его щеках и лбу играли блики. Глаза словно светились лихорадочным блеском. Вся его фигура излучала напряжение и решимость.
– Мне кажется, что в лучах лампы ты словно сияешь, Майкл. Это красиво и жутко.
Через пару секунд я уже пожалела о том, что сказала. Дурацкие слова! Наверное, сейчас он думает, что у Нины Райн поехала крыша.
Рядом с Майклом, унаследовавшим кровь Ван Хельсинга, племянником главы инквизиторов, я, наверное, представляла собой унылую тень, сотканную из сомнений, страха и дурных предчувствий.
– Что-то не так? – Он изумленно посмотрел, затем взял в свою теплую руку мою холодную. – Мне нужно поговорить с Блейном. Наверное, стоило посоветоваться об этом с тобой, вдруг я не прав.
– Нет, ты прав, это я слишком…
«Обычная для такого, как ты», – продолжила я мысленно и выдавила улыбку.
– Не важно, пойдем к кабинету химии, вдруг инквизитор там.
Как же глупо сейчас, когда наша жизнь висит на волоске, переживать о собственной незначительности. Соберись, Нина Райн!
С этими мыслями я дошла до кабинета с табличкой «Дж. Блейн».
Дверь открылась сама, приглашая зайти. Учитель сидел в комнате за столом и протирал корпус пистолета. Не оглядываясь на нас, он с грустью произнес:
– Майкл, Нина. А я уже хотел искать вас сам. Ингрид просила рассказать ее племяннику об инквизиции.
Он с одобрением взглянул на Майкла и улыбнулся. Удивительно, но с улыбкой учитель выглядел гораздо моложе, даже черная повязка на его глазу казалась менее страшной.
– Ингрид в курсе того, что ты отказался служить высшей. Слухи в Нортенвиле распространяются очень быстро. Это правда?
– Да, все верно, – Майкл сдержанно кивнул. – Возможно, вы можете нам помочь? Мы с Ниной теперь должны стать жертвами Жатвы.
Учитель вмиг помрачнел.
– Видишь ли, в соответствии с договором между охотниками и вампирами, о котором тебе наверняка рассказала Арабелла, ночь Жатвы священна. Я всего лишь наблюдатель, если вмешаюсь, то нас с тобой обоих убьют, Майкл. Таковы законы. Твоя тетя сейчас в ярости. Она бы с радостью примчалась и забрала тебя отсюда, но тогда совет высших объявит на нее охоту.
Я тяжело вздохнула. Неужели даже инквизиторы не могут нам помочь? Хотя этого следовало ожидать. Похоже, у них нет власти на территории высших.
– К черту, – Майкл сжал ладони в кулаки, – вы наблюдаете за тем, как здесь убивают школьников? Просто безмолвно наблюдаете? Да вы…
Учитель рассмеялся, и я почувствовала запах крепкого алкоголя, доносящийся от него.
– Говори-говори, Майкл! Думаешь, Блейн – малодушная скотина, да? – Он стукнул кулаком по столу. – А знаешь, ты прав! Каждые три года в этот проклятый замок приезжает молодой аристократ из высших. Здесь кровосос набирает слуг. Такой у них ритуал. Поэтому в Нортенвиле учатся дети тех, кто годами служит высшим, как твой отец, Майкл.
Перед выпускным они развлекаются, устраивают охоту на учеников, которым заранее отведена роль жертв. Как Нина Райн, как Эрни Райн, как ваш приятель Стив.
Сильные этого мира пьют кровь. И только инквизиторы Ингрид для них как кость в горле. Мы наказываем провинившихся кровососов, боремся за права людей, наблюдаем за исполнением закона. Если честно, мне осточертела эта школа. Я ненавижу ее всей душой!
Улыбка учителя больше напоминала гримасу.
– А знаешь что? Можно сделать исключение хотя бы раз. К черту договор. – Он схватил пистолет и протянул его Майклу. – Здесь есть серебряные пули.
Затем Блейн поманил Майкла и прошептал:
– Если выхода нет, ты можешь вызвать кровососа на дуэль. Это не противоречит правилам. Сражайся или умри… Таков закон этого мира.
– Сражайся или умри, – рефлекторно повторила я. Голова закружилась. Захотелось выбежать из кабинета и вдохнуть свежий ночной воздух. Мой взгляд упал в угол комнаты, где стоял белый скелет с оскалом, похожим на ухмылку Блейна.
Учитель тем временем открыл ящик стола и достал оттуда прозрачную фляжку с подозрительного вида жидкостью, сделал глоток и мутным взглядом уставился в окно.
Я, наконец, набралась смелости и задала вопрос:
– Мистер Блейн, а у меня есть шансы стать инквизитором, если… если я вернусь живой из Нортенвиля?
Учитель посмотрел на меня недоверчиво, в его глазах читалось «это очень маловероятно, юная мисс», затем он покачал головой.
– Инквизиторами становятся либо те, в чьих жилах течет кровь великих охотников, либо люди с определенными боевыми навыками. Такая хрупкая девушка, как ты, могла бы работать только архивариусом в гильдии охотников.
– В гильдии охотников, которые стали ручными псами высших?
Блейн удивленно поднял бровь, и я поспешно добавила:
– Так сказала Арабелла.
– К сожалению, она права, – учитель снова сделал глоток. – В гильдии слишком много прихвостней кровососов. Только отдел инквизиции не подчиняется никому.
– Вот как, – я отвела глаза и вопросительно взглянула на Майкла.
– Спасибо, мистер Блейн. Мы, пожалуй, пойдем. – Он спрятал пистолет за поясом, видимо, опасаясь, что учитель передумает, но тот, покачиваясь на стуле, развернулся и помахал нам рукой.
– Да пребудет с вами свет, дети!
Мы вышли и остались одни в темном коридоре.
– Нина, – Майкл достал из-за пояса пистолет, – теперь у нас появилось оружие. Все не так плохо. Мы справимся, выживем, поверь, – он неожиданно меня обнял, и мне стало стыдно за мрачные мысли.
«Сражайся или умри», – так говорил Блейн.
– Майкл, давай проверим, что в подвале, о котором упомянула Жизель. У нас с тобой есть оружие.
Он отстранился и с теплотой на меня взглянул.
– Теперь я узнаю бесстрашную Нину Райн. Пойдем, нас ждут тайны Нортенвиля.
– Именно, – я взяла его за руку, и мы спустились вниз по лестнице. Правду сказать, рядом с Майклом было совсем не страшно, скорее наоборот, у меня словно прибавлялось сил.
«Так же было всегда», – эта мысль мелькнула внезапно. Ну да, мы были связаны в прошлой жизни, а теперь встретились вновь.
И какой смысл строить планы на будущее, когда ты можешь умереть в любой момент?
Подвал был тускло освещен настенными лампами – такой же длинный коридор, как и на других этажах, только вместо изысканных картин и до блеска вычищенного пола нас ждала паутина на стенах и пыль под ногами.
Я еле удержалась от того, чтобы чихнуть.
– Как же тут противно, Майкл, да еще и воняет чем-то затхлым.
– Да-да, кажется, я знаю этот запах. – Майкл нахмурился и достал пистолет.
Точно, так пахнет кровь! Как же я раньше не поняла!
Мы шли и шли, пока прямо перед нами не показалась железная дверь. Майкл дернул ручку, и она приоткрылась.
Он зашел первым, а я осталась стоять в коридоре с гулко бьющимся сердцем.
– Нина, здесь пусто.
Услышав это, я прошла внутрь.
Это
