class="p1">А я не звала. Я тщательно отгородилась от нее неосязаемой стеной и наглухо закрыла в бетонном бункере, чтобы она сохла там и больше не смела напоминать о прошлом. Мне повезло, что кахгары помогли ее туда загнать. Иначе мне грозило еще не один месяц промучиться с последствиями собственной ошибки, каждый день и каждый час вспоминая о том, какая страшная была расплата. Помня о своих разбитых надеждах. Чувствуя окаменевшее от слез сердце. Видя перед внутренним взором бесстрастное лицо Эннара Второго и каждый миг слыша в голове его холодный голос, раз за разом повторяющий, что я ему не нужна. От такого действительно можно сойти с ума. Боюсь, даже мне с моими принципами не удалось бы справиться с тоской и отчаянием быстрее, чем за несколько мучительных лет. А теперь эти тяжелые воспоминания покоятся в надежно закрытом, намертво заколоченном, глубоко закопанном бункере. И открывать его в ближайшую тысячу лет я не собиралась.
Во второй раз мне будет некому помочь. И второй раз такими ошибками судьбу не испытывают. Никто, кроме откровенных мазохистов, маньяков и форменных самоубийц. Ни к первым, ни ко вторым, ни к третьим я, не отношусь. Так что пусть эти воспоминания останутся похороненными в надежной могиле. Пусть они никогда меня больше не потревожат. И пусть вместе с ними тихо угаснет крохотная частичка моей невезучей души.
Слабая, уставшая от сомнений, обманутая и преданная собственными мечтами частичка по имени Гайдэ.
Крупную черную точку, подозрительно быстро приближающуюся по воздуху, я заметила почти сразу, как только вечернее небо окунулось в багровые закатные тона. Она была большой, эта точка, и даже очень большой – с пятикопеечную монету, несмотря на то, что расстояние до нее еще было ого-го. И она мчалась сюда так быстро, целеустремленно и уверенно, что сразу стало ясно – это по мою душу.
Ну да.
А как иначе?
Знаки-то я активировала уже давно.
Подняв голову, я спокойно следила за тем, как на фоне кроваво-красного неба стремительно вырастает крылатый силуэт, принадлежащий огромному ящеру, закованному в прочную костяную броню. Без особого удивления проследила, как он мощными рывками сокращает оставшееся расстояние. Как торжествующе ревет, обнаружив далеко внизу мою неподвижную фигурку. Как быстро и уверенно снижается, поднимая вверх целые смерчи из сухой земли, пыли и мелких камней. Как тяжело падает на землю, заставляя ее болезненно содрогаться и исходить низким, неприятным для слуха гулом. А потом с бешеным рыком мчится навстречу, пугая встопорщенным на всю высоту гребнем острых игл на холке, рвет когтями неподатливый грунт, с мясом вырывает его безостановочно бьющим хвостом и налетает с разинутой пастью так, будто собирается заглотить с ходу.
– ГАЙДЭ!
Ох. Он опять кричит вслух. А в этом теле голос у него хриплый, рыкающий, злющий.
– ГАЙДЭ, ГДЕ ТЫ БЫЛА?! КАК У ТЕБЯ ТОЛЬКО ХВАТИЛО СОВЕСТИ?!!
– Здравствуй, Лин, – спокойно ответила я, бесстрашно встретив бешено горящий взгляд демона. – Долетел нормально?
– ЧТО?! – взревел он в неподдельной ярости. – МЫ ТЕБЯ ДВОЕ СУТОК ИСКАЛИ! С УМА СХОДИЛИ, НЕ ЗНАЯ, ГДЕ ТЫ И ЧТО С ТОБОЙ! ИСЧЕЗЛА, КАК ПРИВИДЕНИЕ! ДАЖЕ ГОР НЕ СУМЕЛ ТЕБЯ НАЙТИ! ДАЖЕ ЕГО БРАТ НЕ НАШЕЛ В ТЕНИ! И Я НЕ ПОЧУВСТВОВАЛ! СОВСЕМ! А ТАМ, МЕЖДУ ПРОЧИМ, ПОЛОВИНА САДА ЗАЛИТА ТВОЕЙ КРОВЬЮ!
