в них сверкнуло недовольство.
В подземелье старший принц предстал обнаженным, растерянным и донельзя уязвимым, несмотря на свою грозную вторую ипостась. Но теперь передо мной с мрачным видом стоял элегантно одетый мужчина, излучающий ауру силы и власти.
Сердце болезненно сжалось. Я вспомнила Трикса, наши с ним перепалки, непринужденные разговоры, даже совместные ночевки. Как он мог скрыть от меня, кем является на самом деле? Пусть он и не знал, что родился в королевской семье, но уж о своем человеческом облике мог бы и упомянуть.
Мне стало невыносимо стыдно за свое поведение. Я ведь тискала его, как домашнего песика, а он делал вид, что был не против. Какое должно быть это унижение для взрослого мужчины!
Краска стыда бросилась в лицо, и я почувствовала, как запылали щеки. Смотреть будущему королю в глаза я никак не могла и опустила голову.
– Рикман! – воскликнула Яра. – Вот ты где! А мы тебя обыскались. Прибыли послы из Каспида. Ты не мог бы переговорить с ними?
– Разумеется, – пробормотал он и погладил мою ладонь. – Катрин, выздоравливай. Я завтра непременно зайду тебя проведать.
Я кивнула, не в силах произнести ни слова. Рикман вдруг поцеловал чувствительное местечко на внутренней стороне запястья и с лучезарной улыбкой дотронулся до моей щеки. Онемев от неожиданности, я уставилась на него, чуть приоткрыв рот.
Он и бровью не повел, слегка поклонился и направился в сторону выхода. На пороге Рикман застыл перед Теодором, их взгляды встретились, и ни один не хотел отступать, ведя молчаливую борьбу. Только что именно они хотели доказать друг другу, я так и не поняла. Этим двоим явно сложно давалась внезапная смена ролей.
– Послы ждут, – процедил Рикман.
– Вот именно, – в тон ему отозвался Теодор.
– Я не собираюсь разговаривать с ними в одиночестве, – не сдавался первый. – Ты – будущий король, тебе и вести переговоры. Я буду только помогать в случае необходимости.
Теодор стиснул зубы, развернулся и исчез в гостиной, Рикман двинулся следом.
– Тео, ты куда?! – в изумлении выпалила Яра. – Ты разве не останешься?
– Нет! – донесся до меня грозный рык будущего короля, а следом громко хлопнула дверь.
Яра смутилась и пробубнила:
– Катрин, извини, что так нагрянули. Дела, знаешь ли, не ждут. Я забегу к тебе чуть позже.
Я снова кивнула, как китайский болванчик. Яра бросилась догонять принцев. Спальня опустела, и я почувствовала себя совершенно вымотанной. От всех этих странностей и недомолвок разболелась голова. Я приняла оставленное Лудом средство и улеглась спать. Нужно срочно набраться сил, а то ко мне так и будут ходить толпы гостей с визитами вежливости. Не хотелось бы, чтобы это вошло в привычку.
Глава 39
Через несколько дней я окончательно пришла в себя и присоединилась к остальным нареченным на занятиях. Девушки выглядели счастливыми и общались открыто и непринужденно. Больше не нужно было соревноваться, проходя испытания. Исчезли напряжение и тревога, подспудно одолевавшие претенденток все предыдущие дни. Принц Теодор обещал, что независимо от его выбора все нареченные получат статус лиид и приличный капитал.
Лана Стрикт снова гоняла нас по бальному залу. Девушки усердно готовились к предстоящему торжеству и не жалели сил для оттачивания танцевальных движений. Только Рани не захотела вернуться в корпус нареченных. Королевские стражники нашли ее в доме Девонира на нижнем уровне.
Оказалось, что колдун много лет владел неказистым строением на окраине столицы и хранил там запрещенные ингредиенты для ритуалов. Девонир поселил там индианку после того, как забрал ее из Таинственного сада. Рани попала в ловушку смертельно опасных растений и посчитала, что ее спас колдун, а тот разыграл перед ней благородного рыцаря и попросил передать энергию для призыва агрессивных духов. Так он заполучил сильнейших васп и проник в Подземелье предков, нейтрализовав охрану.
Рани по уши влюбилась в колдуна, а узнав, что он лишился воспоминаний, несказанно обрадовалась. Она понимала, что Девонир раньше не питал к ней никаких чувств, но теперь надеялась завоевать его симпатию. Индианка устроилась работать в корпус целителей, и все время крутилась возле возлюбленного.
Принцы приходили в нашу столовую к обеду и проводили время с нареченными. Лиам никого не замечал, кроме Ольги, и на перешептывания этих двоих уже никто не обращал внимания. Рикман, как обычно, был вежлив и обходителен со всем девушкам, но неизменно занимал место рядом со мной и ухаживал в течение всей трапезы, подкладывая на тарелку то одно, то другое.
Теодору приходилось тяжелее, чем братьям. Он сидел с неприступным видом, пристально смотрел на претенденток, точно хотел прочесть их мысли, мало рассказывал о себе и без конца мерился с Рикманом грозными взглядами. Казалось, эти двое даже за столом продолжают в чем-то соперничать, и, судя по хмурому выражению лица будущего короля, он явно проигрывал более опытному в светских делах брату.
Я прекрасно помнила, каким чудесным рассказчиком был Трикс, сколько он знал, и с каким удовольствием делился захватывающими фактами. Но стоило Теодору оказаться с нареченными за одним столом, как он замыкался в себе и не проявлял своих сильных качеств. Меня это удивляло, и я пыталась вовлечь его в общую беседу. В такие моменты он смотрел на меня с немым вопросом в глазах, и я отводила взгляд. Мне трудно давались эти игры в гляделки, а открыто поговорить Теодор не стремился.
Когда до бала оставалось меньше недели, Рикман вдруг попросил уделить ему минутку после очередного обеда, и мы вышли из столовой в вестибюль.
– Что-то случилось? – разволновалась я.
Он увлек меня за колонну и улыбнулся.
– Ничего такого, о чем стоило бы переживать. Извини, что так внезапно отвлек. Я просто хотел попросить тебя стать моей спутницей на предстоящем балу.
– Спутницей? – растерянности пролепетала я. – Но зачем?
Открытая жизнерадостная улыбка Рикмана погасла, и я поспешила исправить свою оплошность:
– Я хотела сказать, что не совсем понимаю, какие это накладывает обязательства. Все нареченные и так будут на балу. Лиида Ферда собирается представить нас придворным. Мы целыми днями репетируем свой выход. Не уверена, что она позволит мне пойти отдельно от остальных девушек.
Рикман просиял и с нежностью в
