черепам. Они её из техник обычных мастеров почерпнули и для великих приспособили, идиоты.
– Не сказал бы, что идиоты, – не согласился Карл. Остальные покивали, придерживаясь того же мнения.
– Это они просто никогда с Кузьмой не сталкивались, – добавил Свен с улыбкой. – Кузьма ведь самый скромный в мире мастер, не претендующий на роль сильнейшего. Мне казалось, что он уже это продемонстрировал на турнире императора Цао. Давай, Кузьма, показывай, что придумал. Это гораздо интереснее, чем пыльные и пахнущие плесенью фолианты в архивах Кайзера. А мы с тобой рассчитаемся, не переживай.
Карл Мирбах, три часа после полудня, военный аэродром в пригороде Дели
Ожидая, пока подготовят самолёт к вылету, Карл сидел в тени навеса, установленного командой поддержки. Солнце в Индии жарило так, что находиться на улице было невыносимо. Если бы он не поддерживал контроль над великой силой, то одежда давно бы пропиталась потом и пылью.
Сосредоточившись, Карл создал вокруг доспеха духа небольшое поле, всего в пару сантиметров толщиной. Накрыло чувство, что на него надели мягкую и тяжёлую шубу, двигаться в которой было сложно. А ещё жара стала ощущаться сильнее и невыносимее. Это было необычное, но лёгкое в освоении умение, если использовать мировую энергию ци. Как Кузьма проделывал это, рассчитывая только на внутреннюю силу, понять было невозможно. Подобный вопрос интересовал и Свена, сидевшего рядышком и тренирующегося. Он создавал доспех, быстро переходил в нужный режим и тут же сбрасывал его. Наверняка хотел довести технику до автоматизма, чтобы тратить на активацию не больше секунды.
– Удивительно, что Кузьма смог повторить технику разрушения доспеха, увидев всего один раз, – сказал Карл. – Ты понял, как она работает?
– Только теоретически, – отозвался Свен, не отрываясь от тренировки. – Это резонанс доспеха. Если твой доспех крепче, то более слабый он не просто пробивает, а разрушает, превращая в груду хрупких осколков. А доспех Кузьмы всегда был крепок. Думаю, что сейчас можно делать пометку «самый».
– И почему он назвал эту технику глупой? – Карл задал один из двух вопросов, которые его беспокоили.
– Потому что нашёл очень простой аргумент, – Свен хмыкнул, сдержавшись, чтобы не рассмеяться. – Наверное, думает, что черепа не стали бы изучать эту технику, знай они, что её так легко остановить. Поверь мне, Карл, если Кузьма считает, что техника глупая, значит, она такая и есть.
– Он же мог это скрыть, получив огромное преимущество в ближнем бою? – задал второй вопрос Карл.
– В этом весь Кузьма, – Свен оторвался от тренировки, посмотрел на товарища. – Он слишком хорошо относится к тем, кто хорошо относится к нему. Ценит друзей. Подумал, что будет нехорошо, если кого-то убьют. Вряд ли его беспокоит баланс в мире из-за сократившегося количества великих мастеров. Можешь быть уверенным, что первым он не предаст. Поэтому и ты цени дружбу с ним, Карл.
Мужчины помолчали, наблюдая, как от военного транспортника отходит топливозаправщик.
– К тому же, – Свен улыбнулся, – не стоит думать, что у Кузьмы нет других козырей в рукаве. Можно быть уверенным, что он знает десяток способов прикончить любого, оказавшись от него метрах в двадцати. А если подошёл на расстояние вытянутой руки, считай, что уже проиграл. Мы же вместе смотрели видео. Думаешь, что индусы его тебе слили по доброте душевной? Хотят поссорить тебя с Кузьмой, чтобы боялся его. Только он их уже переиграл, даже не догадываясь о коварных планах.
– Это я понимаю, – Карл тоже улыбнулся.
– Ты когда к нему в гости едешь? – спросил Свен.
– На следующей неделе.
– Помолвка – это отличная идея. Я бы даже сказал, что превосходная. Кому в голову пришла, тебе или Кайзеру?
– Анне, – сказал Карл, имея в виду супругу. Он ведь действительно не думал об этом, пока она не предложила Кузьме приехать к ним в гости.
Глава 11
В Нью-Дели я задержался ещё на день. Обещал встретиться с третьим принцем и правителем Джахом, побеседовать с ними в спокойной обстановке. При этом все великие мастера разъехались сразу, даже мистер Ма сбежал, сказав, что очень устал от долгих перелётов. Зато мы с Сабиной прогулялись по городу, посидели вечером в парке, поглазели на удивительную местную архитектуру. Потом вместе пошли в гости к правителю. Сабина обещала прикрыть, если они снова будут сватать принцессу, смеялась над моим выражением лица.
Несмотря на все опасения, встреча прошла спокойно и доброжелательно. Комплиментов мне насыпали целый мешок, удивлялись силе и спокойствию. Под конец встречи предлагали подумать о том, чтобы породниться. Дескать, когда появятся сильные связи между крупнейшими странами мира, любой враг десять раз подумает, прежде чем связываться с нами.
Позже, когда третий принц нас оставил, правитель стал чуть более откровенным. И даже присутствие Сабины его нисколько не смущало. Мы уже прощались, но он задержал нас на минуту, словно вспомнил что-то важное.
– Ты продемонстрировал огромную силу, – сказал правитель доверительным тоном. – Мне понадобился целый день, чтобы понять и оценить её в полной мере.
– Спасибо, на том и стоим, – я коротко улыбнулся.
– Знаешь, что я увидел в глазах великих мастеров, спешащих разъехаться по домам? – он стал более серьёзным. – Обеспокоенность. Возможно, только сейчас они осознали, что ты гораздо сильнее.
– Не соглашусь. Вы зря их недооцениваете. У великой силы нет мускулов, и объём одинаков для всех. Важен опыт, понимание и практика. А я только недавно поднялся до того уровня, на котором они находятся уже многие годы.
– Ты неосознанно подтверждаешь мои слова, – он улыбнулся. – Нужен талант и предрасположенность к великой силе. И у кого этот талант больше? У молодого мужчины двадцати четырёх лет или у стариков, которые в ближайшие годы начнут утрачивать связь с мировой энергией? И с каждым годом разрыв в силе между вами будет только расти. Я даю тебе слово, что ты никогда не останешься без поддержки, даже если все великие мастера отвернутся от тебя. После того, что ты сделал для нас. Мистер Чаран первым примчится к тебе на помощь, будь уверен.
– Спасибо за тёплые слова, – я смутился. Непросто воспринимать подобные слова, когда тебе говорят их вот так. Понимаю, что это лесть, что любой правитель ищет выгоду только для своей страны и подданных. Но всё равно это прозвучало веско. Думал,
