свой дом, а кто-то, – он тяжело вздохнул, – отдаст дань традициям.
Вдруг Эрни поднялся из-за стола, сотни взглядов устремились к нему.
– Отдаст дань традициям? – громко произнес брат. – Вы это так называете?
Его лицо было бледным, глаза лихорадочно блестели, а на лбу появились капли пота. Это выражение, знакомое мне с детства, означало лишь одно: Эрни на что-то решился.
Брат вышел из-за стола и направился к ректору. Зал наполнился тишиной. Только звук шагов эхом отражался от стен.
– Нет, – я рефлекторно протянула руку к зеркалу, – не делай этого!
Но брат меня не слышал. Думаю, в тот момент он не слышал вообще никого. Его взгляд наполнился ненавистью и еще чем-то, смутно напоминавшим безнадежность.
– Мистер Райн, – спокойно произнес ректор, когда брат остановился напротив него в центре зала, – вы что-то хотели нам сообщить?
Тут я заметила, что Эрни стал как будто ниже Ридели: рядом с ним брат казался испуганным, он словно тонул в тени ректора. Мой бедный Эрни!
Но его голос прозвучал неожиданно громко:
– Вы – высший, не так ли? Вы хотите устроить ночь кровавой Жатвы и убить школьников, которые не станут вашими слугами.
Ректор задумчиво склонил голову:
– Какая осведомленность… Откуда ты все это узнал, мой слишком любознательный ученик?
– Не важно! Вы – убийца. Такие, как вы… Вам всем, – он обвел взглядом миссис Уинстон и мистера Берри, – нет прощения.
– Возможно, – усмехнулся Ридели, – это все, что ты хотел сказать?
Вместо ответа Эрни сделал резкое движение рукой. Я увидела в воздухе блеск стали. Все произошло так быстро! Один миг, и ректор схватил клинок на лету прямо за лезвие. Он сделал это легко и быстро, словно для него движение ничего не значило.
И все же в следующий момент Ридели слегка поморщился. Перчатка на руке, которой схватил клинок, окрасилась в красный.
Миссис Уинстон охнула, я сжала руки в кулаки, почувствовав внезапную слабость.
Тень ректора увеличилась, в зале потемнело. Он вздохнул и сделал шаг в сторону Эрни. Всего один шаг, но я поняла, что мой брат обречен. На лице ректора застыло холодное спокойствие, глаза стали почти красными.
– Ты пытался меня убить? – его голос заполнял зал. Ученики за столами словно застыли от страха, кто-то закричал.
И тут мистер Берри, быстро взглянув на стоявшего в углу Блейна, с криком прыгнул на Эрни. На лету он превратился в огромного черного кота.
– Мррр… Ты поплатишься за это, щенок! – Он когтями вцепился Эрни в шею с диким ревом.
Я увидела три жуткие царапины на коже брата.
– Нет! Эрни! – В моих глазах застыли слезы.
Прозвучал выстрел. В зале начался хаос, девчонки закричали. Часть учеников выбежала в коридор.
Я зажмурилась, боясь увидеть, что будет дальше.
– Нина, открой глаза, – голос Майкла вывел меня из оцепенения.
Я взглянула в зеркало в тот угол зала, где лежал Эрни, такой же бледный. На его шее краснели царапины от когтей проклятого кота. Рядом с братом пластом лежал мистер Берри. Над его плечом поднимался дымок, а сам он тихо ругался.
– Плечо… Господин, этот охотник ранил меня! Какого дьявола?
Ректор молча стоял, сложив руки на груди. Его лицо выражало крайнее недовольство.
Из глубины зала раздались шаги, и я увидела учителя химии с пистолетом в руке.
Он улыбался, с торжеством глядя на Ридели.
– Я предотвратил нападение твоего слуги на ученика. Статья двадцать восемь великого договора, Ридели.
Ректор нахмурился и снова взглянул на корчившегося от боли мистера Берри.
– Этот ученик пытался меня убить, ты видел сам, инквизитор. У меня есть право уничтожить Эрни Райна, как там это называется в ваших законах? Ах да, самооборона.
Блейн качнул головой, наблюдая, как несколько смелых учеников подошли к нему, пытаясь лучше разглядеть происходящее.
– Он покусился на твою жизнь, но сейчас не представляет угрозы. Взгляни сам на мистера Райна.
Эрни тем временем поднялся на одно колено. Вся его поза выражала беззащитность.
– Вот как ты все вывернул, Блейн. Мстишь мне из-за племянника? – процедил ректор.
– Просто делаю свою работу, высший. По закону Эрни Райна ждет суд.
– Да, – взгляд ректора немного смягчился, – что ж, до этого времени я намерен содержать его в Нортенвиле, на своей территории.
Блейн хотел что-то возразить, но в этот момент в почти пустом зале внезапно поднялся ветер. Он закружил салфетки и ложки с новогоднего стола, образуя вихрь, в центре которого из ниоткуда возникла фигура женщины в строгом костюме с белыми, словно седыми волосами и выдающимися скулами. Она царственно взмахнула рукой, и вихрь исчез. Столовые приборы, издав жалобное «Дзынь!», посыпались на пол.
– Ты?! – Ректор сделал шаг назад. – Что ты здесь забыла, глава инквизиторов?
Женщина усмехнулась и прошептала непонятные слова. Один из стульев в тот же миг оказался рядом с ней.
– Магия, – подытожила я.
Майкл выдохнул и склонился к зеркалу, прошептав:
– Тетя Ингрид?
Я перевела взгляд с женщины в зеркале на Майкла и обратно. Между ними определенно было что-то общее. Высокие скулы, синие глаза и пронзительный взгляд.
Тем временем женщина в зеркале грациозно села на стул и ответила:
– Пришла в гости, дорогой Николас. Отчего ты не рад видеть старую знакомую? Шарлотта, мое почтение, – она отсалютовала миссис Уинстон рукой, и та отвела взгляд в сторону, словно не зная, что ответить.
Тем временем мистер Берри поднялся и начал комично отряхивать пиджак одной рукой. Он периодически кривился от боли. На его плече краснела рана.
– Ты пришла из-за меня, не так ли, Ингрид?
– Так, – глава охотников кивнула, – видишь ли, Николас, твой слуга напал на ученика. Это – довольно тяжелое преступление. В договоре указано, что вы не можете трогать смертных без согласия гильдии охотников.
– Он все равно выбран жертвой для ночи Жатвы, Ингрид, – ответил ректор.
– Но ночь Жатвы еще не наступила, – парировала дама в костюме.
В зале повисла тишина.
Глава охотников, победно улыбнувшись, достала из кармана свиток, развернула его и начала читать:
– Упрощенным судебным производством, согласно великому договору, Арнольду Берри присуждено наказание: полгода пребывания в низшей форме без права на амнистию.
Мистер Берри схватился за голову. На миг мне даже стало его немного жаль.
– Что? Низшая форма, так долго? Побойтесь бога, глава! – Он комично сжал руки в молитвенном жесте, позабыв о раненом плече. – Может, денежная компенсация?
Блейн с дамой переглянулись, а затем рассмеялись.
– Ты что, хочешь подкупить инквизиторов?
– Ну что вы, что вы, – залепетал Берри.
В этот момент женщина поднялась со стула и протянула руку вперед.
– Mutatio [12].
– Не-ет, – с этим воплем Берри начал превращаться в кота.
