напугала меня. Но я отогнал этот страх, решив, что он часть кошмарного сна.
«Скоро все кончится, – подумал я. – Убийцу поймают, и мои кошмары прекратятся».
Глава 6
Я пошел на кухню, чтобы подогреть молоко для Эдны. Потом достал бумажную пеленку из упаковки. Джезус через день приносил такие из магазина Лу Элен Стоун.
Эдна плакала, сидя в своей кроватке в углу гостиной. Включив ночник, я склонился над ней, и она тут же замолчала. Я поцеловал ее в щеку. Девочка сразу заулыбалась и начала гулить. Я отнес ее на кухню, положил на пеленку, расстеленную на столе, наполнил теплой водой красную пластиковую ванночку и развязал старую пеленку. Эдна снова расплакалась, но на этот раз не сердито. Она просто жаловалась мне, и я готов был заплакать вместе с ней.
Я подмывал дочку мягким полотенцем, приговаривая всякие глупости и время от времени целуя ее. Наконец она перестала плакать. Бутылочка с молоком уже согрелась, я быстро завернул девочку в свежую пеленку и начал кормить ее, прижав к груди. Эдна сосала бутылочку, гулькала и пыталась схватить меня за нос.
Внезапно обернувшись, я увидел в дверях Регину. Она смотрела на нас.
– Ты действительно любишь ее, малыш?
За одно ласковое слово Регины я готов пожертвовать всем. Стоит жене приоткрыть дверь, и я уже мчусь к ней со всех ног.
Я улыбнулся ей, но тут выражение ее глаз изменилось. Казалось, выключили свет или дверь дома захлопнулась перед самым моим носом.
– Крошка, – пробормотал я.
Эдна повернулась у меня в руках, желая видеть свою маму, протянула к ней ручки, и Регина забрала у меня девочку.
– Мне нужны деньги, – сказала моя жена.
– Сколько?
– Шестьсот долларов.
– Это не проблема, – кивнул я и сел.
– Откуда у тебя такие деньги?
Я удивленно взглянул на нее.
– Я спросила откуда, Изи.
– Ты спросила, могу ли я достать для тебя шестьсот долларов.
Она покачала головой, и ее прямые волосы, качнувшись, застыли.
– Нет. Я сказала, что мне нужны деньги, но ни о чем тебя не просила. А вот тебе следовало бы поинтересоваться, зачем они мне и сколько у меня есть.
Я видел, как медленно светлело ночное небо за небольшим окном над раковиной. Казалось, мир расширялся, и мне захотелось выбежать наружу.
– Ну хорошо. Зачем же тебе деньги?
– Мне нужно купить кое-что из одежды для себя и дочки и оплатить счет за машину. К тому же моя тетка, та, что живет в Коллет, заболела. Ее необходимо поместить в больницу.
– Что с ней?
– По словам доктора, камни.
– А сколько у тебя денег? – Я чувствовал себя почти главой семьи.
– Нет, нет, Изи. Сначала расскажи, где ты возьмешь шестьсот долларов. – Она щелкнула пальцами. – Просто так.
– Я не заглядывал в твой карман, крошка. Это твои деньги, – возразил я. – И меня это ничуть не касается.
– Тебе незачем спрашивать об этом, Изи Роулинз. Ты знаешь, что я работаю в больнице. Прихожу туда каждое утро в восемь и возвращаюсь домой в половине шестого. Тебе отлично известно, откуда у меня деньги.
– Но ведь и тебе известно, что я работаю на Мофаса. Конечно, у меня нет определенных часов работы, но все равно – я такой же служащий.
Она снова щелкнула пальцами, глядя на меня. Ее выводила из себя моя ложь.
– Простым трудом не заработаешь таких денег. Ты считаешь меня дурочкой?
Мы оба из бедных семей.
Регина родилась в Арканзасе и была старшей из четырнадцати детей. Ее мать умерла при рождении последнего ребенка. А отец тут же спился от горя. Регине удалось поднять всех. Она работала и на ферме, и продавщицей. Не знаю подробностей, но не сомневаюсь: ее жизнь была очень тяжелой.
Однажды она призналась: порой, чтобы накормить голодные рты, приходилось делать такое, о чем стыдно вспоминать.
– Поверь, я не преступник и могу достать для тебя деньги. Они нужны тебе?
Эдна, уютно устроившись на руках у матери, громко рассмеялась и бросила бутылочку на пол. Ее глаза и улыбка светились лукавством.
Регина прикусила губу. Другая женщина сочла бы такой разговор пустяком, а для нее не докопаться до истины было капитуляцией.
– Ты должен мне все рассказать, Изи.
– Я ничего не скрываю от тебя, крошка. Тебе нужны деньги, и я могу их достать. Ты же знаешь, я люблю тебя и Эдну и готов для вас на все.
– Почему же ты не отвечаешь на мои вопросы?
Я поднялся так быстро, что Регина вздрогнула.
– Я ведь не спрашиваю тебя об Арканзасе, верно? Но выясняю, что тебе приходится там делать. Когда ты говоришь, что твоя тетка нуждается в деньгах, я не спрашиваю почему. Мне это безразлично. Если любишь меня, принимай таким, каков я есть. Я ведь никогда не сделал тебе ничего плохого?
Регина молчала, уставившись на меня.
– Так или нет?
– Нет. Ты никогда и пальцем меня не тронул. Это правда.
– Что ты имеешь в виду?
– Ты ни разу не ударил меня. Но дело не в этом, потому что, если ты только осмелишься поднять руку на меня или мою дочь, я застрелю тебя. – Она вела себя вызывающе, но так ей было легче. – Ты не ударил меня, но сделал кое-что гораздо хуже.
– Например?
Регина посмотрела на мои руки, и тут я заметил, что невольно сжал кулаки.
– Как ты назовешь свое поведение ночью? – спросила она.
– А в чем дело?
– Вспомни, что ты вытворял со мной. Я не хотела тебя, а ты все равно лез ко мне. Ты изнасиловал меня.
– Изнасиловал? – расхохотался я. – Муж не может изнасиловать жену.
Мой смех оборвался, когда я увидел сердитые слезы в глазах Регины.
Эдна смотрела на нее широко раскрытыми глазами, словно на незнакомку.
– И это еще не все, Изи. Я хотела назвать нашу дочь Понтеллой, в честь ее прабабушки. Но по твоему настоянию мы назвали ее Эдна. Ты сказал, будто тебе просто нравится это имя, но я знаю, его носила та женщина, на которой был женат твой сумасшедший друг.
Она имела в виду Этту Мэй и была права.
– Я просто хотел узнать, нужны ли тебе шестьсот долларов, и готов их достать, но теперь тебе придется попросить меня.
Регина подняла красивое черное лицо и уставилась на меня. Выждав минуту, она кивнула: почти незаметный жест – никакой благодарности.
Я одержал жалкую победу. Мне так хотелось сделать ее счастливой, но у меня нет того, что ей нужно.
Глава 7
