ноги и потянул ее за собой.
– Ничто не излечивает от этого, кроме смерти, любовь моя. Пойдем лучше домой и прикинем, за какое время можно организовать пристойную свадьбу.
* * *
Имея лицензию и множество добровольных помощников, все удалось организовать за несколько дней. Можно было управиться даже быстрее, но требовалось время, чтобы успели приехать из Суссекса родные Кона.
Ван вызвался их сопровождать и по дороге прихватил свою будущую супругу мисс Селестину. Насколько поняла Сьюзен, дело еще не было окончательно решено, но в том, что эту пару связывает любовь и тщательно скрываемая страсть, сомневаться не приходилось.
– Признаюсь, – сказала Селестина, когда знакомилась со Сьюзен, – вы заставили меня сожалеть, что мы назначили дату свадьбы через несколько недель.
Это была элегантная, обычно невозмутимая девушка, не считая тех случаев, когда лорд Вандеймен заставлял ее краснеть. Сьюзен она понравилась, и это хорошо, что они будут соседями и друзьями.
– Я хочу устроить большое торжество в доме Вана, – сказала Селестина. – Возвращение на родину. Новое начало. Вхождение в новую семью. Прошу вас, обещайте, что вы примете в этом участие, хотя ваша свадьба и состоится здесь.
Сьюзен с искренней благодарностью пожала ей руку:
– Вы очень любезны, мисс Селестина. Вы уверены, что вас это не утомит? Признаюсь, меня пугает сама мысль, что придется жить среди незнакомых людей.
Селестина улыбнулась:
– Мы с Ваном не чужие, как и майор Хокинвилл, как и лорд Уайверн и его семейство.
Мать и сестра Кона тоже тепло встретили Сьюзен, и она знала, что они искренне одобряют его выбор. Ей не придется жить среди чужих людей. Сьюзен предстояло войти в светское общество, и она немного нервничала поначалу, но постепенно сама стала с нетерпением ждать этого события.
Накануне свадьбы, когда они прогуливались в саду, Кон вдруг сказал:
– Сомерфорд-корт расположен не у моря.
– Я не рыбка, любовь моя, – ответила на это Сьюзен, целуя его. – Смогу прожить и на суше. – Она заглянула ему в глаза и добавила: – С тобой я могу жить где угодно. Ты – мое счастье. Мне давным-давно следовало понять это.
– Не будем вспоминать прошлое, – Кон обнял ее за плечи и крепко прижал к себе. – Обещаю, что приложу все силы, чтобы ты была счастлива.
– А я обещаю сделать все для тебя! – сказала она в ответ. – Небо дало нам еще один шанс, и мы будем им дорожить.
Сьюзен показалось, что именно в тот момент они дали друг другу брачный обет, хотя на следующий день в нарядно украшенной церкви они обменивались традиционными клятвами в присутствии членов семьи, друзей и соседей.
Когда ее впервые назвали леди Уайверн, они с Коном переглянулись и рассмеялись. Пройдет еще немного времени, и она станет леди Эмли, и с этим титулом не будет связано никаких мрачных воспоминаний.
После свадебного завтрака, выслушав поздравления гостей, они наконец остались одни – муж и жена.
Сьюзен взглянула на огромную кровать, застеленную серовато-зеленым покрывалом, украшенным вышитыми листочками.
– Кон, мне как-то неловко заниматься этим в постели своих дяди и тети.
Обняв ее сзади, он рассмеялся:
– А я, наоборот, очень им признателен. Не хотел бы я снова спать в Крэг-Уайверне.
Туда перебрались Генри и Дэвид, чтобы освободить комнаты в усадьбе. С ними вместе там разместились еще несколько гостей. Там же остались супруги Делани, лорд Вандеймен и мисс Селестина, а также майор Хокинвилл и несколько «балбесов».
Новобрачные получили поздравления и щедрые подарки от маркиза и маркизы Арден и лорда и леди Миддлторп. В обеих этих семьях, судя по всему, ожидалось прибавление. Сьюзен была счастлива: столько новых доброжелательных друзей, новая жизнь! Кон поцеловал ее в шею:
– Но если тебе действительно кажется, что это неправильно, то мы можем подождать…
Она повернулась к нему и с улыбкой сняла шелковый платочек, прикрывавший глубокое декольте ее платья:
– Это похоже на шантаж.
Сьюзен заметила, как потемнели его глаза и чуть приоткрылись губы. Отступив на шаг, она поставила ногу на краешек стула и, подняв юбку, открыла взору телесного цвета чулок, вышитый красными розочками. Его поддерживала красная, также отделанная розочками подвязка. Она медленно расстегнула ее.
– Впрочем, может быть, и правда подождем?
Он опустился на колени и принялся снимать чулок.
– Сдаюсь. Ты победила.
– Я так и думала.
Кон рассмеялся:
– Но я, несомненно, самый счастливый из проигравших.
Позднее, когда они, усталые, лежали в объятиях друг друга, Кон сказал:
– Жаль мне расставаться с римской баней, но в нормальном доме для нее не найдется места. Ладно, когда Дэвид станет графом, мы будем время от времени его навещать.
Сьюзен повернулась к нему лицом:
– Но только после того, как он существенно перестроит дом. – Она обвела пальцем свернувшегося дракона на его груди. – Я рада сказать тебе, Кон Сомерфорд, что ты не дракон – ты святой Георгий. Мой святой Георгий. Я однажды сказала это и повторяю сейчас: мой Георгий на вечные времена.
– Аминь, – с улыбкой сказал Кон, нежно потеревшись о ее голову. – Я рад, что оказался прав.
– Прав? В чем?
Кончиком языка он обвел ее ушко, заставив вздрогнуть.
– Я всегда подозревал, что святой Георгий, спасая невесту дракона, свое настоящее вознаграждение получил позднее и примерно вот так…
Примечания
1
Свободные торговцы. – Здесь и далее примеч. пер.
2
Гражданские войны 1642 и 1648 гг. между сторонниками парламента и роялистами; этапы английской буржуазной революции.
3
Законы, регулировавшие в XV–XIX вв. ввоз и вывоз зерна и других сельскохозяйственных продуктов; отвечали интересам лендлордов; отменены в 1846 г.
4
Остров Тасмания у юго-восточного побережья Австралии, место ссылки.
5
Гал., 6:7.
