class="p1">– Кроме контрабандистов, – уточнил Кон.
– Или тех, кто пошел прогуляться по вересковым пустошам.
Они снова на мгновение встретились взглядами.
– По этой дороге можно проехать верхом? – спросил Хокинвилл.
– Только до оползня, – сказала Сьюзен. – Но если поедете верхом отсюда, до часовни вам не добраться, только пешком по тропинке.
– Мы подойдем с другой стороны, – сказал Делани, отыскивая на карте тропу. – Тогда вообще трудно будет заподозрить, что мы как-то связаны с Крэг-Уайверном. Пусть думают, что мы забрели туда случайно и не знали, что дорога заканчивается тупиком. Часовня привлекла наше внимание, и нам захотелось осмотреть эту достопримечательность.
– А если Гиффорд потребует, чтобы вы убирались? – предположил Кон.
– Мы прикинемся идиотами и будем выяснять, что происходит, возмущаться. А вы тем временем начнете действовать. Хотя на открытом пространстве из часовни будет трудно бежать, не попав под пули.
– С Гиффордом я сам разберусь, но надо придумать что-нибудь еще, чтобы отвлечь его внимание.
– Дети, – предложила Амелия. – Иногда я вожу туда школьников на прогулку. Он не сможет стрелять, когда поблизости будут дети, не так ли?
– Но мы подвергнем их риску, – возразил Хокинвилл, и с ним были согласны все остальные.
– Все они ходят в контрабандистские рейды, – возразила Сьюзен, – так что никакой опасности мы их не подвергнем. Иди, Амелия, и прихвати с собой Кита.
Амелия отправилась было выполнять указания, но Кон ее остановил:
– Подождите… Мы, возможно, сумеем вывести их из часовни переодетыми. Прихватите с собой еще двух женщин, Амелия, самых высоких, если можно, и пусть они наденут на себя по двойному комплекту одежды, которую потом смогут без труда снять.
Амелия улыбнулась:
– Прекрасная мысль! Но как быть с Дэвидом? Он слишком высокий.
– А здесь мы сыграем на том, что он мой управляющий. Я, как граф, сотру в порошок любого, кто угрожает кому-то на моей земле. Если сможете, то передайте ему, Амелия, какая роль ему отводится.
– Амелия, мне сказали, что он ранен, – напомнила Сьюзен. – Не забудь захватить с собой бинты и все такое.
Девушка побледнела, но тем не менее кивнула и помчалась выполнять приказание.
Сьюзен стало не по себе. Она хоть и поддержала предложение о привлечении к участию в операции детей, но понимала, что даже при большой осторожности это опасная затея. Она заметила, что майор пристально смотрит на нее.
– Принять решение всегда бывает непросто, – сказал Хокинвилл. – Это огромная ответственность.
– Не я здесь принимаю решения, – возразила Сьюзен.
– Вы все делаете очень правильно. Только вот ваше очаровательное платье, извините, кажется мне неуместным, если только вы не планируете обворожить таможенного офицера.
– О нет, только не это! – испугалась Сьюзен. – У меня есть идея получше.
Она торопливо направилась в дом, радуясь, что не успела перенести оттуда все свои вещи. Чем больше незнакомых лиц появится на сцене, тем лучше. Гиффорд едва ли узнает ее, если она переоденется в мужской костюм.
Она быстро надела бриджи, рубаху и сюртук, повязала вместо галстука шейный платок. Взглянув на себя в зеркало, Сьюзен вспомнила, что в последний раз была одета таким образом в ту ночь, когда вернулся Кон. Едва сдерживая слезы, она добавила последние штрихи к своему маскарадному костюму.
Обычно Сьюзен не надевала шляпу, но она у нее была – мужская крестьянская шляпа с широкими полями. Подколов волосы, она водрузила ее на голову. В качестве последнего штриха, взяв немного сажи из камина, она чуть замазала черным линию челюсти, подбородок и кожу над верхней губой. Взглянув еще раз в зеркало, она решила, что этого будет достаточно. Жаль, что из-за роста она не может сойти за своего брата.
Вернувшись в кабинет, она спросила:
– Ну как?
На Кона и де Вера, которые оставались в кабинете, ее вид произвел нужное впечатление.
– Весьма убедительно, – кивнул де Вер, – но у меня возникла еще одна идея. Пойдемте-ка в ваши апартаменты.
Все трое покинули кабинет.
– Надеюсь, ваше платье мне подойдет, – сказал Рейс, когда они оказались в ее комнате, и начал раздеваться.
Они были одинакового роста, хотя он, естественно, шире в плечах. Сьюзен помогла ему надеть свое персиковое платье, но не смогла до конца застегнуть пуговки на спине и, покопавшись в ящике, достала хорошенькую шаль. Он накинул ее себе на плечи и, взглянув на свои сапоги, пробормотал:
– А обувь? Кон, будь другом, принеси из моей комнаты вечерние штиблеты.
Кон отправился за штиблетами, а Сьюзен надела Рейсу на голову соломенную шляпку и завязала под подбородком пышный бант, чтобы скрыть нижнюю часть лица.
– У вас слишком резкие для женщины черты, но слишком красивые для мужчины.
Де Вер усмехнулся:
– Словом, ни то ни се.
Сьюзен взяла румяна и немного подкрасила ему губы и щеки.
– Слишком сильно краситься неприлично, и не забудьте прятать руки под шаль, ведь вам нужно отвлечь их внимание, – она достала из ящика свои чулки. – Вот возьмите, сделайте из этого бюст.
Пока де Вер послушно выполнял ее указания, она взяла акварель и приготовила темно-коричневую краску.
– Думаю, это не причинит вреда вашим глазам.
Де Вер испуганно посмотрел на нее, но тем не менее позволил обвести глаза темно-коричневой линией.
– Это, конечно, дурной тон, но так вы больше похожи на женщину.
– Ах, вы мне льстите! – изобразил кокетливую девицу де Вер.
Они еще продолжали обмениваться шутками, когда появился Кон с черными лайковыми штиблетами в руках. Де Вер надел их, и Сьюзен сказала:
– Думаю, сойдет. Итак, мы будем изображать влюбленную парочку. А ты, Кон?
– А я буду самим собой, только чертовски взбешенным. Ваша роль заключается в том, чтобы отвлечь внимание людей Гиффорда; они не должны слышать, что я буду ему говорить. Как бы ни хотелось мне его придушить, нам придется оставить ему лазейку, чтобы выйти из этой ситуации с честью, если она у него еще осталась. Идемте.
Сьюзен шагала рядом с Коном и впервые испытывала невероятное возбуждение и страх одновременно. Возбуждение большей частью объяснялось тем, что рядом шел Кон. И пусть даже их больше ничто не связывало, но в этой ситуации они вместе.
Это был достойный конец их отношений. Лишь бы Дэвид остался цел.
Кон приказал Пирсу и Уайту привести коней, так что, проехав верхом часть пути, они спешились лишь тогда, когда увидели место действия. Оставив слуг с лошадьми, дальше они пошли пешком. Когда они приблизились к месту оползня, Кон из осторожности прошел вперед.
– Я вижу часовню, одного человека у окна и по меньшей мере одного внутри. Почему Гиффорд ничего не предпринимает?
Сьюзен подошла сзади:
– Гиффорд ждет полицию. Или меня.
– В таком случае почему твой брат не пытается вырваться?
