поинтересовалась мать.
– Я женюсь.
Затем, пользуясь эффектом неожиданности, он оставил женщин дружно охать. Пока они не пришли в себя и не решили задержать его с целью выпытать подробности, взобрался к брату, где заработал поощрительный хлопок по плечу.
– Давно пора, братишка. У отца пришел просить разрешения? – усмехнулся старший.
– Нет, – возразил Эвангелион. – Меня с моей светлой принцессой не разлучит даже его темнейший отказ, Далион.
– Принцессой? – нахмурился брат. – Только не говори, что нацелился наследницу наших светлых соседей себе присвоить! Армунна уже шесть лет моя!
– У меня своя светлая принцесса, – улыбнулся Гейл. – Та, которую спрятали на землях людей!
Он побежал дальше, туда, где располагался кабинет отца, и рывком распахнул двери. Непонятно, как, но вечный спутник и самый преданный слуга Темного лорда всегда знал, что за гость пожалует к хозяину.
– Господин Эвангелион Эндорийский, представитель двора некромантов и ваш второй наследник!
– Спасибо, Сармад, – поблагодарил Гейл услужливо поклонившегося мужчину в годах. – Я ненадолго.
– Отчего же? – голос отца прогремел из глубины кабинета, по площади равного чуть ли не всему приемному залу. Эвангирион Темный всегда любил большие пространства, вот и замок свой он не занимал до того момента, как там не обустроят последний темный угол самого малого из винных погребов. Все здесь дышало хозяином: и массивные шторы на высоких окнах, и огромнейшая библиотека древних фолиантов, и даже широкий стол для посещений, за которым сейчас восседал отец. Висящие на стенах картины представителей рода только добавляли обстановке основательности.
– Прости, отец – дела, – просто ответил младший сын. – Надо выручать одну маленькую птичку из клетки Ласотара.
– И что же ты желаешь рассказать?
– У меня есть предложение: ты не хотел бы подумать над тем, чтобы восстановить дружбу со светлыми землями?
– Хм… – не став ходить вокруг да около, сразу же задумался отец. – Чтобы это сделать, должна быть достаточно веская причина. Сам же знаешь, после того, что устроил дед с женой Армонда Светлого, мы с ними, мягко говоря, находимся в нелегких отношениях, и со смертью нашего предка эти светляки нисколько не успокоились.
– Как считаешь, возвращение темными заточенной у водных демонов светлой принцессы будет достаточным обстоятельством, чтобы просить ее руки?
Эвангирион молчал некоторое время.
– Сколько, ты говоришь, Ласотару осталось жить?
Глава 2
Глава 2
– Нет, знала я, что светляки любят понежиться, но чтобы так – убедилась только сейчас!
Ворчливый и ужасно знакомый писклявый голос над ухом понемногу возвращал меня в состояние бодрости. Приоткрыв глаза, я поначалу удивилась несоответствию воспоминаний и обнаруженной картинки действительности. Засыпала–то я в повозке, окруженная мешками и накрытая покрывалом, а проснулась…поначалу я даже подумала, что нахожусь в своей комнате в Биоре, слишком уж вокруг все было лимонно–желтым и светлым. Только проскакивающие кое–где вставки голубой ткани вносили диссонанс в готовое заполнить все мое существо ощущение счастья. Мягкая кровать с балдахином, стол у окна и скатерть с цветами на нем, сундуки с вещами в углу комнаты, даже большое окно, благодаря которому комната озарялась светом – все напоминало о доме. Неужели Академия Магии и все, что случилось в ней, все, о чем я вспоминала с радостью и замирающим сердцем, оказалось всего лишь плодом моего воображения?
– Приснится же такое… – тихо пробормотала я, сильнее закутываясь в покрывало.
– И это несуразное создание Эвангелион еще птичкой называет? – снова послышался надоедливый голос, и вместе с первым его звуками я почувствовала несильный укол раздражения: меня явно пытались разбудить. – Принцесска изнеженная, тоже мне!
Слово «принцесска» зацепило слух и заставило невольно вздрогнуть. Просто произнесено оно было с такой интонацией – брезгливой и пренебрежительной – что у меня даже волоски на коже зашевелились. И голос этот – я его узнала. Так могла общаться со мной только личная фея Эвангелиона, Тикки–Рё. Так, значит, все это было на самом деле?
– Тикки… – простонала я, пытаясь выбраться из–под тяжелого покрывала. – Что происходит, Тикки? Как ты здесь оказалась?
– Это я у тебя хотела бы узнать, бедовая девчонка! – на перину передо мной опустилось маленькое недоразумение женского пола, всем своим видом показывая недовольство сложившейся ситуацией. – Я с ног сбилась, вылечивая все твои ссадины и ушибы после трехдневного путешествия!
– Трехдневного? – закашлялась я. – Тикки, так это все правда? Меня похитили водный и воздушный демоны?!
– На твоем месте я бы беспокоилась о том, куда они тебя привезли, – хмуро заметила Фейка, но меня уже было не остановить: слишком ярко вспыхнули события, сопровождавшие мое покушение.
– Гейл! – на глаза даже слезы навернулись. – Они на Гейла напали, Тикки! Они лишили его воздуха!
– Да что ему будет–то, темному, пусть и наполовину, – отмахнулась мелкая. – Он в туманных землях таким испытаниям подвергался – не поверишь! Ну, не реви, – сжалилась она, видя, что никакие уговоры не могут вернуть мне хорошего настроения. – Не реви, все с ним хорошо. Я бы почувствовала обратное.
– Правда? – я умолкла, постаравшись утихомирить рыдания, и с надеждой посмотрела на огненноволосую женщину, которая, при желании, могла бы уместиться у меня на ладони.
– Феи никогда не лгут, – важно подняв вверх указательный палец, заявила Тикки. – Думаю, Гейл постарается Ласотара схватить на горяченьком!
– Ласотара? – я вспомнила, что именно это имя упоминал водник, когда утаскивал меня из городской квартиры Гейла. – Кто это, Тикки?
Меня наградили полным изумления взглядом:
– Ну, ты и простота! А я еще думаю, что от тебя могло понадобиться советнику водного повелителя! Хотела поинтересоваться из первых рук, а ты и сама не знаешь!
– Демоны говорили что–то о том, чтобы насолить Дарию… – припоминая ночные разговоры похитителей, проговорила я. – Это как–то связано с ним?
С минуту маленькое крылатое создание молчало. Потом принялось ходить по свободному пространству кровати по кругу.
– Гейл не говорил со мной об этом, – наконец вымолвила она. – Но возможно, Ласотар и правда как–то с твоим неудачливым женишком связан. Постарайся узнать об этом как можно больше! – велела мне она.
– А ты? – понимая, что фейка к чему–то прислушивается, спросила я.
– А я буду прятаться, девчонка, мы же в диких землях! Как только меня заметят, сразу
