вслух: в первых рядах стояла проклятая Ольга Островская, целиком поглощенная речью владельца галереи.
Повернув голову к Лее, Фенрир заметил, что она с видом настоящего ценителя безмятежно улыбается, скользя взглядом по перспективным полотнам современных художников.
– Думаешь, есть смысл прикупить тут что-нибудь? – шепнул Андрей.
– Даже не сомневайся. Валерий Николаевич не разменивается на хлам и безвкусицу. Каждая из картин в ближайшие десять лет подорожает минимум в три-четыре раза.
Фенрир удивленно улыбнулся, а Лея продолжила цедить вино. После завершения церемонии открытия многие из присутствующих потянулись к Самохину с поздравлениями. Он беспомощно улыбнулся Лее, и она по-свойски махнула ему ладонью.
– О, Давыдов! Тебя каким ураганом занесло? – Тяжелая пятерня хлопнула закатившего глаза Фенрира по плечу. – Ты ж не фанат вроде?
– Привет, Миш.
Михаил Гончаров руководил одной из дочерних компаний металлургического холдинга своего отца и, к неудовольствию Андрея, почему-то решил, что после двух совместных тусовок они стали друзьями.
– А где…
– Знакомься, – не дав ему спросить о какойлибо девушке – а Фенрир уже и не помнил, с кем присутствовал на тех сборищах – он перевел внимание Гончарова в другое русло: – Лея Поталина. Лея, это Михаил Гончаров, гендир «МетАльянса».
– О… – высокий жилистый блондин от неожиданности не сразу подобрал слова: – Добрый вечер…
– Здравствуйте, Михаил, – царственно улыбнулась Лея.
– Погодите. А вы и есть та самая Лея Поталина?
– Весьма вероятно.
Андрей прыснул в кулак и отвернулся. Однако Гончаров бессовестно продолжал нарушать правила хорошего тона:
– А вы с Давыдовым того…?
– Лея – моя ключевая клиентка. По вопросам, связанным с бизнесом ее покойного отца, – Фенрир ответил будто бы нехотя и все это время смотрел в сторону, стараясь скрыть эмоции.
– Ммм… Ясно.
– Михаил, если честно, мне немного неловко, но Андрей, несмотря на мои протесты, вызвался сопроводить меня сюда, хотя действительно не является фанатом современного искусства. Я в Москве ненадолго и с большинством из знакомых, увы, потеряла связь, – Лея спокойно подыграла Фенриру. – В этом плане Андрей – истинный джентльмен.
– Андрей? О, да… – хохотнул Гончаров, но тут же откашлялся под опасным прищуром Давыдова. – Лея, вы планируете что-то приобрести? Я, например, готовлюсь к юбилею отца, и сегодня у меня буквально глаза разбегаются от количества собранных Самохиным шедевров.
– Я пока не определилась. Мы только пришли…
Голубые глубоко посаженные глаза Михаила оценивающе скользнули по стройной фигуре Леи, утянутой в черное вечернее платье с глухим воротом и открытой спиной. На языке Андрея вертелась парочка мужских грубостей, но он изображал полнейшее равнодушие.
– Ну, раз уж мы встретились, – Гончаров мельком глянул на друга и легким движением руки уложил ладонь изумленной Леи себе на сгиб локтя. – Я покажу вам то, что мне больше всего понравилось. Вдруг вы поможете выбрать?
Лея, повернувшись к Андрею, вопросительно вскинула брови, но тот демонстративно небрежно пожал плечами и пошел следом за ними, подхватив с подноса официанта запотевший стакан виски. Неожиданный интерес Гончарова к Лее раздражал его до зубного скрежета, и когда Фенрир понял, что Михаил уверенно разбирался в культурных трендах и веяниях, знал имена и лучшие работы современных художников и активно поддерживал диалог с Леей, то споря, то горячо соглашаясь, руки зачесались отпихнуть этого хлыща со своей территории и поскорее увезти Лею на обещанный десерт.
