Между тем я завязал дружбу с несколькими своими сослуживицами. Я снова был холостяком, так что мог со спокойной совестью позволить себе проводить с ними вечера — болтать, играть в карты, пить кофе и т. д. Однажды я пригласил одну из своих приятельниц к себе домой, и Амролла превзошёл самого себя. Он так хлопотал, так старался угодить гостье, что я ощутил даже некоторую неловкость. Раз за разом он становился все активнее. Наконец, в один прекрасный вечер является разодетый в пух и прах с коробкой шоколадных конфет, небрежно кладёт её на стол и усаживается между мной и моей приятельницей. Мне стало не по себе, хоть я и не подал виду. А Амролла непринуждённо угощает шоколадом меня и даму, говорит ей любезности, а когда мы взялись за карты, предлагает сыграть на деньги.
Я пытался было возражать, но гостья согласилась. Что мне оставалось делать? Играем в рами[139] втроём. В одиннадцать часов моя приятельница ушла, и тут уж я не выдержал, высказался откровенно. Он только улыбается.
— Ну что вы, дорогой ага! О чем разговор? В следующий раз, когда придёт Сусан-ханум, предложите ей пригласить с собой подругу. Вчетвером нам будет ещё веселее!
«Ну и ну! — думаю.— Так дело не пойдёт! Он уж совсем обнаглел и забыл, кто здесь слуга, а кто хозяин! Завтра он ещё чего-нибудь захочет! Пока не поздно, пусть-ка убирается подобру-поздорову».
На следующее утро я объявил ему, что больше не желаю держать его в своём доме:
— Мне нужен слуга, а не напарник в любовных похождениях. Получай расчёт — и до свидания!
— Ты думаешь, все так просто: взял и выкинул меня на улицу?— отвечает он. — Дудки! Я пожалуюсь в министерство труда, и они зададут тебе жару, втолкуют, какими правами, согласно закону о труде, я располагаю!
— Как тебе не стыдно, Амролла-хан! Когда я нанимал тебя, я не обращался за помощью в министерство труда! Целых шесть месяцев ты у меня ел, пил, делал, все, что тебе заблагорассудится, а теперь затеваешь склоку.
— Я отведу тебя в полицейский участок! — не унимался Амролла.— Ты думаешь, на тебя не найдётся управы? Найдётся, не беспокойся! Прошли те времена, когда со слугами можно было обращаться, как с рабами! Теперь закон защищает слабых.
На его крик сбежались соседи и приказчики из близлежащих магазинов.
— Ну хорошо! Что же, по-твоему, я должен делать? — сдался я.
— Ты обязан уплатить мне триста туманов за два месяца вперёд!
— Согласен!
— А эти двадцать дней должен посчитать как полный месяц!
— И на это согласен!
— Ты должен подарить мне свой новый костюм!
— Ладно, подарю!
— Ты должен подарить мне ещё маленький коврик и возместить расходы по перевозке вещей!
Я согласился на все его требования, и Амролла наконец уехал. Я вздохнул спокойно.
Прошла неделя. Как-то утром у дверей позвонили. Открываю. На пороге стоит Амролла в сопровождении полицейского и ещё какой-то особы с портфелем.
— Что вам угодно? — спрашиваю.
— Я уполномоченный Главного управления по занятости и трудоустройству населения,— говорит особа с портфелем.— Этот господин работал у вас, не так ли?
— Так!
— Почему вы его уволили?
— Потому что мне нужен был слуга, а не хозяин.
— Что за произвол! Разве в стране нет закона? По какому праву вы уволили трудящегося, занимавшегося своим делом? — изрекает особа с портфелем и вручает мне бумагу.— Вот повестка о привлечении вас к суду. Вы поняли меня? Либо вы полюбовно разрешите свой конфликт с этим господином, либо пожалуйте в Главное управление по занятости и трудоустройству населения!
Амролла нагло смотрит на меня:
— Вот так-то, голубчик! Думал, что на тебя не найдётся управы? Что можно самовольничать? В стране есть законы!
— Дело в том,— объясняю я уполномоченному с портфелем,— что сейчас мне слуга не нужен. С этим человеком я полностью рассчитался, уплатил ему за два месяца вперёд, подарил свой новый костюм и больше не хочу иметь с ним дела.
— Этот тип, видать, не желает подчиняться закону! — высказывается молчавший до сих пор полицейский.— Похоже, что придётся нам отвести его куда следует. Там мы быстрее с ним договоримся!
— Куда вы собираетесь меня вести?
— В полицейский участок!
— Чего вы от меня хотите? Что я должен сделать? — забеспокоился я.
— Мы уже сказали. Ты должен восстановить этого господина на работе!
