Ни криков вызова, ни внезапного грохота выстрелов — звуков поражения и смерти.
Только плеск воды о корпус шлюпки, севшей на мель, и шелест ветра в голых ветвях деревьях.
Болито пробормотал про себя:
— Мы сделали это, Мартин!
Он обратился к Эгмонту:
— Замаскируем шлюпку, сэр?
— Пока нет. Мы не знаем, может ли... — Он, казалось, уставился за пределы шлюпки, сидевшей на мели, за пределы пляжа, как будто ожидал увидеть «Забияку». Но там была только темнота.
Затем он, казалось, вышел из транса и сказал отрывисто:
— Мы должны занять позицию на гребне, если таковой здесь имеется. Оттуда мы сможем наблюдать за бухтой. — Он уставился на Болито. — Ну что?
— Мы могли бы выслать вперед разведчиков, сэр. Тинкер подобрал нескольких толковых. К тому же они отличные стрелки.
Эгмонт сказал:
— Бог даст, до этого не дойдет. У нас двенадцать моряков, а не взвод морской пехоты!
Он прижал пистолет к бедру, собираясь с мыслями.
— Мы отправляемся прямо сейчас. Эти разведчики — подберите их. И мне нужно передвинуть шлюпку поближе к деревьям и хорошенько замаскировать. — Он крикнул Ричарду вслед: — И проверь припасы! — Он раздраженно пнул ногой песок: — Я не могу делать все сам!
Деревья, казалось, раздвинулись и окружили их. Моряки не отставали от Болито, ступая по твердой почве, и шум волн на пляже постепенно становился неслышным. Топот ног и случайный лязг оружия казались оглушительными, но он знал, что это всего лишь игра воображения. Возможно, они держались слишком близко друг к другу — по привычке моряков, выброшенных на берег, вдали от своей тесной среды обитания. Так они привыкли.
Он подумал о короткой стычке на борту флагманского корабля. Целую вечность тому... И о внезапном понимании этого слова: Доверие.
Он ускорил шаг и почувствовал, что остальные следуют его примеру по обе стороны от него. Так или иначе, но они были с ним.
Глава 8. Рука помощи
— МЫ ДОСТАТОЧНО ДАЛЕКО ПРОДВИНУЛИСЬ. Остановимся и сориентируемся.
Лейтенант стоял у поваленного дерева, и узор на его пуговицах до странности ярко выделялся во мраке. Болито вспомнил трупы, которые он видел среди затопленных обломков. Леденящее душу воспоминание.
Эгмонт язвительно добавил:
— И заставь их замолчать! Они похожи на стадо чертовых коров!
Болито посмотрел на небо: облака двигались неуклонно, но теперь медленнее и на этой высоте над морем, на гребне горного отрога, казалось, что они спустились ниже. Ему хотелось потоптаться на месте, так как ноги сильно замерзли, несмотря на долгий путь по пересеченной местности, большую часть которого они шли в гору после того, как спрятали шлюпку. Было тихо, шума прибоя больше не было слышно, только ветер и шелест опавших листьев, случайный звон металла или приглушенное проклятие, исходящее от одной из крадущихся теней.
Он понял, что Эгмонт совсем рядом, мог видеть овал его лица, слышать его дыхание. Тот был достаточно спокоен, ничем не выдающий себя.
Эгмонт сказал:
— Противоположный склон более крутой. Он ведет прямо к бухте.
Говоря это, он отряхивал одной рукой полы своего пальто, к которому прилипло несколько сухих веточек. Он всегда был таким аккуратным, в нем не было ни одной лишней детали. Так было, потому что он был новичком в этой должности или потому, что ему все еще нужно было что-то доказывать? Это так отличалось от неожиданных вспышек гнева или враждебности, которые он проявил тогда в каюте. Когда он ударил Сьюэлла по лицу.
— Вы сказали мне, что выделили двух человек в разведчики? Вы можете поручиться за них?
— Кевет и Хукер, сэр. Тинкер выбрал их...
Эгмонт резко прервал его:
— Неважно, что сказал Тинкер Торн. Что вы думаете?
Болито прижал пальцы к бедру, унимая раздражение.
— Я бы доверился им, сэр. Хукер, как и Кевет, вырос в сельской местности, прежде чем записаться добровольцем.
