Беглец достиг черепичной крыши монастыря, ни разу не оступившись, он знал каждый камень своей кельи, как старого друга. Ему был знаком каждый выступ, каждая выщерблина карниза, снег не мог обмануть его умные ноги. Перебравшись на крышу здания, Галент смог перевести дух и растереть руками оледеневшие стопы.
Монах осмотрелся, свесился вниз с крыши и поискал хоть какой-нибудь источник света. Редкие лучики, рождаемые скупыми свечами монастырской стражи, виднелись только в тех местах, где находились караульные помещения, да из закрытого окна настоятеля пробивался свет.
Галенту нужен был архив, который располагался под крышей, чуть севернее от его башни. Настоятель поступил неосмотрительно, поселив своего нелюбимого сына вблизи важных документов. Конечно, Галент не мог туда пробраться, но он мог оценить охрану архива и примерно прикинуть расположение комнат. Рядом там библиотека, которая не охранялась, а лишь запиралась на ключ. Галент давно уже сделал копию, в кельи делать нечего, времени полно, а пронести инструменты не составило труда.
Архив не имел окон, но они были у библиотеки. Вот в одно из этих окон и пролез Галент. Он давно расшатал в раме стекло, и теперь ему не пришлось его даже разбивать. Галент знал, что помещение не охраняется, но решил не рисковать понапрасну. Если у него были способы тихонько пробраться внутрь, то почему ими не воспользоваться?
Тучи скрывали и луну и звезды, среди книжных стеллажей поселилась плотная тьма, похожая на оживший туман. Галент и без света ориентировался в этой комнате, заранее изучив ее. Его побег был тщательно спланированным, он прорабатывал множество вариантов и изучал местность, в которой прожил столь долгое время. А ведь многие его уже бывшие братья так ни разу и не покинули свою келью, дав какой-то там глупый обет.
Галент был более разумным и старался изучить все, что попадалось ему на глаза, будь то книга, свиток, инструмент или же целый архитектурный комплекс. Такая любознательность не могла скрыться от глаз настоятеля и его прихлебателей, но монах умело маскировал свой интерес религиозным рвением. До поры эта ширма скрывала его теневые дела.
Осмотрительно поставив вынутое стекло назад в раму, Галент двинулся вдоль стеллажей. Едва слышные скрипы досок направляли его движение в нужную сторону. У попавшего в опалу монаха была феноменальная память, он мог запомнить все — и звуки, и запахи, и зрительные образы. Все эти фрагменты сплетались в голове Галента в эдакую карту, по которой он ориентировался. Ведь каждая доска по-своему скрипела, у каждой была своя древесная структура.
Вернувшие чувствительность стопы сначала защипало от боли, но затем Галент стал различать шершавость тех или иных досок. Ближе к входу они становились глаже, так как там чаще ходили люди и за века отполировали сандалиями пол. Ковров тут не было конечно, монастырь отличался не только суровостью архитектуры, но и аскетичным убранством внутренних помещений. Да и не хранилось ничего ценного в книгохранилище монастыря. Хранились тут лишь копии текстов, которые могли заинтересовать только библиофила.
Чего-нибудь более "конвертируемого" в звонкую монету отыскать среди бумажной пыли Галент не рассчитывал. Что можно украсть у монахов? Это миряне думают, что простые служки купаются в роскоши, никто же из простых смертных никогда не посещал эти унылые ледяные коридоры и пустые серые комнаты. А если счастливчик все же посещал монастырь Святой Заступницы, то его поселяли в подвальных темницах, а потом отправляли на живодерню — к палачам в комнаты дознания.
Говорят, палачи имели неплохой доход с замученных ими жертв. Им или родичи преступника давали на лапу, или же они сами вырывали золотые зубы, снимали украшения, продавали вещички клиентов. Но проверять этот слух, распространенный среди монастырской братии, Галент не намеревался.
У Галента была другая задача — выжить.
Самодельный ключ идеально подошел к простому дверному замку. Дверь была хорошо смазана, за монастырской утварью следили тщательнейшим образом, Галент мог не опасаться, что разбудить кого-нибудь скрипом.
Забрав припрятанную бутыль вина, он отворил дверь и выскользнул в полутемный коридор, освещенный лишь огнями ночного Города. Монах закрыл за собой дверь на ключ, чтобы она не открылась сквозняком, и направился в сторону архива. Вход в него располагался в дальнем конце коридора, где неустанно дежурил красноносый монах, любящий закладывать за воротник.
Беглецу повезло — в эту ночь страж неустанно дежурил в царстве снов.
Тенью проскользнув мимо сопящего как клапан паровика монаха, Галент позаимствовал со стола незажженную свечу и ключ от архива. Замок открывался с громким щелчком, но спящий монах не проснулся, его, казалось, ничего не беспокоило в этой жизни.
Галент не хотел рисковать, страж в любой момент мог быть разбуженным мочевым пузырем или кошмарным сном, и поторопился закончить свои дела в хранилище инквизиторских бумаг. Он набросал возле самого дальнего стеллажа бумагу, взял тряпицу и пропитал ее спиртным. Всунув тряпку в горлышко бутылки, Галент поставил ее у книжных полок, свечу же — на конец тряпки. Сквозняков в помещении не было, так что ничего не потревожит огонек, но чтобы воск не утопил его, Галент ключом сделал небольшую канавку в свече.
Конечно, хитрость могла не сработать, но Галент и не собирался выдумывать ничего сложного. Этого хватит, чтобы припугнуть зарвавшихся церковников. Пусть и неудачная, но попытка поджога заставит их задуматься, поволноваться. А что может быть лучше для воителя, чем нервничающий противник?
Галент злорадно усмехнулся и, чтобы окончательно закончить разгром, помочился на письменный стол архивариуса. Он лишь пожалел, что с постной еды по-большому редко ходится.
Давясь от сдерживаемого смеха, беглец вышел из архива и закрыл дверь. Подумав, он натолкал в замочную скважину ткани — когда пожар начнется, эти остолопы долго будут возиться, прежде чем догадаются вышибить дверь к демонам. Все их любимейшие бумажки, каждая из которых была чьим-то приговором, будут уничтожены!
Галент вернул ключ соне и скрылся в темных коридорах монастыря.
Остальной путь не представлял большой проблемы, отступник прекрасно знал повадки братии. Первые прогулки Галента не были продолжительными, для начала он изучал то место, в котором обитал. Возможные выходы, темные ниши, периодичность, с которой стража ходит по коридорам — от этих вопросов зависела его жизнь и успешность побега. Галент с самого первого дня задумал сбежать из монастыря и вообще от Церкви.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
