обычные дни его обеденный стол напоминает стол обычного человека. Он не ломится под тяжестью тусклого нечищеного серебра, которое, пыхтя, подносят слуги. Смысл скорее в беседе, чем в тарелке, и это либо разумная беседа, либо никакой. Занавески и драпировки… иногда из пурпурного шелка, иногда из простого льна, в еде важно искусство приготовления, а не дороговизна… Тосты редки… Короче говоря, вы обнаружите элегантность Греции, хорошее настроение Галлии, итальянскую ловкость… и повсюду дисциплину королевского дома… Сиеста после обеда… иногда прерывается. Когда ему хочется поиграть в настольную игру, он быстро собирает кости, внимательно их рассматривает, опытной рукой трясет коробку, быстро бросает, шутливо говорит с ними и терпеливо ждет результата. При удачном броске он молчит, над плохим – посмеивается… всегда философски… Иногда, хотя это бывает редко, ужин оживляет представление мимов, но ни одного гостя никогда не заставляют прикусить язык. При этом вы не услышите ни шума гидравлического органа, ни хора с дирижером, напевающим заданную пьесу; вы не услышите ни музыкантов, играющих на лире или флейте, ни девушек с кифарой или тамбурином. Король печется о тех мелодиях, которые чаруют ум добродетелью, а не о тех, которые приятны уху. Когда он встает, чтобы уйти, свое бдение начинает стража. Вооруженные часовые стерегут первые часы его сна… Но тут я должен остановить свое перо; вы просили не более одного-двух фактов… и моя цель – написать письмо, а не историю. Прощайте».
Царствование Теодориха II окончилось неудачно из-за превратностей имперской политики. В 455 году в Тулузу прибыл недавно назначенный римский командующий в Галлии Эпархий Авит. Во время его визита пришло известие, что Рим во второй раз разграблен вандалами, и Теодорих, воспользовавшись этой возможностью, провозгласил Авита императором. Затем начал первое вторжение вестготов в Иберию, оправдывая свои действия возвращением земель империи. Однако его объяснения не убедили следующего императора, Майориана, которого Гиббон называет обладателем «великого героического характера» и который на короткое время решительно восстановил в Галлии императорскую власть.
Младший брат Теодориха Эйрик (Эварик, Эрвиг, пр. 466–484) захватил власть в разгар военных конфликтов, участниками которых были не только вестготы и римские императорские силы, но и фракции самих вестготов. Он убил своего брата, разбил неистового кельтского вождя Риотамуса, перешел Пиренеи и поселил в своих землях отряд остготских наемников. Будучи законодателем и военачальником, он оказался самой разносторонней личностью в своем семействе. Эйрих знал латынь, но обычно разговаривал с иностранными посланниками на готском языке через переводчика. Арианские службы в королевской часовне тоже велись на готском. Эйрих расширил свои владения на всю Иберию. Codex Euricianus 471 года стал первой в постримском мире попыткой представить свод германских законов в письменном виде. Это было знаком политической зрелости. В 476 году Эйрих убедил предпоследнего императора Западной Римской империи Юлия Непота отказаться даже от номинального римского сюзеренитета над землями вестготов. Еще до его смерти Западная Римская империя окончательно рухнула, и королевство Тулузское осталось осиротевшим, но суверенным.
Благодаря тщательному исследованию развитие вестготского королевства в V веке хорошо известно. На первом этапе оно стремилось подражать всем формам римской юридической практики и латинским титулам. На среднем – Reges Gothorum[14] стали считать себя чем-то большим, чем просто foederati[15]. На последнем этапе они как преемники империи решили, что ничем не хуже любого римского императора. За те же десятилетия высший слой вестготского общества, оптиматы, постепенно утратил свое влияние. Германская традиция подчеркивала равенство всех воинов. Постримская монархия подчеркивала иерархию и королевское достоинство.
С легкой руки франкского летописца Григория Турского (534–594) имя Эйриха оказалось запятнано клеймом гонителя католиков. Инсинуация была несправедливой. Несколько недовольных клириков, таких как епископ Квинктиан из Цивитас Рутенорума (Родеза), действительно были отправлены в изгнание. Однако ничего сравнимого с жестокими преследованиями, которые учинили вандалы-ариане в Северной Африке, не происходило.
Вскоре после смерти Эйриха и последнего из западных императоров Ромула Августа Флавий Теодорих, он же Теодорих Остгот, исполнил указания Византии и двинулся в Италию, чтобы вернуть достояние империи. В 488 году он с огромной армией перешел Альпы, разогнал защитников постримского порядка и после трехлетней осады Равенны убил голыми руками их лидера Одоакра. Призвав на помощь своих кузенов вестготов, он захватил итальянский полуостров от края до края и взял себе титул вице-императора. Вскоре подкрепленное военной и культурной мощью и большими морскими силами Византии его остготское королевство с центром в Равенне стало угрожать затмить своих соседей и соперников. Помимо вестготского королевства Тулуза, оно граничило с [вторым] королевством бургундов, недавно созданным в долине Роны.
Сын Эйриха Аларих II, унаследовавший трон в 484 году еще мальчиком, был восьмым в королевском роду. Он потратил много сил, стараясь умиротворить как соседей, так и своих подданных. Его самым большим достижением стала подготовка Breviarum Alarici – сильно усовершенствованного свода римского права. Перед тем как быть обнародованным в 506 году, этот труд, в котором законы интерпретировались и обобщались, был одобрен комиссией из представителей знати и духовенства. Его текст являлся правовым стандартом постримской Галлии вплоть до XI века. Кроме того, Аларих добился расположения остготов. Он женился на дочери Теодориха, и в этом браке родился мальчик, что открывало перспективу создания огромной панготской федерации.
Однако затем Алариха настигла расплата в лице короля франков Хлодвига, который с 480-х годов начал расширять свои владения из Рейнланда в Галлию и уже активно теснил бургундов. Хлодвиг был неофитом-католиком с безграничными амбициями и тем самым правителем, кому с наибольшей вероятностью мог угрожать союз готов. В 497 году он совместно с бретонами атаковал западное побережье Аквитании и быстро захватил порт Бурдигала (Бордо). Через некоторое время он одержал сокрушительную победу над своими соседями алеманнами и почувствовал, что достаточно свободен, чтобы обратить свое внимание на юг. Инстинкт подсказывал Алариху избегать конфронтации. Раньше он уже передал Хлодвигу беглого франка Сиагрия, посмевшего бросить вызов королю. Григорий Турский сообщает, что Аларих настоял поехать в Амбациенсис (Амбуаз), где предложил Хлодвигу встретиться на острове на реке Луара и поговорить один на один: «Когда Аларих, король готов, увидел, как Хлодвиг непрерывно завоевывает все новые земли, то отправил к нему делегатов со словами: „Если мой брат согласен, я предлагаю, чтобы мы провели беседу вместе под покровительством Бога“. И когда Хлодвиг не ответил, Аларих все равно пошел к нему навстречу, и они разговаривали, ели и пили и расстались мирно».
Но, как оказалось, умиротворить Хлодвига было не так просто. Вступив недавно посредством брака в союз с бургундами, а также с византийским императором, который пожаловал
