не тревожит – напротив, я надеюсь, что вы предъявите свои права.
Сьюзен перевела взгляд с одного на другого.
– Вы хотите, чтобы я попытался претендовать на графский титул? – взглянул на сестру Дэвид. – Но почему?
– Потому что мне он не нужен, – сказал Кон.
– Вы показались мне вполне здравомыслящим.
– Вот именно поэтому. Слушайте, даже если бы это графство было самым богатым в Англии, а Крэг-Уайверн – эталоном красоты и изящества, я все равно не мог бы здесь жить, потому что привязан к месту своего рождения, и меня вполне устраивает титул, который я унаследовал от своего отца. Я лишь согласился выполнить свой долг, потому что нас всех так воспитывали, но сейчас мне представилась возможность уклониться от этого долга, и с вашей помощью я намерен ею воспользоваться.
– А без моей помощи?
Сьюзен поняла, что Кон может воспользоваться бумагами и без согласия Дэвида, но спустя мгновение он сказал:
– Нет, я не намерен принуждать вас к этому.
Дэвид опять взглянул на Сьюзен, но она не могла ничего посоветовать. Все это было для нее полной неожиданностью.
– Но во мне нет ни капли крови Сомерфордов, – привел последний аргумент Дэвид.
– Это не совсем так, – возразил Коннот. – Вы, наверное, невнимательно читали надписи на могилах на местном кладбище. Карслейки и Сомерфорды по крайней мере были связаны между собой узами брака. Ваша прабабушка была из семейства Сомерфордов.
– Силы небесные! Наверное, это та самая, которая утанцевалась до смерти? Сумасшествие все-таки присутствует в нашей крови. Слава богу, это всего-навсего крошечная капелька крови.
– Однако это, возможно, больше, чем мое кровное родство с этой ветвью семейства. Сменилось шесть поколений, с тех пор как младший сын первого графа покинул эти места и обосновался в Суссексе. Больше эти ветви не смешивались.
Дэвид откинулся на спинку кресла.
– А если я не захочу?
– Мы могли бы бросить жребий. Проигравший выигрывает все, – предложил Коннот.
– Зачем мне привлекать к себе всеобщее внимание? – Дэвид поднялся с кресла и прошелся по комнате. – Капитан Дрейк должен оставаться в тени.
– Ну и оставайтесь себе на здоровье. Зато вам не придется искать защиты у графа и платить ему дань, – Коннот положил на стол документ. – Это данное под присягой засвидетельствованное показание Изабеллы Карслейк, где она утверждает, что сочеталась браком с графом Уайверном на острове Гернси и родила от него троих детей. А письмо я уже уничтожил.
Дэвид устремил на него долгий взгляд:
– Вы действительно хотите избавиться от всего этого?
– Даже не сомневайтесь. Но если бы я не считал вас достойным править этой частью Англии, оставил бы все как есть.
Лицо Дэвида залила краска смущения: услышать о себе столь высокое мнение было лестно.
– Конечно, это вызовет много пересудов, – продолжил Коннот, – и они коснутся всей вашей семьи.
– Моя семья, – произнес Дэвид, – как раз и есть одна из причин, которая не позволяет мне принять решение. Дядя Натаниэль и тетя Мириам будут недовольны, если вокруг всего этого поднимется шум, и… я не хотел бы лишать Мела Клиста права называться моим отцом: я им горжусь. И уж конечно, я не хотел бы, чтобы все считали, что в моих жилах течет кровь сумасшедшего графа.
– За все приходится платить, – заключил Коннот. – Выбор за вами. Я не хочу принуждать вас.
Сьюзен, подумав, сказала:
– Полагаю, Мел был бы рад узнать, что новым графом Уайверном стал его сын Дэвид. Это была бы идеальная месть.
– Месть? – удивился Кон.
– Как известно из письма, у графа было соглашение с Мелом, но, если верить Гиффорду, именно граф его предал и поспособствовал аресту.
– Но по словам Суона, граф приложил все силы к тому, чтобы Мела не повесили.
– Вот как? – удивилась Сьюзен, обдумывая его слова. – Вероятно. Его казнь была бы слишком простым решением, потому что от непредсказуемой леди Бел можно было ожидать чего угодно. Она могла бы, например, обосноваться в Крэг-Уайверне в качестве графини. Я не удивилась бы, узнав, что граф сам уговорил ее последовать за Мелом. По какой-то причине он наконец захотел отделаться от них. Она приходила сюда, после того как Мелу вынесли приговор. Наверное, просила помочь. Но если это так, то помощи она не получила, потому что после этого она украла деньги, принадлежавшие шайке из Драконовой бухты.
Сама того не замечая, Сьюзен думала вслух и заметила это лишь тогда, когда осознала то, что сказала. Возможно, давно пора было объяснить Кону, почему ей нужны были деньги графа, но Кон, казалось, даже не заметил сказанного, а она напомнила себе, что он собирается жениться на леди Анне, поэтому ни к чему заботиться о его мнении.
– Мне нужно время, чтобы все обдумать, – неожиданно сказал Дэвид и, обращаясь к Конноту, добавил: – Хоть вы и утверждаете, что намерены избавиться от всего этого, тем не менее я благодарю вас за щедрость и высокое мнение обо мне.
Он ушел, а Сьюзен и Кон переглянулись, остро ощущая, что остались в комнате одни, но ни он, ни она не двинулись с места.
– Думаешь, получится? – нарушила молчание Сьюзен.
– Почему нет? Ведь на острове Гернси, несомненно, сохранились регистрационные записи. Заметь, однако, что леди Бел не указала даты. Когда ты родилась?
– В августе тысяча семьсот девяностого года. Уж не хочешь ли ты сказать, что я могу быть дочерью сумасшедшего графа?
– Это маловероятно, но если брачная церемония состоялась примерно в это время, то у тебя, возможно, всю жизнь будут сомнения.
Кон явно ее поддразнивал, и ей хотелось чем-нибудь в него запустить, но это согревало сердце, потому что позволяло надеяться, что их дружба еще не умерла.
– Молю Бога, чтобы это было летом: ведь разумнее ехать морем на остров Гернси в теплое время года, правда?
– Конечно. Но не забывай, что речь идет о сумасшедшем графе и леди Бел.
Сьюзен аж застонала:
– Надо немедленно послать кого-нибудь на Гернси просмотреть регистрационные записи.
– Не проще ли поискать свидетельство о браке здесь?
– Сомневаюсь. Ты просто не пробовал хоть что-нибудь здесь отыскать.
Он окинул ее потеплевшим взглядом серых глаз:
– Ты про золото? Считаешь, что оно действительно принадлежит шайке?
– Да, это так. Поскольку граф нарушил условия соглашения с контрабандистами, право на эти деньги он не заслужил. И это еще не все. Мел не только ему платил, но и привозил всякие дорогие любопытные штучки, от которых граф приходил в восторг.
– И ты хотела их отыскать?
– Без этих денег Дэвиду придется чаще устраивать контрабандистские рейды, а это опасно. Накопились долги, люди голодают. Если здесь не будет работы, они уйдут к конкурентам.
– Ты еще не говорила, что половина золотых
