— Черт возьми, мне нужно идти, — Ксения достала сигарету, снова принялась чиркать зажигалкой, но ей никак не удавалось ее зажечь.
— Я хорошо заплачу — останься, — медленно выговаривая каждое слово, бесстрастно произнес Михаил. Он удивился собственной самоуверенности, словно ему приходилось каждый день покупать себе женщину.
На этот раз он не спешил подносить свою зажигалку, с усмешкой наблюдая за разъяренной Ксенией. Она понравилась ему с первого взгляда, а теперь заинтересовала еще больше. Ее усталое лицо, выражавшее скорбь, поразило его в то самое мгновение, как он обратил на нее внимание. Он даже потерял способность замечать все происходящее вокруг. Мир обрел иную форму, выделив яркое, ограниченное пространство, в котором находилась совершенно потерянная девушка. Ее хотелось спасти, защитить. Это было бы приключением, а их в его жизни становилось все меньше. Без них ему становилось неуютно, пусто. Женщины, окружавшие его, постоянно подчеркивали свою независимость. Однако при этом каждая из них была не против стать хозяйкой его дома. Они вели себя примитивно, предсказуемо, слишком откровенно желая получить официальное место в его спальне. Оно пустовало много лет, а Левитин давно отчаялся встретить ту, которая сможет разбудить его душу. То, как он жил последние годы, напоминало бег по кругу с цризовыми очками в конце очередного этапа. Получаемые блага перестали приносить удовлетворение. Что деньги, связи, когда внутри пустота? Его неуемная натура всегда была готова к подвигам, к рыцарским поступкам, галантному ухаживанию. Романтики в нем хватило бы на троих. Однако девушка, кажется, не настолько слаба и беспомощна, как ему показалось. Но он не хотел разбираться, что правда, а что вымысел в том, что она рассказала ему о себе. Сейчас для него этого не имело никакого значения. Он не верил в то, что вот так, на улице, случайно может влюбиться как мальчишка. Левитин предпочел думать проще: неплохо провести время в обществе эффектной блондинки. Почему нет? Он поднимет настроение ей, она — ему. У него давно не было секса. Личная жизнь попала под тяжелую пяту обстоятельств. Никаких встреч, никакой романтики. И так продолжалось слишком долго, пора бы пойти наперекор обстоятельствам. Тогда бы у него осталось больше приятных воспоминаний об этом городке, где он оказался исключительно по просьбе своего давнего товарища. Всю неделю он только тем и занимался, что помогал ему решать проблемы с бизнесом. Это становилось, по меньшей мере, скучным. Михаил привык к большему размаху, к водоворотам, из которых приходилось выбираться с трудом, но впечатления всегда стоили того.
— Так что? — наконец поднеся огонек к сигарете совершенно издерганной Ксении, миролюбиво спросил он. — Ты — деловая женщина, решай.
— Деловая, — застыв с незажженной сигаретой, Ксения сверлила Михаила взглядом. Она не могла понять, что за человек перед ней. Она боялась его пристального взгляда, и ей стоило немалых сил выглядеть бесстрашной.
— Сколько? — спрятав руки в карманы куртки, спросил Михаил.
— У тебя денег не хватит.
— Не переживай. Я миллионер, только не привык это демонстрировать направо и налево.
— Откровенность за откровенность? — съязвила Ксения.
— Вроде того. Так что?
— Заладил, честное слово…
— Ты проведешь со мной этот день, а завтра можешь снова возвращаться в свою меланхолию, — утвердительным тоном, не терпящим возражений, произнес Михаил. Он достал мобильный телефон, нажал несколько кнопок и снова положил в чехол, закрепленный на поясе брюк. — Если ты согласна, то сейчас мы поедем ужинать.
— Я не голодна.
— Я хочу использовать время за столом для того, чтобы получше узнать друг друга. Это ведь элементарно.
— А зачем нам узнавать друг друга? — Ксения пожала плечами. — Объясни.
— Действительно, — Михаил снова улыбнулся. — Тогда поехали прямо ко мне.
— Нет.
— Почему?
— Я не могу.
— Тогда ты не проститутка. Они всегда могут.
— Что ты себе позволяешь! — Ксения взорвалась от негодования. Ей хотелось влепить увесистую пощечину этому нахалу, но его взгляд удивительным образом остановил ее. Гнева как не бывало. В конце концов, он разговаривает с продажной девкой. Было бы странно ждать от него реверансов, признания в любви на французском языке.
— Ты пришла в себя? — в его голосе уже появилась насмешка.
— Да.
— Ты поедешь со мной?
— Да.
— Отлично. Подожди меня вон в той машине, — Михаил вытянул вперед руку, в ответ со стороны стоявшей неподалеку машины раздался характерный писк снятой сигнализации. Указав на иномарку ярко-красного цвета, он протянул ей ключи.
— И сколько мне ждать?
— Не знаю, надеюсь, что недолго. Сейчас меня должны заменить, — осматриваясь по сторонам, ответил Михаил и вдруг радостно улыбнулся: — А вот и Сергей.
Ксения осталась стоять с ключами от машины, наблюдая за тем, как ее новый знакомый пожимает руку мужчине еще более солидного возраста. Оба принялись что-то живо обсуждать. Ксения не слышала слов, но можно было догадаться, что речь идет о кафе. Они то и дело показывали руками на строителей, работающих над фасадом. Михаил все больше слушал, а говорил его товарищ.
Ксения решила, что это и есть новый хозяин кафе. Выглядел он намного старше Михаила, да и одет был как-то посолиднее, держался более важно.
— Новые хозяева жизни, — процедила сквозь зубы Ксения и направилась к автомобилю.
Она удобно устроилась на мягком сиденье возле водителя. Принялась осматривать салон и нашла, что все в нем выглядит шикарно. В марках машин Ксения разбиралась плохо, поэтому не стала напрягаться — ей что «фиат», что «аудио». И вообще, какое ей дело до этой чертовой машины, когда все это приключение завтра закончится? Однако рука Ксении потянулась к аккуратному бардачку и, открыв его, она почувствовала, как щеки залил румянец. Найдя глазами Михаила, продолжавшего вести эмоциональный диалог со своим собеседником, Ксения принялась перебирать содержимое тайничка. Собственно говоря, там не было ничего интересного, кроме нескольких явно недешевых визиток, смятых галстуков и небольшого портмоне с фотографиями двух пожилых людей. Ксения сразу решила, что это родители Михаила, потому что невысокая абсолютно седая женщина была с ним одного типа лица. Даже улыбались они одинаково. И еще глаза — серо-голубые, живые, они придавали лицу старушки задорное выражение.
Едва Ксения положила все на место, как дверца открылась, и Михаил грузно опустился на водительское кресло. Он пристально посмотрел на свою новую знакомую и снова очаровательно улыбнулся. В этот момент Ксения пожалела, что открылась ему. Не стоило этого делать. Может быть, он бы по-настоящему заинтересовался ею, а сейчас наверняка думает только о том, чтобы поскорее затащить ее в постель и убедиться, что она стоит так дорого, как говорит.