Эгмонт явно ухмыльнулся:
— И он, полагаю, тоже из Корнуолла? Больше ни слова. — Он подошел к краю ухабистой тропы, оглядываясь на море. — Скоро мы спустимся к бухте. Эти двое пойдут на разведку впереди. Не проси их, Болито. Прикажи им. Возможно, это пустая трата времени, а может, и нет. И я не потерплю никакой расслабленности, это ясно?
Болито резко обернулся, когда несколько голосов дружно ахнули — кто удивленно, а кто тревожно.
На темном фоне моря и неба появился движущийся огонек. Крошечный, как булавочный укол, но в атмосфере скрытности и запаха опасности он казался маяком.
Эгмонт рявкнул:
— Заткнулись все! — Он ощупал карман, как будто искал часы. — «Забияка» зажгла якорный огонь, чтобы показать, что мы здесь на законных основаниях, тем, у кого хватает глупости оказаться чужаком здесь и в это время!
Кто-то пробормотал:
— Все чертово окружение к этому времени уже знает!
Эгмонт повернулся к группе:
— Запишите имя этого человека! Еще одна дерзость, и я увижу его обнаженную спину распятой на решетке у трапа, когда мы вернемся на «Горгону»!
Болито последовал за ним по тропе. Они спускались по склону, прикрывающему маленькую бухту, которую он видел на карте. Когда он оглянулся, крошечный огонек «Забияки» уже исчез за складкой горного хребта. Словно оборвался канат, последняя ниточка, связывавшая их с тем маленьким, личным существованием, к которому они привыкли. Полагаясь на веру моряка в свой корабль.
Эгмонт произнес:
— Следите за оружием! Будьте наготове!
Кевет, зоркий марсовый, начинавший жизнь браконьером, пробормотал:
— Когда и вы будете готовы, сэр.
Второй мужчина, Хукер, один из канониров «Горгоны», поднял кулак:
— Будем действовать не спеша ради вас, сэр!
Болито разглядел в темноте блеск его зубов. Как будто тот произнес какую-то личную шутку, в чем-то убеждая его.
Они прошли несколько ярдов и оказались совершенно одни. Кевет повернулся и тихо сказал:
— Теперь мы одни, видишь? — Он провел пальцем по своему горлу. — Кто-нибудь еще мог это услышать!
Как долго, как далеко они прошли, Болито сбился со счета. Он слышал шум моря, медленный и тяжелый, как дыхание, и слабый плеск воды, набегающей на камни.
Кевет сказал:
— Билл Хукер отправился разнюхать окрестности. Толковый парень.
Болито заставил каждый мускул расслабиться. Двое корнуольцев на этом богом забытом клочке побережья, который так сильно напоминал о доме. Если Кевету взбредет в голову оставить его, он может запросто раствориться в окружающем ландшафте.
— Я вот о чем подумал, сэр. Когда вы получите свой корабль... — Кевет все еще стоял рядом с ним.
Болито улыбнулся:
— У меня его еще нет.
- Да, но когда вы его получите... — Он прервался, его рука скользнула по листьям мокрого дрока, как змея. — Замри!
Но это был Хукер, согнувшийся пополам и ухмыляющийся, когда понял, что нашел их.
Кевет сказал:
— Я думал, ты поплыл обратно к кораблю, сынок!
Болито увидел блеск лезвия кинжала, прежде чем его спрятали обратно под одежду.
Хукер сделал глубокий вздох и опустился на землю.
— Я видел его, сэр! — Он кивнул, как будто хотел убедить и самого себя. — Я спустился к пляжу. В облаках появился просвет, и там стоял он.
Кевет воскликнул:
— Чертов болван! Кто-нибудь мог тебя увидеть!
— Я и подумал, что они увидели меня. Двое из них чуть не наступили на меня! — Он неуверенно рассмеялся. — Чуть не попался!
Болито потянулся и схватил его за руку. Он почувствовал, что тот дрожит.
— Расскажи, как все было на самом деле. Что ты видел, а может, и слышал. Потом мы вернемся и расскажем остальным. — Он подождал, успокаивая дыхание, и продолжил: — Ты молодец. Я прослежу, чтобы это не было забыто.
Кевет пробормотал:
— Он на самом деле это сделает, Билл.
— Я держался поближе к тем скалам, как вы и говорили. — Он смотрел на своего друга, но говорил для Болито. — Было темно, как в колодце, а потом на норд-весте в облаках появился просвет, и я даже увидел несколько ранних звезд. Потом все исчезло.
