Он свирепо смотрел на меня. Но, но… почему? Чем я заслужила такую враждебность именно сегодня?
Час назад мы обменялись в общей сложности десятью словами. Он как-то странно посмотрел на меня, как будто знал меня, но не мог вспомнить откуда, и сказал:
— Да найдешь ты золото. — обычное приветствие в Севоне.
Я сделала реверанс и ответила приветствием из Флера:
— Пусть твои розы цветут вечно.
И теперь он свирепо на меня смотрел.
По мере того как жар, исходивший от гроба, усиливался, тепло разливалось по моим щекам, а мои внутренности превратились во вкусное рагу из Эшли. Мне стало тяжело дышать, и я наклонилась, чтобы облегчить дыхание. Однако это не помогло. Паника нарастала, и мне стало холодно.
«Не смей терять сознание. Не здесь, не сейчас. Вдох. Выдох».
Позади меня щелкнули пальцы, и я поняла, что отец вызвал стражу, чтобы отвести меня во дворец. В мою комнату. К моей кровати. Там я буду вынуждена коротать дни… месяцы… годы в одиночестве, без доброты и заботы моей прекрасной матери.
Я всхлипнула, и остановить этот звук было невозможно.
— Пожалуйста, отец. Не заставляй меня уходить…
— Молчи. — он сжал мои плечи с большей силой. — Ты вернешься во дворец, и точка.
Бросить мать до того, как закончатся похороны? Нет. Я хотела быть здесь до тех пор, пока не погаснет последнее пламя. Стражнику придется тащить меня, пока я буду пинаться и крича…
Стражник поднял меня на руки и пошел прочь, прижимая мое хрупкое тело к своей груди. Он сделал это без всякого сопротивления с моей стороны. Я была слишком слаба, чтобы бороться.
Борясь со слезами, я оглянулась. Мой взгляд встретился со взглядом принца Саксона. Он все так же пристально смотрел на меня из-под полуопущенных век, его длинные черные ресницы почти слились воедино.
Как только стражник покинул сад, он пробормотал:
— Почему именно я должен присматривать за Стеклянной принцессой? Я не лентяй и хорошо тренируюсь. Я хорош в своем деле. Один из лучших.
Меня охватило чувство унижения. Кто посмел бы так обращаться к моему отцу или использовать прозвище, подразумевающее, что он настолько слаб, что в любой момент может разбиться?
— Я могу сама пойти, — процедил я. — Опусти меня. Я сама дойду.
Он проигнорировал меня, потому что я была недостойна его внимания. Всего лишь беспомощная кукла. Бесполезная безделушка без голоса.
Мне было все равно. Это не имело значения. За исключением того, что мне было не все равно, и это имело значение. Но однажды я добьюсь того, чтобы мир увидел во мне ценность. Я буду сильной королевой, мои подвиги станут достоянием легенды. Меня будут защищать золотые доспехи, и я завладею самым мощным оружием, которое когда-либо было создано, потому что я сама его создам.
За эти годы я наблюдала из своего окна не только за маминым садоводством. Я была свидетелем бесчисленных военных учений, восхищалась свирепыми воинами и их снаряжением. Я не могла себе представить, чтобы кто-то попытался причинить вред солдату, а тем более нахамить ему. Все слушали, когда они говорили, даже король. Все замечали их присутствие и уважали их мнение. Они имели большую ценность.
Я уже сконструировала легкий арбалет для маленьких рук, как у меня. Вместо стрел у меня были металлические осколки, которые с помощью специального рычага заряжались в пружинную ловушку. Мое первое творение. Мне нужно было только изготовить его, хотя я предпочла бы научиться делать его сама.
При этой мысли во мне зародилось волнение. В конце концов, я надеялась создавать и продавать свои проекты, а на вырученные деньги купить у ведьмы магическую способность. Еще одна форма силы и власти.
Неудивительно, что я жаждала, когда проявятся мои способности. Иногда я даже представляла себе, что внутри меня уже живет мощная магия, зарытая слишком глубоко, чтобы до нее можно было добраться. Конечно же, это было неправдоподобно. Если бы у меня был волшебный колодец, я бы вылечила свое сердце и спасла маму.
На мои глаза навернулись новые слезы.
— Отпусти. Меня. Сейчас же.
Он так и сделал… у дверей дворца, как и было приказано. Поставив меня на ноги, солдат поспешил прочь.
Я пошатнулась, колени уже болели от усталости. Я взглянула на дворец, увитый плющом, затем посмотрела назад, на сад, который, казалось, находился за много миль от меня. Смогу ли я дойти? Или я зря навлеку на себя гнев отца?
Мне… было все равно. Если я хотела стать сильной королевой, я должна была иногда рисковать.
Кто был более достоин риска, чем моя мать?
Я подняла подол своего траурного платья и зашагала вперед. Когда миновала вход в сад, я застонала от облегчения. Оставаясь в тени, я пробралась сквозь сложный лабиринт из колючек и цветов. Середина пути… Я продвигалась вперед, тяжело дыша, все еще находясь в сознании… пока мое сердце не решило свернуться в клубок, отчего по левой руке прокатилась боль, а голова закружилась.
Я застонала и пошатнулась, пытаясь удержаться на ногах. «Вдох. Выдох. Вдох, выдох. Вдох, выдох». Как учили меня целители. «Вдох, выдох». Головокружение только усиливалось, сознание помутилось. Мне стало холодно и мои зубы застучали. В глазах замелькали черные точки.
«Не падай в обморок. Не здесь. Не сейчас».
«Вдох». Я опустилась на колени и свернулась в клубок.
«Выдох». Я не отключусь… Я не…
Тьма поглотила меня своим ласковым одеялом.
* * *
— Здравствуй, Эшли.
Знакомый голос разбудил меня, свет прогнал темноту из моего сознания. С трудом сфокусировав взгляд, я открыла глаза. Надо мной возвышалась фигура, обрамленная золотистым светом.
Когда я резко выпрямилась, то узнала говорившего.
— Майло. — сын королевского мага. Того самого мага, который пришел работать во дворец вскоре после моего рождения, нанятый моей матерью в качестве ее личного мага. Так мне говорили. Майло и его отец жили во дворце, и его отец погиб вместе с моей матерью, убитый тем же нападавшим.
Бедный Майло. Как мне было больно за него. Хоть мы с ним и не были лучшими друзьями, мне было неприятно осознавать, что кто-то испытывает такое же горе, как я.
Не раз я задавалась вопросом, как убийца смог победить своего товарища. Убийца был обычным магом, а королевский маг, как правило, был могущественнее многих других. Если тот убил отца Майло… какой силой он обладал?
Перед моим лицом щелкнули пальцы.
— Ты опять потеряешь сознание?
— Нет, прости. Просто задумалась. — Майло был всего на несколько лет старше меня, высокий и стройный, с золотистыми волосами, светлыми глазами и
