время услышит её.
– Алло, – долетел до него через километры нежный голос Алекс.
Он жаждал услышать его, но собственная реакция всё же оказалась для него неожиданной.
Почему было так сложно сказать что-то в ответ?
– Алло? – в её ласковом тоне послышались вопросительные интонации.
Роберт всё молчал, с каждой прошедшей секундой понимая, что время уходит и надо, наконец, уже что-то сказать.
Привет? С наступающим? Это Роберт? Я скучаю по тебе? Ты нужна мне?..
– Алло… – он слышал её лёгкое, немного сбивчивое дыхание.
Она волновалась, так же как и он, словно бы шестым чувством что-то ощущая.
Он глубоко вздохнул и уже, было, приготовился начать непростой разговор, как на том конце провода послышался мужской голос.
– Сашуль, давай помогу, – сказал какой-то мужчина, и Роберт моментально возненавидел его.
Алекс молчала.
Послышался звук поцелуя, и ему показалось, словно бы его душу насильно отделяют от тела.
Она продолжала жить. Она не остановилась на месте и двигалась дальше. И, видит бог, она заслуживала этого… она как никто заслуживала счастья.
Моментально отключившись, Роберт уставился на всё ещё горевший дисплей телефона. Ощущая незнакомую прежде пустоту.
Через некоторое время дверь в номер распахнулась, и в комнату влетела, пританцовывающая Алина с подарочной коробкой в руках.
– Подарок от Пэр Ноэля, – проворковала она и рассмеялась своей шутке.
Боже, как он ненавидел Новый год.
Глава 23
Алекс с такой силой захлопнула за собой дверь, что поток воздуха, поднятый этим движением, ударил ей в спину, отталкивая в коридор. В мыслях было абсолютно пусто, но лишь из-за того, что тело оказалось переполнено ощущениями. Будто Роберту удалось коснуться не только каждого сантиметра кожи, но и затронуть саму душу.
Запустив руку в растрёпанные волосы, Алекс, пытаясь распутать царивший на голове кошмар, зашагала по направлению к лестнице для обслуги. Попадаться кому-то на глаза в подобном виде она не испытывала желания.
В её голове всё ещё крутились последние слова Роберта. И дело было вовсе не в том, что он так грубо и примитивно напомнил ей, что возврата к прежним отношениям, которых они достигли за прошедшие дни, уже не будет. Сама мысль о ребёнке как-то даже согревала. В первый год брака дети совершенно не входили в их планы. Тогда ей казалось, что их отношения нескончаемы, и повременить с рождением детей было бы вполне нормально. К тому же они оба были совсем, как говорится, зелёные.
Но на самом деле, они с Робертом никогда досконально и не обсуждали этот вопрос. После расставания, она, как и любая, мало-мальски эгоистичная или наивная женщина полагала, что иметь рядом с собой частичку любимого мужчины, его мини-копию, воплощённую в ребёнке, не просто бы помогло скрасить её одиночество, но и дало бы лишний повод для встречи. Роберт никогда бы не бросил своё дитя. И она жалела, что в угоду своей карьере поступилась желанием завести ребёнка сразу.
Алекс посмеялась над своими мыслями. Оглядываясь назад, можно было лишь недоумевать над тем, что приходили ей тогда в голову. Из-за отчаяния, и только из-за него.
Она не воспринимала слова Роберта как угрозу или как доказательство его мужского превосходства. Скорее напротив, они были не чем иным, как предупреждением, что никуда он из её жизни не денется. Она понимала, чем продиктованы эти слова, и что за его тоном кроется гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Разве не этого она ждала? Разве не этого хотела?
Спустившись по чёрной лестнице на первый этаж, Алекс подошла к окну и распахнула его, с наслаждением вдыхая прохладный ночной воздух. Откуда-то издалека до неё доносились звуки голосов. Облокотившись на подоконник, Алекс подняла глаза к чёрному небу и уставилась на тонкую дугу поблескивающего в вышине месяца. В какой-то момент он начал двоиться, а затем и вовсе принял размытые очертания, и она поняла, что совершенно не заметила, как заплакала.
Несколько раз её уединение было нарушено. Торопящаяся по своим делам обслуга, входила и выходила через двери в главный холл, впуская посторонние шумы в относительную тишину небольшой прихожей. Но никто не обращал на Сашу внимания, никто не спрашивал, как она забрела сюда и почему не уходит.
Холодный воздух улицы пробрался ей под одежду, успокаивая пылающую кожу.
Алекс и сама не понимала, зачем ей понадобилось уходить из спальни. А если б осталась, что бы дальше произошло? Что сказал бы Роберт? Как повёл бы себя? Но одно она знала точно: предугадать свою реакцию на любые его слова она сейчас не в состоянии.
Каждое его движение, каждый поцелуй и касание было наполнено любовью. Но что принесла ей эта любовь в прошлом? Страдания? Разочарование в себе и в других?
Понимание и переосмысление их совместной жизни пришло позже. После того, как она заполнила пустоту миллионом бесполезных и никчёмных дел, потому как без Роберта всё казалось ей именно таким – пустым и ненужным.
Поверить ему заново? Это всё равно, что попытаться собрать разбитую вазу по осколкам. Мало того что эти осколки разлетелись в неизвестных направлениях, найти их все в любом случае невозможно. И каких-то фрагментов будет недоставать. Поэтому как бы не пытался, как бы не старался ты склеить её, она всё равно получится некрасивой, дефектной, с зазорами, пустотами, кривой, словом, и готовой в любой момент рассыпаться заново.
Нет, в таком случае нужно отбросить прошлое, нужно взять новый кусок глины и вылепить из него новую вазу, а потом взять и раскрасить её так, как тебе хочется. А затем поставить и беречь как зеницу ока этот хрупкий неустойчивый предмет. Ведь любое неосторожное, необдуманное движение может привести к катастрофе.
Готова ли она рискнуть? И понимает ли Роберт, чего им будет это стоить? Осознаёт ли он, как осознала это она, что возврата к прошлому нет? У них есть будущее, если он, конечно, готов играть по таким правилам.
И действительно иногда нужно пережить предательство или предать самому, чтобы понять, что это такое, чтобы извлечь урок для себя, в первую очередь, только для себя. Оправдать можно всё, что угодно, главное сделать это грамотно, а не отмахнуться отговорками, отписками. И она оправдывала Роберта, хотя он сам никогда не оправдывался перед нею. Он признавал свои ошибки, но готов ли он не повторять их? Она никогда не узнает, если не попробует.
В этом-то и заключается сила характера – не сгибаться перед трудностями и смотреть на всё происходящее не через пелену собственного
