— Я прекрасно знаю где, тьма побери, сейчас находится райт! — перебил Якоба Ольрих. — Я не к нему пришел!
— В таком случае… Туда нельзя!
Дверь в библиотеку распахнулась, и в комнату ворвался бледный, как снег, староста. Якоб появился следом.
— Простите, миледи, я не смог его остановить.
— Лира! — Драйг, кажется, даже не заметил присутствие женщины и бросился ко мне, опустившись на корточки рядом с креслом. — Как ты себя чувствуешь? Все хорошо? Я только недавно узнал, что произошло и… Как тебе вообще пришла в голову идея взять в руки элементалей?! — меня едва не оглушил его яростный рык.
— Взять в руки элементалей? — пораженно повторила за старостой Аманда. — Так поэтому так разозлился мой сын?
Мне же стало не по себе под пристальными взглядами троих Драйгов — Якоб так и не ушел, пораженно застыв возле настежь открытой двери. Ну что они хотели услышать? Да, я поступила опрометчиво, но ведь все обошлось.
— Это вышло случайно.
— Случайно? Ты хоть понимаешь, что могла сгореть заживо? Ты представляешь, как рисковала? Да я чуть с ума не сошел, когда узнал об этом!
— Все в порядке, Ольрих, мне ничего не угрожало, — я робко улыбнулась и поежилась от исходящей от него волны ярости. — Не злитесь, пожалуйста, со мной все хорошо, я жива и здорова. Мне действительно ничего не угрожало, они сказали, что не причинят мне вреда.
— Кто сказал?
— Элементали, — ответила я, заметив, что злость Ольриха проходит, по мере того, как до него доходят мои слова. — Диллан сказал, что они не умеют врать, так что опасности для меня не было.
— Как тебе вообще могло придти в голову говорить с этими существами? — отец глубоко вздохнул и нервно взъерошил волосы. — Да что я такое говорю, как тебе вообще удалось с ними говорить?
— Не знаю. Я вообще мало что понимаю из того, что произошло.
— А вот с этого момента поподробнее, — требовательно произнесла герцогиня. — В своем письме Диллан объяснил, что ты лишь недавно узнала о том, что принадлежишь к нашему роду и попросил обучить. Но не упоминал, что тебе под силу общаться с порождениями стихий.
— Видимо потому что и сам не знал, — вздохнула я.
— Обучить? — вдруг напряженным тоном переспросил Ольрих и обернулся к женщине, словно только что заметил ее присутствие. — Прошу прощения за свой внезапный визит, миледи, я слишком испугался за дочь и совершенно позабыл про правила приличия.
— Вам не за что извиняться, милейший, я прекрасно все понимаю. Леди Аманда, вдовствующая герцогиня Деверлоун.
— Мое имя Ольрих, миледи, — поклонился мужчина.
— Прошу вас присаживаться, господин Ольрих.
— Благодарю, — он устало опустился в единственное свободное кресло. — Вы сказали, что собираетесь ее обучать?
— Именно, — подтвердила Аманда и бросила выразительный взгляд на дверь, возле которой все так же стоял Якоб. Прошло несколько мгновений, и управляющий вышел, а герцогиня продолжила. — Диллан объяснил мне сложившуюся ситуацию и попросил помочь, по мере возможностей.
— Обучением должна заниматься ее мать, — тихо протянул староста, и мне на секунду показалось, что он изо всех сил пытался справиться с яростью.
— Но, насколько я могу судить, — спокойно ответила женщина, — в данный момент это невозможно, не так ли?
— В таком случае можно немного подождать! Она обходилась без силы много лет, несколько дней ничего не решат.
— Несколько дней? С чего вы взяли, что речь идет о днях? А что, если все затянется на недели, месяца, года? Думаете, она сможет привыкнуть к вам так быстро?
— Нет, но…
— Хватит говорить обо мне так, словно меня здесь нет.
Мать-Природа, как же я устала, как же хотелось немного побыть в одиночестве. Какое обучение? И при чем здесь мила? Мало мне неожиданно открывшихся перспектив, так еще и это. И ведь никто не спросил, хочу ли я быть представленной ко двору, нужны ли мне уроки этикета и тому подобное. Сдерживать чувства становилось с каждой секундой труднее.
— Что за обучение, и какое отношение ко всему этому имеет моя мать?
— Речь идет об управлении силой и эмоциями, Лира, — мягко ответила мне герцогиня, бросив выразительный взгляд на хмурого старосту. — Обычно этим должна заниматься мать, в период созревания девочек, когда сила только пробуждается, но у тебя…
— Я уже слышала об этом. Моя сила стала проявляться только сейчас, поэтому Диллан и попросил вас приехать.
— В обучении нет срочной необходимости, сила пробуждается не день и не два, так что мы вполне можем и подождать, — упрямо произнес отец.
— Боюсь, что такая необходимость все же есть, — я устало посмотрела на мужчину. — Это началось утром. Слишком сильные эмоции, неправильные какие-то. Если честно, мне сложно их контролировать, не знаю, сколько еще выдержу.
— Вот еще одна причина, чтобы поспешить, — поддержала меня Аманда. — Она должна знать грани своих возможностей, чтобы сегодняшний случай не повторился. Если вы действительно о ней беспокоитесь, то должны понять, что сейчас Лира полностью беззащитна в первую очередь перед самой собой.
— Знаю, — с болью в голосе тихо произнес Ольрих и, наклонившись вперед, закрыл руками лицо. — Знаю, но не могу лишить Дору… Она и так…
Я вновь поднялась с кресла и прошла к окну, устремив взгляд на великолепный сад с прекрасным фонтаном посреди розовых кустов. Я знала, что хотел сказать староста. Он не мог лишить жену возможности обучить дочь самой. Перед глазами встало улыбающееся лицо Доры, и сердце болезненно сжалось. Она действительно слишком многого лишилась и не была виновата, что по воле судьбы я росла без настоящих родителей. Да и никто не был в этом виноват. Так распорядился случай. Поэтому я не могла лишить эту бедную женщину того, на что она имела полное право — быть рядом со своим ребенком. И не важно, как тяжело мне свыкнуться с этой мыслью, ей придется еще хуже, ведь родителей мне смогли заменить Райна и Ронул, а вот вернуть дочь Доре никто не в силах. Мама. Моя мама. Да, именно так. Я должна привыкнуть к этому и пусть не вслух, но мысленно называть ее именно так.
— Хорошо, — глухо произнесла я и почувствовала напряжение за своей спиной. — Хорошо, я поеду с тобой.
— Поедишь со мной?
— Обучение должна проводить родная мать, и никто не вправе лишить ее этого, — я вновь глубоко вздохнула, стараясь скрыть дрожь в руках, и обернулась, уверенно посмотрев на отца. — Даже я.
— Хочешь сказать, что вернешься вместе со мной в деревню? — недоверчиво протянул мужчина, вскочив на ноги.
— Да.
— Лира… Спасибо.
— Не стоит меня благодарить, — я почувствовала, как перехватило дыхание от душевной боли, и обняла себя за плечи. Дрожь охватила все тело — эмоции вновь вырывались из-под контроля. — Это не значит, что я готова вас принять. Просто… Никто из нас не виноват в том, что случилось много лет назад. Я… Да я и сама не знаю, почему это делаю! — резко отвернувшись к окну, я прижалась полыхающим лбом к прохладному стеклу и постаралась успокоиться. — Просто как представлю, что она должна была чувствовать, наблюдая, как подруги или родные ласкают своих детей, как дают наставления дочерям… Как она смогла это пережить? — я закрыла глаза, еле сдерживая слезы.