– Со мной все в порядке, – так же спокойно ответила я, словно не замечая, что его зубы опасно приблизились к моему лицу. – Я жива, невредима. Хожу, дышу и даже разговариваю. Остальное не имеет никакого значения.
– ГДЕ ТЫ БЫЛА СТОЛЬКО ВРЕМЕНИ?!
– Здесь.
– В СТЕПИ?! ОДНА?!
– В Степи. Но не одна.
– А С КЕМ ТОГДА?!
Я хмыкнула.
– Что‚ тут народу мало? Вон, считай, вся земля изрыта, как кротовьими норами. А внизу вообще творится черт знает что.
Лин странно замер, наполовину распахнув широкие крылья и полуоткрыв страшноватую пасть, в которой нервно трепетал красный раздвоенный язык. Потом звучно щелкнул хвостом, еще немного испортив окружающий ландшафт. Угрожающе навис, недобро сузил глаза, внимательно оглядел меня с ног до головы и очень тихо, прямо-таки опасно тихо прорычал:
– Гайдэ? Что у тебя с одеждой?
Что? Какая одежда? Ах, это…
Я кинула рассеянный взгляд на перепачканную «синькой» куртку, на которой почти не осталось живого места, потому что там вперемешку красовались бурые и ядовито синие отметины; на разодранный при падении рукав; такие же уляпанные донельзя штаны; кричаще яркие пятна на сапогах, перчатках, груди, из-за которых казалось, что я не так давно баловалась светящимся гримом. После чего равнодушно пожала плечами и отвернулась.
– Бывает.
Угу. Лицо-то я отмыла, наткнувшись в логове на небольшую лужицу воды в одном из песчаных углублений. Кахгары не возражали, чтобы я ее испортила. Так что хотя бы физиономию и прическу удалось более или менее привести в порядок. А до всего остального руки, увы, не дошли. Поэтому сейчас я выглядела, как обстрелянная на пейнтболе неудачница, которую после проигрыша щедро вываляли в пыли и успели от души потоптаться сверху подкованными сапогами.
– Бывает? – еще тише переспросил демон, начиная наливаться настоящим бешенством. Он как-то подобрался весь, прижал маленькие уши к голове, набычился, сверкнул отчетливо заалевшими зрачками. А потом вдруг так рявкнул, что у меня чуть волосы не встали дыбом. – ЧТО ТЫ ДЕЛАЛА НОЧЬЮ В ПОКОЯХ КОРОЛЯ?!
Я снова пожала плечами.
– Какая разница?
– ЧТО С ТОБОЙ СЛУЧИЛОСЬ?! – снова взъярился мой персональный демон. Причем страшненько так взъярился. Уже по-настоящему. Глаза совсем злые, из ноздрей валит черный дым. Чешуйчатое пузо неприлично раздулось, готовое, видимо, дыхнуть горячим жаром, а когти выстрелили так далеко вперед, что едва не добили мои сапоги окончательно.
Правда, в ответ на мой совершенно спокойный и ОЧЕНЬ холодный взгляд он так же резко осекся, а потом присел, поджимая лапы, жалобно прошептал:
– Я тебя искал… – его глаза медленно угасли. – Ты отключила Знаки. Ты оставила меня одного… и когда не вернулась, я пошел тебя искать. В саду. И у короля тоже. Я пришел уже следующим вечером. Хотел только убедиться, что ты в порядке. А когда увидел на полу кровь и понял, что это твоя…
Он тихо всхлипнул.
– Я испугался… Гайдэ….
Я чуть нахмурилась. Но этого и следовало ожидать: неугомонный и любопытный по природе шейри просто не мог не занервничать, проснувшись в пустой постели. Даже странно, что он терпел до следующего вечера.
Под моим изучающим взглядом демон съежился, прямо на глазах меняя облик, теряя крылья, пряча страшные зубы и снова превращаясь в белоснежного барса. Пару мгновений смотрел на мое неподвижное лицо, на котором не
