— обрадованно согласилась Таисия. — А я глянь, чего нашла. Как думаешь, это ценная вещь? Того дядьки?
Детвора уставилась на небольшую коробочку, завернутую в кусок мешковины.
— Ну, разворачивай, — нетерпеливо выдохнул Ленька. — Ох ты, ешкин карась!
— Не ругайся, — машинально велела Таисия. — Мамочки! Это чего, а? Лень!
Глава 3
— Таська, мы клад нашли! — восторженным шепотом закричал Голубев. — Ну, ничего себе! Ого-го! Вот это мы ого-го! Парни сдохнут от зависти!
— Думаешь, настоящие сокровища? — засомневалась девочка.
— Ну а чего, игрушечные, что ли? — возмутился Ленька. — Ты гляди, как сверкают. — Голубев схватил блестящий крупный камень и сунул себе в рот.
— Ленька! Ты чего творишь! — вскрикнула Таисия.
— На зуб пробую. Если не раскусится, значит, настоящие, не стекляшка какая-нибудь! — уверенно ответил мальчишка, опуская обратно в деревянную коробку обслюнявленный прозрачный белый камень.
— Ну не знаю… — протянула Тася с сомнением. — Ты чего, стекло что ли ел? Откуда знаешь?
— Ну… было дело. на спор… -покраснел Голубев. — Бутылочное. Во, видишь, шрам на щеке остался… это кусок из щеки вышел… — похвастался мальчишка.
Громова испуганно-восхищенно охнула, покачала головой, но тут же нахмурилась.
— Если они настоящие, их надо было в музей отнести или там в милицию, а они в печку спрятаны. Зачем?
— Ну ты, Таська, даешь! — восхитился Голубев. — Это жеж клад! А клады завсегда прячут! Это честный человек в милицию отнесет. Ну там, комсомолец, или вот как мы, пионеры. А этот… — Ленька кивнул в сторону избушки. — Разве он честный? Был бы честный, докторшу бы не уволок. Слушай, а вдруг он поэтому докторшу и украл, — внезапно зашептал Голубев и оглянулся на лес.
— Почему? — Тася тоже перешла на шепот и испуганно оглянулась в ту сторону, куда и товарищ. Девочка вздрогнула, ей показалось, что из леса за ними кто-то наблюдает.
— Тась, ты чего? — шепнул Ленька, резко обернувшись.
— Показалось, — шепнула Таисия. — Пойдем отсюда, мне не по себе, — пояснила Громова.
— Да ты чего! — возмутился Ленька. — А как же докторша? Надо искать! Вдруг ей плохо, и она возьмет да и помрет, если мы на помощь не придем!
— Дурак! — в сердцах обозвала Тася напарника. — Ну что ты такое говоришь! Ничего она не умрет! Ванька приведет Зверя Горыныча, и он всех спасет! — уверенно выпалила Тася и продолжила, не дав Леньке заговорить. — С этим чего делать? — девочка потрясла весомой коробкой, камешки сдвинулись и под ними что-то тускло блеснуло. — Ой, глянь-ка, тут и монеты… желтенькие…
— Ух ты, Таська, да это золото!
Глаза Голубева загорелись. Ленька мечтал когда-то давным-давно стать пиратом. Бороздить моря, похищать сокровища у буржуев, наказывать богатых, чтобы отобранные деньжищи потом отдавать бедным по всему миру. Правда, учительница истории как-то объяснила увлеченному пиратским книжками мальчике, что пираты далеко не благородные разбойники. И чаще всего нападают на корабли ради собственной наживы, убивают людей всех подряд и топят фрегаты и яхты, чтобы никто не догадался, что кораблик ограблены, ну и чтобы следов не осталось.
Ленька подумал-подумал и решил, что не хочет быть пусть и благородным, но преступником. И переключился на советских моряков. Море не отпускало Голубева, снилось ему ночами. Мальчишка грезил морем, читал о нем книжки, рисовал волны и корабли на клочках бумаги, собирал картинки из журналов, если встречал море.
— Думаешь, золото? — снова засомневалась Тася.
— Ну а чего, не понимаешь что ли?
— Чего не понимаю, все я понимаю, — насупилась девочка. — На, держи, тяжело.
Громова всунула Леньке ящичек и велела:
— Ступай за мной, спрячемся, обсудим, а то торчим тут как петух на заборе, со всех сторон видать.
— Да постой ты! — воскликнул мальчишка, но послушно пошел за одноклассницей.
— Золото, говоришь? — переспросила Таисия, завернув за разрушенную баню.
— Нуда! Где ты видела, чтобы копейки прятали? А тут глянь, какой кругляш! Желтенький, толстенький! У мамки кольцо обручальное такого же цвета. Говорю тебе, золото и есть! — глаза Леньки горели азартом и восхищением.
Сбылась мечта! Леонид Голубев прославится на весь Советский Союз раньше, чем совершить героический подвиг. Клад — это почти как подвиг. Это государственный масштаб! И теперь все областные газеты всенепременно об этом напишут. Да что там местные! Всесоюзные газеты и «Пионерская правда»: «Пионер Леонид Голубев отыскал клад и сдал его в милицию, ни монетки не утаив».
— Лёнь, а, Лёнь, — позвала Тася.
— А? — Ленька нахмурился. — Слушай, а ведь хорошая идея! — воскликнул мальчишка.
— Какая? Искать докторшу? Или клад спрятать обратно? — уточнила Таисия.
— Нет, обратно не прячем, — решительно отказался Голубев, захлопнул крышку ящика и накинул маленький крючок. — Мы его где-нибудь в лесу спрячем и место запомним. Зато на этот клад мы сможем выменять Оксану Игоревну.
Мальчишка торжествующе уставился на одноклассницу, ожидая похвалы и восхищения своей гениальности.
— Как это выменяем? — опешила Тася. — Она чего же, вещь, по-твоему, чтобы ее менять на всякие побрякушки? — Громова сердито прищурилась и указала подбородком на коробку с золотом и камнями.
— Ну, нет же, ты чего, Таська! — Ленька покраснел от возмущения. — Мы эту коробку спрячем, а дядьке тому оставим в доме записку: так, мол, и так, уважаемый товарищ бандит, клад мы ваш нашли. Ежели желаете вернуть коробочку с золотишком обратно, возвращайте нам нашу докторшу. Иначе всё.
— Чего это ты его «уважаемым» да еще и товарищем назвал? — Таисия скрестила руки на груди. — Не буду я этого хмыря товарищем называть. Еще чего! Никакой он нам не товарищ! И уж тем более не уважаемый! Уважаемые товарищи так себя не ведут: людей не похищают и клады от Родины не прячут. Бандит он! Фу!
— Ну чего ты придираешься! Напишем просто: гражданин бандит, ваши денежки и камешки у нас, возвращайте Оксану Игоревну, иначе всё, — переиграл Ленька.
— Что — всё? — не поняла одноклассница.
— Ну, ежели не вернет Оксану Игоревну, выкинем клад и всё, — пояснил мальчишка свою мысль. — Не достанется золотишко никому. Хотя и жалко… — вздохнул огорченно пацан.
Заголовки в газетах изменились: «Пионер Леонид Голубев решительно уничтожил сокровища, чтобы они
