на них внимания. Тогда прибежал Ан Гён и загородил собой Ыно, с удивлением смотря в сторону девушки. Она дочь художника Хон?..
Собравшись, он громко сказал:
– Ваше высочество, прошу, простите художника Хона! Наказание, которое предназначено для него, я приму на себя!
Вслед за ним прибежал и Чхве Вонхо. Он упал к ногам принца:
– У нас в «Пэк Ю» есть сансухва Ким Мунуна! Ваше высочество, мы вам ее отдадим!
И только это предложение привлекло внимание тэгуна.
– Что ты только что сказал?..
– В «Пэк Ю» есть один из пейзажей Чхонбона, – повторил он. – Это работа времен его расцвета. Даже лучше, чем та, что у вас в руках. Прошу, рассмотрите возможность обменять эту картину на нашу. Вы не пожалеете, уверяю…
– Серьезно, что ли?
– Узнаете, когда посмотрите. Уверен, вы останетесь довольны, с вашим-то умением разбираться в живописи.
Прямо перед Вонхо на корточки присел критик и озадаченно спросил:
– Разве «Пэк Ю» – не детище Кан Юнгука? Он же был злейшим врагом Ким Мунуна, с какой стати там висят его картины?
Несмотря на то что критик плохо разбирался в искусстве, о положении многих дел ему было известно. Именно благодаря своей информированности он и сохранил свою должность. В этот раз осведомленность его снова не подвела: для Ли Ёна эти сведения также были полезны.
– Если так подумать, – продолжил критик, – художник Ан и хозяин «Пэк Ю» оба учились у Кан Юнгука в художественной академии, я же прав? Вот только… Я наслышан о том, что у Кана было три любимых ученика.
Все взгляды были прикованы к Хон Ыно. Ан Гён продолжал его загораживать. Кивнув, принц сказал:
– Так вот почему?.. Даже с потерянным рассудком он продолжает ненавидеть картины заклятого врага своего учителя?
Дверь закрытой комнаты вдруг распахнулась. Ха Рам, находившийся внутри, поклонился и вышел. Мансу поставил перед ним ботинки, которые недавно вернула Чхонги. Юноша обулся, взял трость и начал ощупывать землю ее кончиком. Опираясь на палку, которая указывала ему путь к девушке, он спустился и подошел к месту, где собрались остальные. Хон проследила за движениями Рама.
Глаза… Он не видит? Точнее, не может видеть? Вот оно что… Его глаза не просто красные, они слепые.
Со Коджон, сидя на полу, смотрел на юношу и бормотал:
– А вот и наш «соперник». Он не любит появляться на людях, так что же заставило его выйти из комнаты? Сегодня произошло столько всего удивительного…
– Художница Хон? – произнес вдруг Ха Рам.
– Да? – растерянно ответила Чхонги. – Это я.
Взгляд юноши обратился к ней, и их глаза встретились. По крайней мере, было ощущение, что они пересеклись, – так предпочитала думать девица Хон.
– Я кое-что вам должен. Его высочество знает, о чем я.
– Ах, в этом нет никакой нужды…
– Нет, – прервал ее Рам, – я верну этот долг прямо сейчас. Господин наставник «Пэк Ю», передайте сансухва Ким Мунуна его высочеству принцу Анпхёну, пожалуйста. А я, в качестве моей признательности художнице Хон, за нее заплачу. Никто ведь ничего не теряет, верно?
Все, кроме девицы Хон, согласились, но сама девушка лишь сделала вид, что не возражает. Сейчас она кивнет, а уж потом все тщательно обдумает, потому что ради отца нужно покинуть это место как можно скорее.
– И тогда между вами все будет улажено? – спросил Ли Ён, глядя на Хон Чхонги. – Что ж, в таком случае я приму ваше предложение, господин Ха. – Потом он перевел взгляд на Чхве Вонхо и велел: – Принеси картину завтра. Рано утром. И давай-ка поговорим с тобой наедине.
Принц склонил колени перед Чхонги, смотревшей на Ха Рама, и осторожно коснулся ее лица одними кончиками пальцев, чтобы обратить ее взгляд на себя. К уголкам губ Ли Ёна вернулась улыбка.
– Я не говорил, что твой отец понесет наказание. Между нами снова произошло недопонимание. Но если мое молчание заставило тебя испугаться хотя бы на мгновение, приношу свои извинения.
Затем он поднялся и продолжил:
– Хон Чхонги! Мне не в чем винить тебя за сегодняшний день, но за то, что в прошлом ты усомнилась во мне, ты обязательно понесешь наказание. Жди этого с нетерпением!
Ли Ён, все еще разутый, поднялся на террасу и широко улыбнулся.
– Сегодняшняя встреча окончена! Всем хорошей дороги домой.
Принц покинул центральное помещение, люди хлынули из Мэджукхона. В момент, когда Чхонги вытянула шею, чтобы отыскать Ха Рама в толпе, Ан Гён дернул Вонхо за воротник. Юноша уже исчез, а художник дрожащими руками отпустил ворот хозяина «Пэк Ю». Он не проронил ни слова. Даже после того, как мужчина ослабил хватку, его ладонь еще некоторое время подрагивала в воздухе.
– Я знал, что у художника Хон есть дочь, но никогда бы не подумал, что она рисует! Я должен был заметить его почерк… должен был узнать его стиль в ее рисунках!
Хон Ыно присел и принялся рисовать, используя пальцы в качестве кисти, а землю – как бумагу. Казалось, он и не понимал, из-за чего случился недавний переполох. Чхонги попыталась поднять отца, но ее оттолкнул Ан Гён и помог ему встать вместо дочери.
– Давай-ка поговорим, Вонхо.
– Приказ его высочества не терпит отлагательств…
Ан Гён злобно зыркнул на него. Чхве пожал плечами и одними губами пробормотал:
– Разве мы не в ссоре? Зачем нам вообще разговаривать…
Художник взглянул на Чхонги. Вонхо, проследивший за направлением его взгляда, схватил Ыно за руку и сказал ей:
– Светлячок, возвращайтесь-ка с Кён Джудэк обратно. Мы вдвоем проводим твоего отца домой. Не переживай.
Ан Гён усмехнулся так, будто наставник сказал что-то абсурдное, хоть и знал, что дочь Ыно называют Светлячком. Он приостановил шаг и обернулся, обращаясь к Чхонги:
– Художница Хон! Я Ан Гён из художественной академии. Мне очень понравились твои сегодняшние работы.
Ан Гён широко известен своими сансухва! Девица Хон глубоко поклонилась и поздоровалась с ним.
– Это большая честь – познакомиться с вами!
– Еще увидимся, – попрощался художник и отвернулся.
Мысли Чхонги все это время были заняты Ха Рамом. Она рванула в комнату, где тот находился ранее, но за дверью никого не оказалось. Девушка ходила туда-сюда вокруг главного здания и не находила ни одного человека, похожего на него. Позади центрального помещения она увидела дверь. Хон попыталась туда пройти, но ее остановили прислужники:
– Вам нельзя сюда входить. Принц Анпхён отдыхает. Встреча завершена. Нам нужно все тут прибрать, потому уходите, пожалуйста.
Чхонги повторно обошла здание, замедляясь с каждым шагом. Силы постепенно исчезали. Его нет. Нигде нет Ха Рама… Он и правда уже ушел.
Едва волоча ноги, она вышла за ворота. Кён Джудэк заметила ее первой и быстро подошла к девушке.
– Ты чего так долго? Все уже вышли!
– Вам наверняка тяжело было ждать
