и, упершись коленом в грудную клетку парня, плеснул на его шею немного спирта, вскрыл упаковку со стерильным скальпелем и повторил свой трюк, как когда-то спас одного из солдат Черномора.
Пока незнакомец не успел прийти в чувство, Андрей и его ловко связал по рукам и ногам. Потом кое-как оттер ладони от запекшейся крови и, рискуя вывернуть плечевой сустав, вытащил из-под «Мерседеса» пистолет. Отщелкнул обойму и, сунув ее в задний карман джинсов, вызвал полицию.
– Ого… – раздался восторженный мальчишеский голос.
– О, Господи… – к нему тут же присоединился напуганный женский.
– Добрый вечер, – обернувшись, Фенрир улыбнулся и сунул обезвреженный ствол сзади за пояс.
Мать и сын замерли при виде пленных, у одного из которых из шеи торчала трубка.
– Охренеть… – прошептал подросток, распахнув глаза. – Это вы их…
– Вова, замолчи, – мать нервно дернула его за плечо.
– Вы только не пугайтесь, – Андрей дружелюбно вскинул ладони. – Я уже вызвал полицию. Я не бандит…
– А я вас знаю! – мальчишка, в отличие от матери, не испытывал ни капли страха. – Вы же Андрей Давыдов?! Хозяин «Феникса»!
– Один из…
– Вова! – женщина, несмотря на уверения высокого брюнета, продолжала испуганно пятиться.
– Мам, он крутой!
– Прекрати…
– Его по телеку показывали! – сын высвободил руку из кулака матери и снова повернулся к Давыдову-младшему: – Вы тут живете?!
– Да… – Фенрира забавляла развернувшаяся сцена. – Недавно переехал.
– Жесть! Пацаны сдохнут от зависти…
– Э… Вова? Давай ты пока не будешь распространяться друзьям обо мне? Договорились? – Андрей убедительно выгнул бровь.
– Он ничего никому не скажет! – выпалила женщина. – Мы будем молчать.
– Я правда прошу прощения, что напугал вас. Просто два отморозка решили испортить остаток моего вечера… – Где-то вдалеке раздались звуки сирен. – А вот и полиция.
Заметив сине-красные всполохи огней, женщина расслабилась, но, оставаясь настороже, все-таки потянула сына за руку:
– Очень хорошо… До свидания.
Фенрир напоследок подмигнул подростку и приготовился потратить полночи на разбирательства, но в сознании что-то кольнуло, и он снова достал смартфон.
– Привет, сынок, – голос Макса звучал из трубки расслабленно и позитивно.
– Привет, пап. У меня тут совершенно неожиданно нарисовалась проблема…
– Какая?
Фенрир поморщился, пытаясь подобрать слова и не сводя глаз с полицейских патрулей.
– Андрей, что произошло?
– На меня напали двое. На подземной парковке.
– Погоди. А ты был один? – Макс откашлялся и вернул себе серьезный тон.
– Естественно.
– А… – Давыдов-старший запнулся, вовремя прикусив язык.
– Пап, полиция подъехала. Мне нужно, чтобы ты сейчас же отправил дополнительно пару парней к дому Леи Поталиной.
– Зачем?
– Просто сделай, как я прошу.
– Хорошо… Но все же интересно, – голос отца прозвучал улыбчиво.
– Пап, сейчас не время.
– Расскажешь в понедельник, – хмыкнул Макс и положил трубку.
– Давыдов Андрей Максимович? – к Фенриру подошел мужчина в темно-синей форме.
– Есть такой… – устало вздохнул тот.
– А это кто?
– Соседи.
– Имена, фамилии, номер квартиры знаете?
– Впервые их вижу. Пацана вроде Вова зовут, – Андрей сдержал неизвестно какой по счету зевок.
В три часа ночи, сидя в кабинете такого же сонного следователя, он изо всех сил собирал глаза в кучу, но экран, на котором шла запись с камер наблюдения, то и дело двоился.
– Что вы им сказали?
– Что вызвал полицию. Извините, а у вас случайно кофе не найдется?
