ответила Сумитра.
Он пришел домой пьяный от счастья. Придумал какую-то отговорку для матери и сестры и уселся смотреть на свое отражение в зеркале. Какой необыкновенный блеск в глазах, какая радость на лице!
После обеда сестра спросила его:
— Тебе не показалось, что в подливке было слишком много перца?
— В какой подливке? — устало спросил Суббарао.
— Ты же ел.
— Когда?
— Только что.
— Где?
— Да здесь же! Что с тобой? Ты смешал с рисом и съел…
Тьфу ты, подумал Суббарао. При нынешнем возвышенном состоянии духа ему нет дела до какой-то паршивой подливки.
После всех волнений его сморил сон. Во сне он видел Сумитру — плавные линии ее тела, белое шелковое сари, волосы, свободно падающие на плечи, движение прелестных губ, ставших еще краснее от жара… Болезнь неожиданно приукрасила ее. Суббарао задыхался от восхищения.
На следующий день, когда он занимался с Гопи, вошла Сумитра.
— Здравствуйте, господин учитель.
— Здравствуйте. — Суббарао встал. — Как вы себя чувствуете?
— Сегодня лучше. Я даже съела немного рисового отвара. Давайте покатаемся немного. Пойдемте.
— Но урок еще не закончился, — пробормотал Суббарао.
— Неважно. Эй, Гопи, пойди поиграй.
На берегу реки Сумитра остановила машину, и они вышли. Вокруг — купы кокосовых пальм и банановые рощи. По небу разливался багрянец. Они сели на песок. С реки волнами набегал прохладный ветерок. Он шевелил волосы Сумитры, складки ее сари. Края сари то и дело касались лица Суббарао.
Сначала они говорили о пустяках, потом Сумитра вдруг спросила:
— Вы еще не женаты?
— Кто выйдет за меня замуж? — ответил Суббарао, и сам подивился тому, как умно он ответил.
— Кто-нибудь да выйдет. Вы ведь мужчина, а значит, господин, — засмеялась Сумитра, но ясно было, что говорит она всерьез.
Сердце Суббарао забилось от счастья — ему казалось, что он понял смысл ее слов. Он хотел поцеловать нежную руку Сумитры, но раздумал. Еще не сейчас. Пока что он поднялся на вторую ступеньку. Первая — это урок у них в доме.
Шли дни. Если не каждый день, то по крайней мере раз в два-три дня они ездили кататься или ходили в кино. Их дружба крепла. Сумитра, ведущая машину, Сумитра, рассказывающая что-нибудь, Сумитра, лежащая на траве и устремившая взор в небо, шутливо сердящаяся Сумитра — она заполнила все его существо.
Суббарао забросил домашние дела. У матери начался кашель, а он долго забывал купить лекарство. Сестре не подарил обещанные ленты. Три дня подряд мать говорила ему, что в доме кончились дрова, и только на четвертый день, после того как мать расплакалась, он сходил за дровами.
Он был очень занят. Времени не хватало — надо думать о Сумитре, потом одеваться и идти к ней. Где же взять время для домашних дел? А если бы время и нашлось, то денег не было. Все месячное жалованье он потратил на брюки, рубашки, одеколон, крем для бритья.
— Как же мы будем жить целый месяц? — спросила мать.
Суббарао не ответил.
Через несколько дней сестра сказала:
— Ты что, хочешь, чтобы мы с голоду померли?
Но Суббарао сделал вид, что не слышит.
— Умоляю тебя, Суббарао! Сколько еще мне по соседям ходить, взаймы просить? Впору в колодец броситься, — запричитала мать, когда прошло десять дней.
— Все только себе покупаешь, только для себя стараешься. А я как нищенка хожу. — По нежным щекам сестры потекли слезы.
— Можно ли так мать обижать? — сказал ему разносчик молока. — Не маленький уж, понимать должен.
Слезы навернулись на глаза Суббарао. Он упал к ногам матери, моля о прощении, и рассказал ей о дружбе с Сумитрой.
— Я непременно женюсь на ней, мама, и тогда все наши трудности будут позади.
Мать с жалостью посмотрела на своего простодушного сына.
— Дурачок, она же дочь миллионера. Где небо, а где земля?
Тогда Суббарао стал говорить о том, что индийская молодежь сейчас стремится жениться и выходить замуж только по любви, рассказал о его поездках с Сумитрой на машине, об их прогулках по берегу реки…
— Мама, она даже позволяет мне входить к ней в спальню. Ну, чем мне еще убедить тебя? Поверь мне, мама!
Матери трудно было поверить. Она слушала сына с широко раскрытыми глазами. Она и раньше знала о свободных нравах современных девушек, но все же не могла предположить, что девушка из богатой семьи сможет полюбить ее сына. Она тут же изменила свое мнение о нынешних испорченных детях. Лицо ее засияло от счастья, и она благословила сына. В глазах сестры засветились надежда и радость.
Мать вышла из комнаты и, вернувшись, протянула сыну золотую цепочку.
— Это единственная золотая вещь в доме. Я хотела сделать из нее серьги для твоей сестры. Заложи ее и купи себе все, что нужно. Бог даст — выкупим.
Хотя на душе у Суббарао кошки скребли, он положил цепочку в карман и ушел.
В тот день утром его ждала Сумитра. Она улыбаясь встретила его у ворот. На ней была надета заграничная блузка и изящная жилетка. В этом необычном наряде она казалась еще грациознее и привлекательнее. В руках Сумитра держала теннисную ракетку.
Суббарао не мигая смотрел на нее.
— Что, нравится? — спросила Сумитра.
— Очень. Вы похожи на небесную деву.
— На Урваши или на Тилоттаму? — засмеялась она. — Входите, поиграем в теннис.
