она решила вести в танце? Не отдавила ли она вам ноги?
У Ричарда вырывается смешок, который он быстро прикрывает кашлем, когда в нашу сторону бросают любопытные взгляды.
– Кхм. Это было частью плана. В обычных обстоятельствах я бы никогда не позволил себе крутится вокруг бывшей невесты младшего брата…
Понятно. Хочешь спрятаться – будь на виду у всех.
– И не нужно нравоучений, я уже довольно их услышал от нее самой.
– Заслужено, – пожимаю плечами, не собираясь жалеть принца.
– Как жестоко, – Ричард цокает языком.
– Вы не первый, от кого я сегодня слышу обвинения в жестокости, мне не привыкать. Поэтому, оправдывая это обвинение, спрошу еще раз, где мой Джон?
Теперь черед Ричарда хитро улыбаться.
–ВашДжон? Знаете, я должен вас поблагодарить. Во-первых, ваш пример отношений с сестрой помог мне многое осознать. Мы не выбираем свою семью, но выбираем, как к ней относиться и строить отношения. Семья может быть источником поддержки и любви, но иногда нам нужно работать над этими связями, чтобы они стали крепче.
Это он про Саймона? Помирились? Вероятнее всего, раз второй принц решил не быть волком в овечьей шкуре и встал на сторону короля и Ричарда, отказавшись поддержать мятеж родного отца. Прав был известный классик, каждая семья по-своему несчастна.
– И, во-вторых, – продолжает принц. – я признателен вам, леди Гарнет, за ваш поистине уникальный подход во взаимодействии с прислугой. Если бы не вышедшая за все рамки привязанность вашего Джонатана к своей хозяйке, боюсь, мне не удалось бы сегодня так ловко справится с угрозой. Ведь именно его желание стоять рядом со своей госпожой на равных, стать достойным в глазах общества ее любви, сподвигло его действовать. Разработка плана и привлечение на нашу сторону наемников – его заслуга. Потрясающий стратег, такой мне понадобится, когда я стану королем.
Не успеваю подобрать слова, гадая были ли эти слова похвалой или оскорблением:
– Это…
– За вашей спиной, – Ричард не дает мне продолжить, улыбается, кивает на прощание и быстро исчезает в потоке удаляющихся из зала гостей.
Оборачиваюсь.
– Привет.
– Привет… – мой Джонатан переоделся, снова в подаренном костюме ворона, но без маски, скрывающей его красивое лицо. – Долго ждала?
Качаю головой.
Если есть чего ждать, то неважно, сколько времени это займет.
– Злишься?
– Нет…Ты в порядке? Нигде не ранен? Как себя чувствуешь? – спрашиваю участливо, разглядываю фигуру мужчины с головы до ног и обратно.
Пусть и держал от меня в тайне весь этот дурацкий план и собственное в нем участие, все обошлось без кровопролития и это главное. Но больше – никаких секретов.
– Все в порядке, – мягко улыбается Джон.
До чего же он милый! Ну просто очаровашка. Так и хочется потрепать его за щеки, или по голове погладить. А еще поцеловать. Пожалуй, это желание затмевает все остальные.
– Это хорошо… – мямлю в ответ, не зная, что еще сказать.
Меня вдруг сковывает непонятная робость. В ушах продолжают звучать слова принца.
О людях говорят не слова, а поступки. Все действия Джонатана мотивированы мыслями обо мне и самыми серьезными намерениями. Это…никто и никогда прежде не делал ради меня ничего подобного.
Достойна ли я такого отношения? Не знаю. Но я изо всех сил постараюсь, чтобы ему соответствовать. Этот мужчина не должен пожалеть о своем выборе. Никогда.
– Приемный сын графа, Юриан, подозревается в пособничестве. Однако по представлению его тестя, отца леди в девичестве Кармайкл, он будет с женой сослан на десять лет в родовое поместье рода Кармайкл, – сообщает Джон, заполняя возникшую неловкую паузу.
Повезло ли на самом деле Юриану?
Условия его наказания означают, что он целиком и полностью под каблуком своей благоверной.
Не нахожу в себе сочувствия. Заслужил. Брак с такой как Розетта сам по себе наказание, а быть у нее в полной власти и услужении – что ж, многие предпочтут такому исходу работу в соляных шахтах.
– Шарлин, – Джонатан касается моей руки и осторожно, словно она сделана из хрупкого стекла, сжимает в своей мозолистой и крепкой ладони.
Поднимаю голову, полюбовавшись нашими сцепленными руками, подходящими друг другу как два кусочка паззла и встречаюсь взглядом с горящими уверенностью, непоколебимостью, но вместе с тем и беспокойством, страхом и любовью глазами.
– Принц Ричард предоставил мне место в своей личной гвардии. Через пару лет службы я смогу претендовать на получение титула лорда…Могу я…Могу я попросить тебя немного подождать? Тогда я смогу дотянуться до тебя, стать достойным того, чтобы быть с тобой, чтобы ухаживать за тобой, просить у маркиза твоей руки, назвать твоих братьев и сестру своими…Обещаю, я найду средства, куплю дом по соседству с резиденцией Гарнетов, чтобы ты была рядом со своей семьей, с большим садом и лужайкой, где будет удобно заниматься йогой и верандой для собраний этого общества борцов против угнетения и…
Не даю Джону договорить, заткнув его рот поцелуем. Только этого сборища угнетенных на моей веранде не хватало!
Целиком и полностью, вся без остатка, я уже твоя. Но если для тебя это важно, если ты хочешь, я готова подождать столько, сколько нужно.
Разумеется, моя лепта будет равнозначной вкладу моего любимого.
Что значит «куплю»? Купим! Вдвоем! Общими усилиями!
Дома по соседству от родовой резиденции моего шебутного семейства стоят баснословных денег. Уже можно начинать копить. Придется потрудиться. Но я готова.
Пусть в глазах других это мезальянс, позор, неравный и сомнительный
