— ответил Прапор, разворачивая ещё один лист бумаги и, уложив его поверх карты, принялся водить пальцем по нарисованным стрелкам и объяснять задуманный манёвр.
— Главное, её вот сюда заманить и успеть закрыть шлюзы, которые мы смонтировали вместо дверей. Деваться ей некуда будет, кроме как через во-о-от это окошко, в которое она непременно должна сунуть свою любопытную башку. А там, уже дело техники: успеть задвижку прикрыть и прижать. — Прапор приложил ребром ладонь к своему горлу.
— А если отрубим? — Кир задумался.
— У неё их ещё шесть, не переживай, — усмехнулся Леший. — Будет в чём поковыряться. Глядишь, и жемчуг найдётся.
— Не. Не должны, — продолжил Прапор. — Люк этот, вообще-то, предполагался как один из выходов для нас. Мы же не думали, что приползёт такая вот хрень головастая. — Рукой изобразил подобие змеи.
— Постой, постой. Чего ты насчёт жемчуга сейчас сказал⁈ — подкинулся Фома со своего места и уставился на Лешего. — Голов-то у неё се-е-емь и, если… да, ну, нафиг! Не может такого быть! — Фома махнул рукой и принялся нервно нарезать круги по помещению, напряжённо над чем-то размышляя.
— Хм, а стервец ведь, может и прав оказаться, — Прапор протёр ладонью тут же вспотевшую лысину. — Может правда, давайте её просто грохнем? И риска меньше, и мороки сколько ещё с этой перевозкой… — теперь уже и Прапор ушёл в глубокие размышления, такие глубокие, что мне показалось отображение извилин под кожей на черепе.
— Убить её мы всегда успеем, уж приспособы всякой, крупнокалиберной у нас хватает. — Леший запустил пятерню в свою бороду и принялся там накручивать узлы. — Кир, ты думаешь, что прямой укол может её вырубить?
— Почти уверен в этом. Сомнения, конечно, есть, но этот препарат я придумал, а Герман уже доработал до совершенства. По идее, всё должно пройти без проблем, главное — уколоть стерву.
— И кто колоть будет? — Спросил Леший.
— Думаю, что мы с Мухой, — я ближе продвинулся к столу. — Я в любой момент могу в призрачный режим уйти, а Муха от её ментального посыла прикроет и выдернет меня, если что.
— Ага, если останется, что выдёргивать, — как всегда вставил своё слово Фома.
— Зря, всё-таки, Седого оставили в стабе, — вздохнул Леший. — С этим ментальным манком, боюсь, как бы мы все добровольным обедом не стали.
— Шприц где? — посмотрел я на Кира. — Покажи, как им пользоваться.
— Занимательная штуковина, мда… — крутил я в руках длинный цилиндрик, размером не более двадцати сантиметров.
— Вот, смотри внимательно — Кир крутанул верхнюю и нижнюю части в противоположные стороны, раздался щелчок, и половинки разошлись, оголив матовую прорезиненную рукоять с кнопкой. — Зажимаешь в руке вот так, — с одного конца цилиндра выскочила трубка, как обычная шариковая ручка, — вот так, с размаху бьёшь и жмёшь на кнопку, происходит впрыскивание. Если сможешь вынуть его обратно и возвернуть, буду тебе крайне благодарен. У меня их всего три и они очень ценны.
— Да догадался уже, что ценны. Кирдовские?
— Да. У брата конфисковал, в наглую, — Кир хищно ухмыльнулся, — не обеднеет, а нам, ой, как они пригодятся. В любую броню как в масло входят.
— Зачем тогда с размаха бить? — удивился я.
— Не придирайся к словам — делай всё по инструкции. Лучше перебдеть, чем недо… понял?
Я молча кивнул и, закрыв шприц, вернул его, на пока, Киру.
— Ладушки, с этим разобрались, теперь думаем, братцы, как с приманкой быть, — Леший окинув всех нас серьёзным взглядом, уселся на лавку. — Предлагаю зайти в помещение то, подземное, и скинуть защиту. Муха, ты её хорошо ощущаешь?
— Отлично.
— Приближение не прохлопаешь?
Муха лишь обижено фыркнул.
— Ты мне тут не фыркай, а отвечай как есть, ибо от чуйки твоей и щита все наши жизни зависят. Прохлопаешь приход супружницы своей, и амба всем нам, коли выйти не успеем. Понимать, однако, нужно, а не фыркать.
Мне показалось, или белые щёки парня и вправду немного покраснели?
— Прости, батька, не прохлопаю. Я её по всему острову чую, только когда в черноту заползает, теряю. Но, если сам не в черноте. Нам на одной территории находиться надо, тогда связь чёткая.
— Ошо, что эта ваша связь односторонняя.
— Не совсем. Если щит сниму, то и она меня почует не хуже, чем я её.
Кир и Леший вскинули брови.
— А, ну-ка, с этого момента медленнее и поподробнее, — уставился Кир на Муху, как удав на мышку.
— Не знаю, чего рассказывать, — парень пожал плечами. — Ну, я её ощущаю, знаю, где она и в каком настроении, и знаю, просто уверен, что и она меня так же почувствует, вот только не испытывал пока. И ещё, меня одно смущает, когда она Тамару и Кепа убила, я ведь без щита был, на том холме сидел, медитировал, а она мимо прошла, по краю, даже не приблизилась ко мне, а сразу к дому ломанулась, да так целенаправленно, будто знала, что может не успеть. Хотя, почему, будто она вправду чувствовала моё приближение. — Муха задумался. — Может, поэтому она Феникса не тронула? Не успела? Хотя…
— Та-а-ак, так… — протянул Леший, вновь накручивая бороду на палец, — и что мы имеем? А имеем мы вероятность, что и тут ни хрена у нас не выйдет!
— Слушай, Муха, а может не зря тебя жинка боится, а? Может, ты ей так засандалить могёшь, ну, в смысле, треснуть — усмехнулся Торос. — Вот и бздит тебя дама. Ты уверен, что у тебя никаких новых супер-пупер боевых даров нигде не завалялось, точно?
— Уверен. Я только физически сильнее стал нынче. Внутренние ощущения усилились во много крат, слух, зрение, интуиция, защиту вот могу держать, да и всё на этом. Скорее, да, усилились, а новых — нет, не прибыло, точно. — Муха вздохнул.
— Хох, и странно всё это, — Леший уперся о колено и крякнул, совсем по-старчески.
— Скребберы — существа совершенно неизученные. Что о них мы знаем, только то, что удалось собрать от выживших охотников, и то, что показало изучение тел в институтах, да и доктора наши не особо-то горят желанием информацией делиться, — Кир встал, походил немного по
