братьев, то мать уступит ей трон. Только Магда не учла того, что Девонир давно задумал разрушить связующую печать и долгие годы готовился к судьбоносному ритуалу.
Туман рассеялся, и я осмотрелась. Все с недоумением переглядывались, явно не веря в увиденное. Только королева злобно сверкала глазами и с ненавистью глядела на Прародителя.
– Каждый причастный понесет наказание, – огласил вердикт создатель мира. – Магда Вирмаон, смерть искупит твои грехи.
Он уставился на королеву, и его глаза вспыхнули алым. Магда схватилась за горло, посинела и упала замертво. У меня не хватило мужества смотреть на ее перекошенное лицо, и я отвернулась.
Прародитель взглянул на принцессу и объявил:
– Я лишаю Карейн Вирмаон воспоминаний и дарую жизнь в ином статусе.
Принцесса так и не пришла в себя после зелья колдуна. Красноватое сияние окутало ее, и Карейн застонала.
– Поднимись, Девонир Кинай, – велел создатель.
Колдун аккуратно уложил меня на пол и выпрямился.
– Ты совершил много злодеяний, но твои хозяева часто принуждали тебя к этому с помощью клятвы крови. Твою душу поглотил мрак, однако я вижу и светлую часть. Я предоставляю тебе выбор: мгновенная смерть или продолжение этого жизненного пути без воспоминаний и дара.
– Жизнь! – с поразившей меня уверенностью заявил Девонир.
– Да будет так.
Колдуна охватило алое сияние. Он побледнел и повалился рядом со мной без чувств.
– Теперь с вами. – Прародитель перевел взгляд на духов. – Вы оправдали мое доверие и спасли этот мир. Но теперь я вижу, что недостаточно защитил вас от происков изворотливых людей. Я исправлю это и верну вам изначальную форму. Никто больше не сможет использовать вас в своих низких целях.
Духи на глазах изменились, представ совсем в иных образах. Яра теперь выглядела, как зрелая женщина с пышными формами и лиловыми волосами, а Баг, как упитанный лысый мужчина под пятьдесят. Ламия стала зеленоволосой девочкой-подростком, Сихар – стройным брюнетом лет сорока с ухоженной бородкой. Духи обнимались и плакали, поздравляя друг друга.
– Теодор Вирмаон, – Прародитель в упор посмотрел на Трикса, – ты доказал, что достоин моего дара. Твое благородство, мужество и честность – качества настоящего правителя. Ты станешь новым королем Дирама и восстановишь заведенный мной порядок.
Трикс дернулся, явно желая что-то сказать, но его уже окутал туман, и в следующее мгновение на месте панголиона появился точно такой же зверь, только огромного размера. Гигантский крылатый ящер раскрыл пасть, и его рев оглушил собравшихся. Все с восхищением и благоговением смотрели на Трикса, а мне показалось, что ему очень больно и обидно, только я так и не смогла понять причину его переживаний.
Пелена вновь скрыла ящера, и на его месте оказался высокий широкоплечий мужчина с черными волосами и красно-карими глазами. Его обнаженное тело, укутанное так и не исчезнувшей дымкой, напряглось, а встревоженный взгляд отыскал меня. Мужчина посмотрел мне в лицо с такой мольбой, будто я что-то могла для него сделать.
Но я так устала и перенервничала, что у меня не осталось сил разбираться в происходящем. В голове не укладывалось все, что здесь случилось, и я никак не могла взять в толк, что моего обожаемого маленького ящера больше нет, а есть вот этот чужой мужчина, который скрывал от меня свою суть, а теперь неизвестно чего ждет в ответ.
Глаза сами собой закрылись, по щекам потекли слезы. Как же мне все осточертело! С первого дня в этом мире все только и делают, что чего-то требуют, а я вынуждена договариваться и выполнять обязательства, которых вовсе не желаю. Не могу больше. Хочу покоя.
Меня начал одолевать сон. На краю сознания послышались слова Прародителя:
– Нареченная Катрин, ты с полной отдачей помогала духам и одаренному. Без тебя они не смогли бы выполнить свою миссию. Я дарую тебе одно желание. Ты можешь обратиться ко мне с любой просьбой, и я все исполню.
Мне захотелось ответить ему и поблагодарить, но сил совсем не осталось, и я провалилась в темноту.
Глава 38
Сознание то возвращалось, то исчезало вновь. Я как будто качалась на бурных морских волнах, временами выныривая и опять погружаясь под воду.
Наконец, я открыла глаза и смогла сфокусировать взгляд. Неизменная обстановка моей спальни в корпусе нареченных тут же успокоила и вселила уверенность, что поход в Подземелье предков завершился благополучно. Или почти благополучно. Смотря для кого.
Воспоминания обрушились неподъемной лавиной, и я застонала. Неужели все это произошло на самом деле?
– Катрин! Ты очнулась! – подлетел ко мне Луд и стиснул ладонь.
Оказывается, парнишка находился в комнате, а я его даже не заметила. Голова никак не хотела отлипать от подушки, язык не слушался. Я замычала, пытаясь выговорить хоть слово.
– Тише, – успокаивающе погладил Луд мои пальцы. – Ты еще очень слаба. Я сейчас дам тебе новое снадобье. Оно поможет быстрее восстановиться.
Он накапал мне в рот горькую жидкость. Сон снова подкрался ко мне, так и норовя унести подальше, и я не стала ему противиться.
В следующее пробуждение я уже чувствовала себя гораздо бодрее и смогла приподняться. На этот раз в кресле у кровати сидела Яра в своем новом, человеческом обличье. Она выглядела потрясающе в темно-фиолетовом платье с глубоким декольте. Я улыбнулась, стараясь передать, как счастлива ее видеть.
– Катрин! – воскликнула она. – Смотрю, тебе лучше. Мы все так переживали! Ты провалялась здесь целую неделю!
На глазах выступили слезы, и я всхлипнула. Целая неделя! Как такое возможно?
– Ну-ну, не раскисай. Тем более поводов горевать вообще нет. Все устроилось наилучшим образом.
Я попросила ее рассказать о последних событиях, и Яра с довольным видом принялась делиться новостями. Выяснилось, что пока мы пытались пробудить Прародителя, в столице произошло землетрясение. Многие здания обрушились, некоторые жители пострадали.
Королеву Магду и принцессу Карейн объявили погибшими. Якобы их завалило обломками павильона в королевском парке. В главном столичном храме прошла церемония прощания с королевой, принцессу же хоронили в закрытом гробу, объяснив это множественными увечьями.
На самом деле, Карейн отправили в глухую деревню на окраине Дирама под присмотром преданной пожилой семейной пары. Принцессе предстояло многому научиться и заново начать