Следователь кивнул в противоположную сторону кабинета на небольшой столик с термопотом. Фенрир выбрал самую чистую из стоявших там кружек, всыпал в кипяток щедрую дозу дешевого растворимого кофе и поморщился от горького жженного запаха:
– Долго еще? Я вроде как потерпевший…
– Вы, Андрей Максимыч, КМС по боевому самбо. Балансируете на грани превышения самообороны.
Отвратный кофе чуть не полился через нос, и Фенрир еле сдержал кашель:
– Вы угораете? Их двое, я один. Они с огнестрелом, да еще и мой пистолет пытались использовать. И я виноват в итоге? Адвокатов прямо сейчас вызывать? Вы же все по камерам видели.
– Видел, – немного виновато вздохнул мужчина чуть за сорок. – Вот только один из нападающих в больнице с изувеченной гортанью, а второй – с сотрясением и шейным вывихом. А на вас ни ссадинки.
– Не додумался поддаться, – процедил Андрей и задрал футболку: – А это сойдет?
На правом боку просматривался крупный кровоподтек от пропущенного удара.
– Да дело не в синяках…
В дверь постучали, и внутрь заглянул тощий парень в очках с покрасневшими глазами и взлохмаченными русыми волосами:
– Сергей Сергеич, расшифровали переписки и звонки. Я вам на электронку все скинул. Можно домой?
– Иди, – буркнул следователь и щелкнул по иконке рабочей почты.
Фенрир придвинулся и с любопытством заглянул в монитор. Мужчина угрюмо зыркнул на него, и Андрей насмешливо выпрямился:
– Интересно же…
Мельком просмотрев присланные из техотдела данные, следователь с издевкой спросил:
– Вспоминайте, Андрей Максимыч, с кем конфликтовали в последнее время.
– Да я солнышко-зайчик.
– Нуну. Глядя на список ваших прошлых прегрешений, с трудом верю.
– Я давно перебесился.
– А некая Литовцева Людмила Вадимовна так не считает.
– Мила? – Фенрир поморщился. – Серьезно?
Следователь приложил к уху смартфон:
– Сань, ордер получил? Отлично. Чекайте, где находится подозреваемая, и выезжайте на задержание.
– Слушайте, ее отец – один из крупнейших…
– У нас каждый второй – кто-то из крупнейших, – раздраженно выдохнул Сергей Сергеевич. – А заказное убийство – это вам не шуточки.
– Давайте я позвоню ему!
– Только попробуйте.
– Ночка обещает быть длинной… – Допив кофе, Фенрир уронил локти на стол следователя и уткнулся в них лбом. – Отпустите меня домой. Под подписку. Обещаю не бегать от правосудия.
– Боитесь встречи с гневной дамочкой? – хохотнул мужчина. – Или с ее папашей?
– У вас потрясающее чувство юмора…
– И оно значительно сильнее чувства жалости.
Спящая столица тонула в рассветной дымке раннего майского утра. Изумрудные газоны и цветочные клумбы поблескивали капельками росы, а неподвижный воздух казался сладковато-пыльным.
Андрей докуривал вторую подряд сигарету, прислонившись ягодицами к невысокому выступу трехэтажного здания отделения полиции. Спать хотелось безумно, голова была похожа на невесомый шар, наполненный гелием, а спину и плечи ломило от усталости.
– Господи, как же она меня достала… – рядом с Фенриром присел Вадим Литовцев.
От зрелого бизнесмена ненавязчиво исходил запах мужского парфюма и элитного алкоголя, рукава дорогой белоснежной рубашки были закатаны по локоть, две верхние пуговицы воротника – расстегнуты. Андрей сонным взглядом все-таки заметил след нежно-розовой помады на шее, покрытой двухдневной щетиной, хотя Вадим Иванович на публике играл роль вечного вдовца и примерного папочки двух дочерей.
«У кого-то обломилась ночь любви…» – без особых эмоций подумал Фенрир и на автомате протянул Литовцеву пачку сигарет.
– Я пытаюсь бросить, – бизнесмен крепко затянулся и выпустил вверх густую струю дыма. –