– Боже, как я счастлив наконец-то встретить человека, который тоже понимает, что Гжегож Чорски – это просто хайповый проект, а не новый гений!
Отвернувшись к очередному полотну, Андрей скривился и беззвучно передразнил Гончарова.
– А вдруг мы оба ошибаемся? – рассмеялась Лея.
– Исключено, – уверенно качнул головой Михаил.
Фенрир закатил глаза, отхлебнул остатки виски и вернул стакан официанту, но алкоголь чуть не полился у него через нос, когда наследник металлургического магната уточнил:
– Лея, я потрясен нашим знакомством. Скажите, что я должен сделать, чтобы вы согласились со мной поужинать?
– О… Неожиданно, – она неуверенно хмыкнула и как-то странно прищурилась, глядя в дальний угол выставки.
«Только попробуй согласиться…» – на лице Андрея от бешенства заиграли желваки.
– Михаил, а вы в курсе, что мать Пьера Анри – наполовину русская?
– Впервые слышу.
– Несколько лет назад мне посчастливилось пообщаться с ним. Он безумно гордится родословной и, знаете, Михаил, Пьер оставляет милые пасхалки на всех своих полотнах.
– Лея, вы уходите от ответа, – Гончаров расплылся в хищной улыбке.
– Вы же сами спросили про условие, – она хитро подмигнула блондину. – На картине «Бунт студентов», вон той, что висит по диагонали от нас, Пьер играет со зрителем в «Найди кота». Помните эту древнюю забаву на просторах рунета? Он узнал о ней от матери и спрятал кота на картине. Найдете его – и я схожу с вами на ужин. Но чур не подсматривать! – Лея покачала смартфоном в ладони.
– Засекайте десять минут, – победоносно процедил Гончаров, стремительно направившись к картине.
– Андрей Максимович… – томно раздался глубокий женский голос. – Какая неожиданная встреча.
Взбешенный флиртом Леи Фенрир вальяжно повернулся к Островской с улыбкой охотника:
– Ольга… Рад вас видеть. – Он нарочито медленно поцеловал шокированную ведущую в щеку.
Лея, наблюдавшая за странной сценой, замерла на месте с каменным лицом.
– Представите меня своей юной спутнице? – быстро придя в себя, Островская уверенно оскалилась.
– Это клиентка моей компании, Лея Поталина, – небрежно отозвался Андрей. – Лея, это Ольга Островская, журналистка канала «Объектив».
– Имела честь не раз лицезреть вас в прайм-тайм, – с прохладным дружелюбием отозвалась Лея.
– Благодарю. И соболезную вашей утрате. Совсем недавно отмечалась годовщина гибели вашего отца, – Островская скорбно вскинула брови. – Влад Поталин был выдающимся политиком и патриотом.
– Спасибо, Ольга.
Блондинка без тени стеснения мгновенно переключилась на Фенрира и, взмахнув длинными ресницами, чувственно улыбнулась:
– Андрей Максимович, мы готовим серию выпусков о работе частных военных компаний. Кстати, с вашей подачи. Я бы хотела снова увидеть вас в гостях. В качестве эксперта. Как вы на это смотрите? – Ее ладонь с изящными пальцами мягко сжала его локоть.
– Вам придется сильно постараться, чтобы уговорить меня, – Фенрир по привычке провел языком по краям верхних зубов.
– Я готова на любые безумства… Мой номер у вас есть, – бесстыдно задержав взгляд на его губах, Островская сделала шаг назад и насмешливо глянула на Лею: – Приятно было познакомиться.
Улыбка Леи потухла так же, как и ее взгляд. Это был удар, выдержать который она не сумела:
– Она что, флиртовала с тобой?
– А что, только тебе можно? – черная бровь Андрея вызывающе выгнулась.
– Мать Пьера Анри – чистокровная американка.
– Что?
– И она понятия не имеет о древних российских мемах, – Лея разочарованно вздохнула и, взяв второй бокал шампанского, уверенно направилась к освободившемуся Валерию Самохину, пока до Давыдова-младшего доходил смысл сказанного.
