из верхних платформ — открытая парковка напоминала парящий мост, соединяющий гигантские здания. В воздухе витал запах жареного и пряного, мерцали вывески, над головой гудели рекламные дроны.
Я вышла следом, крепче прижав к себе Эви. Моя девочка вертела головой во все стороны, глаза у неё сияли.
— Мама, а это точно не сон?
— Не знаю, — честно ответила я, всё ещё не до конца веря, что это реальность.
Мы поднялись на прозрачном лифте. Эви с восторгом тараторила что-то про «стеклянную коробку», прижимаясь ко мне, а я смотрела вниз — и терялась. Под ногами раскинулся многоуровневый мегаполис: этажи, мосты, витрины, переходы — не торговый центр, а целый город. Город из стекла, магии и слишком дорогих удовольствий.
Толпы людей сновали мимо, одетые в ткани, которые будто сами двигались. От большинства исходила темная магия — тяжёлая, густая, плотная. Её было слишком много. Как если бы ты попала в комнату, где стены дышат, а воздух с привкусом грозы. Я ощущала её кожей — покалывание, давление, внутренний дискомфорт. Почти все здесь были темные. И их сила отзывалась во мне тревогой.
Зэйлор шёл впереди. Спокойный, уверенный. Он был частью этого мира, органичным и опасным. Я — как белое пятно на тёмном холсте.
— Что-то не так? — спросил он, не оборачиваясь, но я почувствовала, что его внимание полностью на мне.
— Всё в порядке, — соврала я. — Просто… непривычно.
— Привыкай, — хмыкнул он. — Ты под моей защитой. Тебя никто не тронет. И эту мелкую тоже.
Как будто от этого должно было стать легче. Хотя... возможно, отчасти так и было.
Лифт остановился, и мы вышли в галерею. Магазины растянулись по обе стороны, как бесконечный коридор соблазнов. Яркие, кричащие, манящие. Это было слишком. Слишком красиво. Слишком громко. Слишком... чуждо.
Эви ахнула от восторга:
— Мама, тут как в мультике! Мы всё-всё купим?
— Всё не получится, — слабо улыбнулась я, гладя её по волосам.
Зэйлор оглянулся и чуть склонил голову, уголки губ приподнялись:
— «Всё-всё» — нет. Начнем с одежды на мелкую, — кивнул на Эви. — Потом — еда. А там посмотрим.
Я кивнула. Внутри всё ещё сжималось от непонимания: он был слишком внимательным. Слишком спокойным. Слишком… правильным. Это совершенно не вязалось с тем, что я знала о драгах.
— Я, кстати, не знаю, где тут детские отделы, — признался Зэйлор, оглядывая бесконечные ряды витрин. — Что-нибудь из этого вообще похоже на магазин для мелких?
— А тут есть карта? Или навигатор какой-то? — уточнила я.
Он кивнул в сторону блестящей стойки с голографическим табло:
— Вон там.
Мы подошли. Я коснулась экрана, быстро вызвала меню и начала сортировать категории. Магазинов было сотни, но привычная структура помогла: одежда, возраст, рост, стиль. Я быстро отсеяла лишнее, пробежалась глазами по брендам — и выдохнула с облегчением.
— Вот эти два — нормальные. Мы брали у них пару вещей, когда ещё… — Я осеклась. — Короче, подойдут.
Он перегнулся через плечо, глянул на экран и кивнул.
— Один из них как раз рядом с моим магазином. Отлично. Идём.
Я вопросительно вскинула брови:
— С твоим магазином?
— Я имею в виду магазин мужской одежды. Вещи, костюмы… иногда приходится выглядеть прилично. Пошли.
Он шагнул вперёд, уверенно лавируя среди толпы, а я поспешила за ним, крепче прижав к себе Эви. Моя девочка смотрела по сторонам с таким восторгом, будто попала в волшебную страну.
Магазин оказался стильным, с яркими витринами и куклами-манекенами в детских платьицах. Едва мы вошли, Эви сорвалась с рук и буквально влетела внутрь, будто включили турборежим.
— Ого, — хмыкнул Зэйлор, приподнимая бровь.
Я пожала плечами:
— Любит моя дочь шопинг. Генетика.
И понеслось. Эви хватала всё, что блестело, кружилось, звенело или было розовым. Она гребла платья, юбки, кофты, причитая:
— Вот это — точно моё! И это! И без этого я жить не могу!
Потом затолкала всё в примерочную и начала устраивать модный показ. Выходила в каждом наряде как на подиум, крутилась, сияла и снова убегала за следующим комплектом.
Зэйлор наблюдал с выражением лица, будто его отправили на межзвёздную конференцию по ношению бантиков.
— Ну... весело, — прокомментировал он. — Это надолго?
— Терпи, — усмехнулась я. — Детство — не вечное.
— Ага. И, судя по объёмам, обойдётся как маленькая война, — улыбнулся он.
— Я сама заплачу, — сказала я, вытаскивая платёжную карту.
Его лицо тут же изменилось. Хищный блеск погас, взгляд стал серьёзным, почти холодным.
— Так не пойдёт, — сказал он низко. — Пусть ты и светлая ведьма, но я мужчина. И не позволю женщине платить за свои тряпки. Или не совсем свои. Не важно.
Я замерла. Эви как раз вертелась в каком-то платье, рассыпая комплименты себе в отражении. Я нахмурилась.
— С чего такая щедрость? — спросила я. — Ты обычно всегда такой… любезный с ведьмами?
Он чуть наклонился ко мне, голос стал ниже, с опасной мягкостью:
— Если тебе не нравится, когда с тобой по-хорошему… могу предложить варианты. Например, отработать после ужина.
Я не сдержалась — пощёчина вышла звонкой. Он даже не моргнул.
— Вот именно, — усмехнулся, словно именно такой реакции и ждал. — Поэтому — просто подарок. И хватит искать подвох. Я не кусаюсь. Пока.
— Тут есть гостиницы? Мы с Эви остановимся в одной из них, — сказала я, стараясь прозвучать буднично.
Он замер, затем медленно повернулся ко мне. Взгляд стал опасно спокойным.
— Черта лысого. Знаешь, Аделина, ты начинаешь меня злить своим упорством выставить меня конченым ублюдком.
Я застыла. А потом вдруг накатила волна вины. Он ведь… не сделал мне ничего плохого. Наоборот. Спас мне жизнь. Приютил. Одевает моего ребенка.
Чёрт. Я хамлю драгу за то, что он добр. Это уже почти анекдот.
— Ладно… Извини. Я не права.
— Так бы сразу, — хмыкнул он и вдруг улыбнулся. Как будто это не я только что дала ему пощёчину и отправила в список потенциальных врагов.
Он развернулся к Эви:
— Мелкая, выбери, что наденешь сейчас. Остальное я отправлю доставкой домой.
— Ко мне домой?! — глаза у дочери загорелись.
— Пока ко мне, но в твою комнату.
— Ура! — взвизгнула она и мгновенно вытащила из вороха платьев миленькое розовое с рюшами. — Вот это надену!
Спряталась за шторкой, а Зэй между тем махнул консультанту. Из подсобки выплыла высокая женщина с идеальной фигурой, ослепительной улыбкой и опасной уверенностью в движениях. Явно не просто консультант, а ходячая угроза самооценке.
— Чем могу помочь? — обратилась она, не сводя глаз с Зэйлора. Голос — почти мурлыканье.
Он даже не повёл бровью. Протянул ей карту и коротко бросил:
— Всё, что выбрано — упаковать. Адрес закреплен за картой.
