подумаю, – отрезал Рикман. – Убирайся. Тебя сюда не звали.
– Как ты смеешь принуждать ее! – прошипел Теодор, и зал огласило его утробное рычание.
Позади будущего короля я заметила перепуганную Кайли, но больше всего меня поразили те мука и безысходность, с какими она смотрела на руки принца, сжимавшие мою талию. Она любит его глубоко и искренне. Австралийка все делала с полной самоотдачей, и вряд ли способна на легкое увлечение. Ее любовь, как и она сама, чиста и неистова.
К нам подскочили обеспокоенные хранители. Яра оттащила Кайли в сторону, а сама крикнула:
– Эй, мальчики, полегче! Тут толпа жадных до сплетен придворных. Вам стоит успокоиться и обсудить разногласия позже и в другом месте.
– Не лезь! – рявкнул Теодор, и Рикман явно был с ним полностью согласен. Он расправил плечи и посмотрел на брата с вызовом.
Яра порывалась еще что-то добавить, но Баг положил пухлую ладонь ей на плечо и сказал:
– Лучше дай им возможность выяснить все сейчас. Поставь полог.
Яра с сомнением покосилась на нашу троицу, но спорить не стала. Ее глаза засветились, и вокруг нас возникла переливающаяся радужными всполохами прозрачная полусфера. Я видела, как хранители что-то говорят столпившимся гостям, и те с озадаченными лицами возвращаются в центр зала, но до нас не доносилось ни звука, и только шумное частое дыхание мужчин нарушало внезапно возникшую тишину.
– Катрин, – обратился ко мне Рикман, – окажи мне честь – выходи за меня замуж!
Я на мгновение потеряла дар речи, зато Теодор был начеку и, не задумываясь, двинул брату в челюсть. Рикман пошатнулся, но устоял. Он, наконец, убрал руки с моей талии, но лишь для того, чтобы развернуться и в ответ ударить брата. Тот даже не шелохнулся. Чешуйки уже полностью покрыли его лицо, а глаза заволокло сплошной алой пеленой.
– А ну, прекратите оба! – в ужасе закричала я.
Мне пришлось втиснуться между ними и расставить руки, стараясь отодвинуть принцев друг от друга. Но с тем же успехом я могла бы сместить скалы.
– Тебе мало престола? Ты решил еще и Катрин себе забрать?! – закричал Рикман.
– Нет, – отрезал Теодор. – Я недостоин ее. Но ты еще хуже. Как ты мог прикасаться к ней без ее позволения?
– Я готов жениться на ней и сделать ее счастливой. А что можешь дать ей ты? Королевскую корону? А как насчет зверя? Ты не в состоянии его контролировать. Хочешь разорвать ее, когда случайно не справишься с гневом или ревностью?
Лицо Теодора исказила гримаса боли и отчаяния. Верхняя губа приподнялась, и показались удлиненные клыки.
– Посмотри на себя, – с горечью произнес Рикман. – Я не спорю с решением Прародителя. Ты – старший сын и наследник крови. Ты лучше, чем кто бы то ни было, справишься с агрессивными духами и обозленными сменой власти соседями. Но ты не сможешь стать хорошим мужем для Катрин.
Полный невыносимой отчаяния рев стал ему ответом. У меня больше не было сил слушать этих двоих. Я оттолкнула принцев, и на этот раз они легко поддались.
– Знаете что? Мне, конечно, безумно приятно, что вы тут обсуждаете меня так, будто я пустое место. Но хочу вам напомнить, что это далеко от реальности. Я не вещь, которую вы тут так усиленно делите. Вы вообще не имеете права что-то решать за меня. Ясно?
– Но, Катрин… – Рикман дернулся в мою сторону, но я выставила перед принцами раскрытые ладони.
– С меня хватит. Вы до того меня довели, что я уже видеть не могу вас обоих. Ты, – посмотрела я на Рикмана, – глубоко заблуждаешься, если считаешь, что мы будем счастливы вместе. Ты замечательный мужчина, но я не испытываю к тебе нежных чувств. Так уж получилось, это от меня никак не зависит. Любовь либо есть, либо ее нет. При этом я очень сомневаюсь, что твоя влюбленность перерастет в нечто большее. Ты совсем меня не знаешь. Да, нам приятно общаться, но ты понятия не имеешь о моих увлечениях, взглядах на жизнь и мечтах.
– Мы могли бы отправиться в путешествие по миру и узнать друг друга лучше, – не сдавался принц. – Я уже все подготовил. Не хочешь выходить за меня сейчас, давай отложим этот разговор до зимы.
Я покачала головой, зная, что никогда не смогу полюбить Рикмана так, как его уже любит Кайли.
– Я не подхожу тебе. Просто ты пока этого еще не понял. И если хочешь действительно получить удовольствие от путешествия и посмотреть мир, возьми с собой Кайли. Она прекрасно ориентируется на любой местности и станет для тебя надежным спутником.
– Я не… – начал было принц, но я уже повернулась к Теодору.
– Теперь с тобой. Я не представляю, что у тебя творится в голове, и никогда не представляла. Ты вечно все держишь в себе и никого не подпускаешь. Ты даже скрыл от меня, что являешься человеком, а не магическим животным.
Горечь обиды за обман прорвалась наружу, и слезы выступили на глазах, но я не хотела рыдать при этих двух слишком много возомнивших о себе принцах.
– Но, знаешь что? Мне очень нравился Трикс. Я обожала его гладить. Любила с ним спорить, ссориться, мириться и смеяться над его шутками. Мне бесконечно жаль, что все это в прошлом, и его больше нет рядом. Я ужасно устала от недомолвок. Когда будешь готов поговорить, я буду рада тебя выслушать. Но пока ты сам не примешь себя, не надейся, что это сможет сделать кто-то другой.
Принцы с ошарашенным видом молчали, каждый думая о своем. Лицо Теодора снова приобрело человеческие черты, глаза потухли и стали красно-карими.
«Прародитель!» – мысленно позвала я в неистовой надежде, что он все же меня услышит. И я не ошиблась.
«Нареченная Катрин, – прогремел у меня в голове его голос, – зачем ты беспокоишь меня?»
«Ты обещал желание. Я хочу немедленно оказаться в таком месте, где меня будут окружать покой и радость. Сил моих больше нет здесь оставаться».
Я представила, как возвращаюсь домой, а там меня встречают папа и бабушка. Они обнимают меня и радуются, что я у них есть. Тепло их любви согревает меня и помогает забыть обо всем, что довелось пережить в этом мире. Пусть бабушка давно умерла, а папа жил неизвестно где и уже несколько лет не выходил на связь,
