богов я до определенного момента не верила тоже. Как исключала возможность существования магии и иже с ней. Однако магия – вот она, давно уже рядом со мной. Идет рука об руку и знать не знает, что я ее игнорировала. Со мной рядом живет самый настоящий демон. Я видела Ведьм. Видела жрецов. Некромантов. Я умирала, в конце концов. Я выживала каким-то невероятным образом. И надо быть совсем дурой, чтобы после этого продолжать тупо упираться и, мотая головой, истошно вопить: «Нет! Нет! Не может быть!..»
Кто-то явно вмешался в мою судьбу, проведя сквозь невероятные дали и именно в этот мир. Кто-то явно приложил к моему приходу свою волосатую руку. И если это был не Айд и не его загадочный ворон, в чем мне бы очень не хотелось убеждаться, то тогда остается лишь один кандидат на роль моего крестного отца.
И именно его я сейчас видела перед собой.
Как ни странно, неизвестный скульптор в силу своего восприятия или же самой настоящей насмешки сделал его поразительно похожим на владыку ночи. Такой же огромный трон с высокой резной спинкой (только не выточенный из черного камня, а скромно поблескивающий золотом и белым мрамором); та же величественная, могучая фигура атланта (только не полуобнаженная, а целомудренно прикрытая легкой белоснежной туникой), те же широкие ладони, спокойно лежащие на подлокотниках; те же необычные сандалии, словно с ними поработал отменный плагиатор; те же три высокие ступени, ведущие наверх; и даже огромные, поразительно точно исполненные крылья, раскинутые от стены до стены и даже в полусложенном состоянии занимающие пространство вдвое больше, чем трон. Одно только отличие – они были не кожистыми, как у летучей мыши, а покрытыми ровными аккуратными перьями, выточенными искуснейшими резчиками с невероятной тщательностью. Пожалуй, даже лучше, чем все остальное тело, принадлежащее определенно мужчине и, определенно, ОЧЕНЬ сильному физически мужчине. Достаточно только глянуть на размах плеч, на могучую грудную клетку, на проступающие из-под туники пластины мышц, исключающие всякие намеки на превосходство духа над плотью… Аллар действительно производил сильное впечатление. Настолько сильное, что даже не видя лица я могла с уверенностью сказать, что боги этого мира не чураются земного воплощения. А воплощение это таково, что поневоле хочется склонить голову перед их нечеловеческой мощью и, как непременно сделали бы скароны, смиренно преклонить колено, гордясь возможностью служить действительно сильнейшему.
С некоторым трудом прогнав некстати появившийся трепет, я нахмурилась, поджала губы и, отбросив последние колебания, подошла почти вплотную. Меня, как существо практичное и весьма недоверчивое, все-таки интересовало несколько другое. А именно – его лицо. Глаза. Потому что именно глаза способны рассказать о собеседнике больше, чем что бы то ни было.
Глаза Айда я уже видела. Они оставили после себя двоякое впечатление. Угрозы и одновременно непонятной скорби. Огромной силы, заключенной в каменную оболочку, и странной тоски, смешанной с сожалением и каким-то разочарованием. Почему так? Почему он показался мне не злобным и коварным, а именно таким? Не знаю. Но очень хотела бы знать, что таится в глубине зрачков его извечного противника.
Снизу, как стало понятно почти сразу, видно было отвратительно – с трудом только край подбородка можно рассмотреть и кончик идеально правильного носа. Немного виден лоб, безупречно гладкие, кого-то смутно напоминающие скулы. Несколько завитков каменных волос, перехваченных такой же каменной лентой. Но и все. До нужных мне глаз отсюда никак не дотянуться.
Однако я не смутилась – опыт в подобном деле у меня уже имелся. Причем опыт удачный. Поэтому, высоко подпрыгнув и бесцеремонно ухватившись за край громадной сандалии, я ловко подтянулась и нахально полезла выяснять детали.
Разумеется, если бы дело происходило среди бела дня, проделать этот фокус мне бы никто не дал. Раскричались бы, развопились, помчались бы хватать и с позором стягивать обратно… собственно, это и есть одна из причин, по которым я предпочла явиться в храм тайно.
Ну что, до верха я вскоре благополучно добралась. Немного утомилась, но побывать на коленях самого Аллара – вполне приемлемая цена за легкий пот на висках и подрагивающие от напряжения пальцы. Теперь надо карабкаться дальше – пупок божества меня совсем не интересовал. Да и не видно его тут – туника мешает. Хотя, конечно, по ее складкам взбираться будет не в пример легче, чем по голому пузу.
Смахнув с лица какую-то пылинку, я смутно подивилась тому, что она всего одна, и с облегченным вздохом пристроилась на плече Аллара. Сейчас посижу чуток, переведу дух, а потом пройдусь по сгибу локтя, чтобы потом обернуться и тщательно изучить необходимое с небольшого расстояния. Так, чтобы и суть уловить, и ничего важного не пропустить. Благо подлокотники у трона очень высокие, а спокойно лежащие на них ладони расположены практически на уровне плеч. Аллару, конечно, не очень удобно, зато мне – просто подарок судьбы.
Сказано – сделано.
Спустя пару минут я добежала до правой кисти, только сейчас обнаружив, что она, оказывается лежит ладонью кверху; малость отдышалась, потому что еще не пришла в форму; и только тогда, демонстративно засунув руки в карманы и всем видом изображая вселенский скепсис, повернулась, с любопытством уставившись на легендарного бога.
Признаюсь честно, в первый момент я даже не поняла, в чем дело и ЧТО именно вижу. Вернее, КОГО. Во второй момент у меня просто перехватило дыхание и едва не потемнело в глазах. Ну а в третий я ошалело моргнула, решив даже, что брежу, но потом поняла, что просто схожу с ума, и медленно опустилась на раскрытую ладонь божества, растерянно глядя на настоящее откровение.
Я не знаю, было ли это сделано специально или же неизвестный мне скульптор просто оказался спятившим фанатиком. Не знаю, как такое вообще могло получиться и почему никто, кроме меня, этого раньше не замечал. Понятия не имею, как это стало возможным, но Аллар… суровый и строгий повелитель неба… великий творец… создатель… хранитель живого и вечный противник мертвого… оказался почти точной копией своего божественного брата!
Вы можете в это поверить?!!
Я – нет. Несмотря на то, что сидела сейчас напротив и в полной оторопи разглядывала ТО ЖЕ самое лицо, которое уже видела когда-то. Нечеловечески совершенное, поразительно гармоничное, строгое, если не сказать – аскетичное, но ТО ЖЕ САМОЕ! Если бы не знала точно, где нахожусь, решила бы, что снова попала в храм Нерала! И снова, как месяц назад, стою напротив Айда и с неожиданной злостью сознаю, что очень искренне его ненавижу.
Невероятно, но у Айда и
