— Ну что, Саня, сходил в милицию? — поднялась ему навстречу Зинаида.
— Сходил, Зин, все в порядке, — кивнул он.
— И они согласились, чтоб ты провел их по катакомбам? — уточнила Зинаида.
Сан Саныч даже подбоченился:
— А куда им деваться? Кроме меня, никто все ходы-выходы не знает.
— Ох, хвастун! — укоризненно махнула рукой Зинаида.
— Так что сейчас Григорий Тимофеевич облаву подготовит и пойдем с ним искать Мишку-смотрителя… — пояснил Саныч.
Зинаида озабоченно посмотрела на него:
— Так сколько времени пройдет, пока они подготовят? Мишка тоже все ходы знает, уйдет за город, и никогда не найдете…
— Найдем, — успокоил ее Саныч, но она переживала все больше.
— А вдруг не успеете?! Скроется негодяй… И Алеша за свои муки не отомщенным останется, и за гибель Толика никто не ответит…
Маша, охваченная тем же волнением, смотрела на Сан Саныча:
— Надо его поскорее поймать, Сан Саныч! Он должен за все ответить!
Сан Саныч серьезно посмотрел на них обеих и твердо пообещал:
— Я не дам Мишке уйти. Найти его и помочь задержать — дело моей чести. Помнишь, Зина, как я его на корабль взял, а он меня же и подставил? Предал меня, дружок детства голоштанного…
— Помню, Саня. Ты на берег его списал. Вот он злобу-то на тебя и затаил, — подтвердила Зинаида.
— Да. Страшный человек стал Мишка. Подлый, хищный. А ведь в детстве хороший пацан был. Это жадность его сгубила… Все хотел себе кусок пожирнее урвать. — Сан Саныч вздохнул и продолжил с угрозой в голосе: — Ничего… Встретимся с ним на узкой дорожке… За все он мне ответит!
Баба Зина с тревогой взглянула на него:
— Ты только один в катакомбы не суйся, Саныч! Опасно это!
Сан Саныч отвел взгляд, чтобы Зинаида ничего не заподозрила:
— Да что ты, Зин! Я ж в своем уме! Тем более что облаву так сразу не подготовишь. А Григорий с обыском уехал. Так что раньше завтра и не получится.
Зинаида посочувствовала:
— Ты ж изведешься до завтра весь… Он охотно подхватил:
— Да, Зин, не усижу на месте, может, мне пока на рыбалку сходить, а? В ночь…
— Ну, сходи… — Зинаида с сомнением пожала плечами.
— Точно! Посижу на косе, бычков тебе наловлю. Пожаришь с помидорами на завтрак. — Он решительно встал и направился на чердак. — Пойду снасти соберу. А ты мне тормозок приготовь, Зин. Ну как обычно…
Зинаида захлопотала, собирая Сан Санычу еду на рыбалку, укладывая вареную картошку, лук, колбасу. Маша, наблюдая за ней, нервничала:
— Почему милиция так медлит? Почему они сразу не пошли в катакомбы?
— Не все так просто, Маша. Там, знаешь, сколько ходов-выходов. Говорят, километров на сто тянутся, а то и на двести! А перекрыть надо все, а то Мишка почует опасность и уйдет. Так что в этом деле лучше все тщательно подготовить. Ошибки быть не должно, — объяснила ей бабушка.
— Хоть бы они его нашли поскорее и арестовали! Это же нелюдь, а не человек! Даже собственных сыновей погубил! Как мне Толика жалко, бабушка. Прям стоит перед глазами, как живой, — со слезами в голосе сказала Маша.
— Да. Бедный мальчик. Такой был тихий, покладистый, мухи никогда не обидит. Я поверить не могу, что он мог Лешу похитить!
— Это все из-за смотрителя! Я бы, бабуля, его если б встретила, плюнула бы в лицо! Я столько сил в Лешу вложила, на ноги поставила. Он уже совсем здоровый был. А теперь из-за него — снова инвалид! — гневно воскликнула Маша.
Зинаида с жалостью смотрела на нее:
— Не думай о Леше. У него судьба другая. Женится, ребенок будет.
Маша отвернулась:
— Я и не думаю…
— Ты еще встретишь свое счастье. Чай, не один Леша на свете! — сказала Зинаида.
— Для меня — один… — упрямо прошептала Маша. Бабушка строго погрозила ей пальцем:
— Выбрось эти мысли из головы, Маша. Не станешь же ты ребенка сиротить. Я тебя не так воспитывала. Не брать чужого приучала. А это — чужое. Раз уж у них с Катей так далеко зашло, уйди с дороги, детка.
Маша кивнула:
— Конечно, я не стану им мешать.
Пусть живут, как умеют. Это их дела. А у нас своя жизнь, — сурово подвела итог Зинаида и завязала еду в узелок. Потом открыла буфет, достала водку и фляжку, перелила немного водки во фляжку и завинтила крышку со словами:
— И что это Санычу на рыбалку приспичило? Никак на месте не сидится.
А Сан Саныч в это время проверял пистолет. Сидя за столом, он умело разбирал оружие: в нем оказались все патроны, кроме одного. Сан Саныч одобрительно хмыкнул, спрятал пистолет в карман и достал походный рюкзак. Сложив в рюкзак теплый свитер и фонарик, Сан Саныч направился было к двери, но вовремя спохватился и, хлопнув себя по лбу, вернулся за удочками. Теперь уже в полной готовности он спустился вниз.
Маша говорила бабушке:
— Выходит, наврала тебе все цыганка. Или ты сама что-то напутала, бабуля. Не может Леша быть моим суженым. Зря ты волновалась.
— Почему ты так решила? — не поняла та.
— Потому что если верить в то, что все предначертано судьбой, то, значит, он — Катина судьба, а не моя. Ведь это она носит его ребенка, — объяснила Маша.
— Может, я и ошиблась. Тогда тем более забудь его — и все, — протянула Зинаида задумчиво.
— Легко сказать… Я готова уйти с дороги, отдать его Кате, потому что ребенок должен жить в семье, с мамой и папой. Но забыть Лешу? Я не могу себе это приказать. — Маша с болью смотрела на бабушку. — Разве я могу убить в себе любовь к нему?
Зинаида вздохнула:
— В таком деле, Машенька, время — лучший лекарь. Знаешь, как люди говорят: перемелется — мука будет.
— Не мука, а мука, бабуля… Я понимаю, что должна отказаться от Леши. Но у меня внутри все протестует! — воскликнула Маша горестно.
В кухню с удочками и рюкзаком вошел Сан Саныч и обратился к Зинаиде:
— Все, Зин, я готов. Пойду, что ли? Как раз на вечернюю зарю успею. Клев пойдет…
— Ну, с Богом. — Зинаида вручила Сан Санычу сверток с едой. — Вот, здесь все, как ты любишь: и картошечка, и лучок.
— А пятьдесят граммов положила? — хитро прищурился он.
Зинаида усмехнулась:
— Все на месте, не переживай. Когда вернешься-то?
— Я ж сказал: утром к завтраку жди. Бычков жарить будем. Их на косе — тьма-тьмущая, — и Сан Саныч поцеловал Зинаиду.
Когда он вышел, Зинаида перекрестила его вслед.
Сан Саныч пошел из дома через виноградную аллею. Дойдя до конца аллеи, он хитро оглянулся и— спрятал удочки в виноградник.
После этого, полный мрачной решимости, он направился в катакомбы — искать смотрителя…
* * *
Озабоченный, Женя зашел в палату Леши. Тот, не обратив внимания на состояние друга, радостно приветствовал его:
