— Почему я совсем не вижу здесь женщин? — недовольным тоном спросил Танкред.
— Мы ищем провиант, дружище, — напомнил Дрого, с трудом удержав вдруг забеспокоившуюся лошадь.
— Не хлебом единым жив человек.
— Когда доживешь до моего возраста, будешь думать только о том, как набить брюхо, — произнес Серл. — Мужчина никогда еще не умирал от недостатка женщин.
— Временами мне кажется, что я вполне могу от этого умереть! — чувством воскликнул Танкред. — Мой живот полон, и теперь мое тело жаждет, чтобы его ублажили.
— И этот человек еще способен держаться в седле и ехать за провизией. Какое мужество.
Норманны дружно захохотали. Ида презрительно скривила губы. Грязные животные! У них только две забавы — убивать мужчин и охотиться за женщинами.
— Твоя лошадь почему-то все время нервничает, Дрого, — удивленно сказал Танкред, поскольку Дрого вновь пришлось натянуть поводья и вернуть шарахнувшуюся в сторону лошадь на тропинку.
— Я и сам это заметил, — согласился он. — Одно из двух: либо она еще не пришла в себя после дороги, либо где-то неподалеку чует собаку.
Ида замерла и крепче сжала пасти собак, спрашивая себя, почему при звуках бархатного мелодичного голоса по ее телу словно пробегает теплая волна. Это был очень красивый, мужественный голос, которым она наслаждалась, хотя ей следовало бы сейчас дрожать от страха. Когда норманны наконец двинулись дальше, Ида облегченно вздохнула. Но радость ее была недолгой — девушка увидела, что всадники свернули и двинулись по направлению к хижине Старой Эдит.
Несколько мгновений Ида пыталась справиться с охватившими ее опасениями. Естественно, нападать на норманнов Эдит не станет, а для того, чтобы вызвать у них вожделение, она чересчур стара, так что у них не будет никаких оснований причинить ей вред. Однако Ида была слишком привязана к старухе, чтобы прислушиваться к доводам рассудка. Продолжая успокаивать себя, девушка выскользнула из своего убежища и, шепотом дав собакам команду не лаять, крадучись двинулась за всадниками. Норманны ехали не торопясь, и она без труда за ними поспевала. Гораздо сложнее оказалось не упускать воинов из виду, оставаясь в то же время незаметной для них. Ее чуть не обнаружили: один из норманнов неожиданно обернулся, и Ида еле успела пригнуть голову. Может, всаднику слепило глаза солнце или он не заметил девушку на фоне деревьев, но, внимательно оглядевшись, он снова двинулся вперед.
— Что-нибудь не так? — спросил Дрого Танкреда, когда тот в очередной раз начал осматриваться вокруг.
— Да нет, — ответил д'Уллак, медленно обводя взглядом густые заросли деревьев и сжимая рукоять меча, — Но у меня ощущение, что за нами кто-то следует. Должно быть, это Серл запугал меня своими рассказами о притаившихся в лесу врагах.
Серл тут же возразил, и между ним и Танкредом завязалась шутливая перепалка. Но Дрого не склонен был относиться к опасениям друга столь же легкомысленно, тем более что лошадь продолжала оглядываться, пугливо кося блестящим глазом. Тщательно оглядев лес, Дрого снова двинулся вперед, твердя себе, что воину не к лицу бояться любой тени, и все же невольно прислушиваясь к каждому шороху.
Через несколько минут всадники оказались на просторной поляне и увидели маленький ветхий домик. Не успели они к нему подъехать, как из дверей выбежала старая сгорбленная женщина. Потрясая в воздухе мечом и еще каким-то предметом, она бросилась на четверку норманнов. Дрого не успел произнести ни слова — его лошадь, которая все никак не могла успокоиться, шарахнулась в сторону и сшибла старуху. Все произошло так внезапно, что Дрого не успел даже натянуть поводья. Женщина неподвижно распростерлась на траве… Остановив лошадей, норманны быстро спешились и обступили лежащую на земле старуху. Кожа на ее голове была рассечена, и из раны сочилась кровь; руки застыли в неестественной позе.
— Не-ет! — закричала Ида, выскочив из-за кустов, в которых пряталась. — Нет, — повторила она тихо; в ее голосе звучала глубокая скорбь.
Норманны мгновенно обнажили мечи, но тут же опустили их — перед ними была всего лишь маленькая, хрупкая девушка. Собаки с лаем набросились на лошадей, те шарахнулись в сторону, и воины поспешили схватить их под уздцы.
Ида с рыданиями склонилась над неподвижным телом старухи.
Несмотря на то что лицо девушки было исполнено горя, Дрого был поражен его красотой. На ее плечи блестящими волнами ниспадали великолепные льняные волосы. Бросив взгляд на ее полную, упругую грудь, Дрого невольно подумал о том, как давно у него не было женщины. Голос девушки был низким, а язык, на котором она причитала над старухой, казался грубоватым. Слезинки на ее округлой щеке блестели и переливались на солнце, и Дрого вдруг нестерпимо захотелось слизнуть их языком.
— О, Эдит, почему ты иногда поступаешь так безрассудно? — задыхаясь от горя, спросила Ида. Она хотела поднять старую женщину, но остановилась при мысли, что может причинить Эдит боль.
— Я пыталась остановить судьбу, — еле слышно прошептала старуха. — Нет, неправда. Просто я сделала то, что было угодно судьбе. Так будет сказать вернее. Я знала, что сегодня умру. Возьми меня за руку, дитя мое.
— Тебе будет больно.
— Я ничего не чувствую. Это так странно — дыхание смерти унесло все ощущения из моего тела. — Ида осторожно коснулась пальцев Старой Эдит, и та улыбнулась. — А теперь слушай меня внимательно, девочка. У меня нет времени на подробные объяснения.
— Не нужно тратить силы на лишние разговоры.
— В могиле мне уже не понадобятся силы. Так слушай, Ида из Пивинси. Тот человек, о котором я тебе говорила, стоит рядом с тобой и смотрит на тебя.
— Как! Так это тот, кто тебя убил?! — изумленно воскликнула Ида, на секунду повернув голову.
— Он был всего лишь орудием в руках Божьих. Я сама выбежала навстречу его лошади. — Эдит негромко рассмеялась, но ее смех быстро перешел в сухой кашель. — Не проклинай его за это, моя девочка. Он не убийца. Я видела ужас на его лице, когда лошадь сшибла меня. Не проклинай его, Ида, потому что он твой суженый. Но и не будь с ним слишком уступчивой. Да моя Ида никогда такой и не будет. У нее есть и воля, и разум. Это много больше того, что мужчины хотят видеть в женщине.
— Эдит, я не могу.
— Можешь. Тебе еще за многое придется побороться, но ты уже знаешь волю Бога. Запомни, что я сказала тебе сегодня. И еще: в шкафу в большом ящике есть шкатулка. Возьми ее себе, и ты многое узнаешь. Когда-то у меня была другая жизнь, был муж, ребенок…
— Где они сейчас? — торопливо спросила Ида, раздумывая, правду ли говорит умирающая или у нее уже начинают путаться мысли.