Вижу, выхода нет. Идти в полицейский участок не имею ни малейшего желания. К тому же закон на его стороне…
— Проходите, дорогой Амролла-хан!
И Амролла-хан вошёл в мой дом. Снова я очутился под одной крышей с этим нахалом. Правда, мы с ним серьёзно поговорили, и он дал мне слово не вмешиваться в мою личную жизнь.
Прошло две недели. Однажды вечером прихожу домой и слышу: в гостиной кто-то разговаривает…
Касем прервал своё повествование и, тяжело вздохнув, провёл ладонью по лицу.
— Ты себе не представляешь, что я перенёс из-за этого негодяя! Измучил меня, кровопийца, сил больше нет!
— Рассказывай дальше,— попросил я.
— Ну, заглянул я в гостиную: на кушетке сидит Амролла в обнимку с какой-то пухленькой девицей. «Только этого нам недоставало!»— подумал я и несколько раз громко кашлянул, давая знать, что вернулся.
На пороге показался Амролла:
— Заходите, не стесняйтесь. У меня в гостях приятельница. её зовут Зари, она служит в доме господина полковника. Очень милая девушка… Вы с ней не знакомы?
— Нет, не удостоился чести!
Когда Зари-ханум распрощалась и ушла, я сказал:
— Дорогой Амролла, ты ведь знаешь, я пошёл тебе навстречу, прояви же и ты благородство, не позорь меня перед соседями! Мне не хотелось бы портить отношения с господином полковником.
Амролла пообещал вести себя прилично.
Спустя дней десять — двенадцать ко мне утром приходит полицейский, приглашает в участок. Одеваюсь, иду. В комнате дежурного офицера сидит мой сосед-полковник, раздражённо покусывая кончик длинных усов.
Я сразу догадался, что это опять проделки Амроллы и что разговор пойдёт о его шашнях с Зари-ханум.
— К вашим услугам, господин капитан,— поклонился я.
— Господин полковник жалуется,— внушительно и бесстрастно заговорил капитан,— что вы путаетесь с его прислугой. Теперь она беременна.
Меня будто по голове стукнуло.
— Не понимаю вас, господин капитан? Вы хотите сказать, что я к этому причастен?
— Не я же? — опередив капитана, ехидно вставил полковник.
…Касем-ага потушил очередную сигарету и со вздохом продолжал:
— Ты сам теперь можешь представить себе мои злоключения. Какие только показания не пришлось мне давать в полиции! Сколько ночей из страха перед полковником и его адъютантом, грозившим расправиться со мной, я не ночевал дома, какие жуткие кошмары одолевали меня! Сколько инстанций пришлось мне обегать. В результате Амролла женился на Зари-ханум и привёл её ко мне в дом, зачастили родственники с визитами. А я был в безвыходном положении: Амролла находился под защитой закона о труде, а Зари-ханум охранял закон о семье и браке.
Меня никто не защищал, надо было самому думать о себе! Первым делом я уволился с прежнего места и поступил на другую работу, чтобы Амролла не мог меня найти. Потом снял квартиру в Юсефабаде и на свои небольшие сбережения купил кое-какую мебель, обставил одну из трёх комнат. И наконец однажды, уйдя утром из дому, я не вернулся обратно, а все, что было в квартире, оставил в качестве свадебного подарка молодожёнам.
Некоторое время я прожил в Юсефабаде. Но как-то, листая вечернюю газету, я на последней странице увидел знакомую фотографию и, приглядевшись, узнал самого себя. Сверху было написано: «Пропавший без вести», а внизу значилось: «Касем Мехна-табади сорок дней назад ушёл из дому и не вернулся. Знающих о нем что-либо просят сообщить по указанному адресу за соответствующее вознаграждение».
Боже мой, что же теперь делать? Куда бежать, где найти пристанище?
Я еле дождался утра и сразу отправился искать новую квартиру. Вернулся домой ни с чем, сел обедать. В это время позвонили. Я открыл дверь. На пороге стояли Амролла, его супруга и полицейский.
— Весьма вам благодарен, сержант,— увидев меня, обратился Амролла к полицейскому.— Это он. ещё раз спасибо за помощь. Вы можете быть свободны.
— Амролла!.. Как ты меня нашёл? — изумился я.
— С помощью полиции,— отрезал он.— С государством шутки плохи. Во всех полицейских участках имеются адреса граждан и их фотографии.
— Что тебе надо от меня?
— Ничего особенного, господин, только без вас мы жить не можем. За квартиру плати, за воду, за электричество, за телефон тоже. Нам с Зари есть-пить надо. А откуда взять деньги на все это?
